Вадим Кошелев - Круговорот
Саня же занял место в арьергарде колонны, как факелоносец. Штольня, в отличие от многих других была широкой и шла под уклон.
Вся процессии двигалась молча. Сане были видны лишь размытые силуэты наемников, выхваченные из темноты факелом шагающего впереди Рурка. Спуск длился минут двадцать, пока не открылось большое пространство, образованное обвалившимися перекрытиями. Здесь находился промежуточный лагерь диггеров. Имелось место для костра, склад оружия и дров. Неподалеку стояла лебедка с двумя расположенными по обе ее стороны воротками. Под ней зиял черный провал шахты. Рядом с провалом лежала широкая платформа, связанная с лебедкой толстыми пеньковыми тросами. Легко было догадаться, что вся эта конструкция служила для спуска людей на глубину. Привал длился не долго. Двое парней быстро вооружили примитивный лифт и заняли место у лебедки, приглашая своих товарищей грузиться на платформу. Первая партия состояла из четырех человек. Среди них находились Рурк с Громилой и двое арбалетчиков с взведенным оружием. Чтобы спустить столь тяжелый груз у мощных воротков лебедки встало по три человека. Саня сразу же прикинул, что конструкцию можно было бы усовершенствовать системой блоков. Тогда отпала бы необходимость в столь многочисленном персонале, обеспечивающем спуск. Но пока наемникам приходилось рвать жилы, дабы удержать над пропастью своих товарищей. Рурка с компанией доставили вниз минут за десять. Дальше спускались уже по двое, посему дело пошло веселее. Саня и еще один среднего сложения наемник шагнули на платформу последними. Наверху остались лишь двое дюжих парней, которые должны были дожидаться возвращения основной группы. Лебедка скрипнула и медленно завращалась, разматывая длинный конец. Платформа начала свое движение в пропасть. В свете факела проступили бетонные, искромсанные трещинами стены шахты. Местами они сочились водой или зияли дырами. А под конец ощетинились пробивающимися сквозь бетон странными корягами, напоминающими причудливо изгибающиеся корни лесных деревьев. Когда спуск закончился, то Саня очутился в высоком холле древнего здания. Здесь тоже повсюду были корни. Они вились под ногами и свисали с потолка. Но, кроме того они пестрели некой губчатой субстанцией, походившей на мох. И что самое удивительное, этот мох издавал слабое зеленоватое свечение, отчего окружающее пространство было окутано фантастическими огнями. Санин факел потух. Но благодаря свечению корней, его привыкшие к полумраку глаза, могли хорошо разглядеть зал и даже различить небольшую площадку перед открытым входом в здание. За площадкой зияли черными кляксами пустот нагромождения из хаотично обвалившихся конструкций. Это и были те самые катакомбы. О них еще упоминал Громила в день знакомства. Пока Саня придавался созерцанию окружающего мира, наемники собрались неподалеку от выхода из здания. На большом куске бетона была разложена карта, над которой склонились Рурк с Громилой. Они о чем-то спорили в полголоса и непрестанно обращались к чертежу.
— Мы должны исследовать вот этот проход, — донесся до Сани сиплый голос Рурка.
— Там слишком тесно для нас, — парировал Стен.
— Зато безопасно. Из дальнего угла зала послышалась брань. Двое наемников заметили ползучую тварь, появившуюся из-под сплетения густо разросшихся корней, и бросились на нее с мечами наперевес. Они со знанием дела окружили большую змею, напоминающую удава и с нескольких ударов отделили ее чешуйчатую голову от извивающегося тела.
— Может, перекусим перед дорогой? — обратился один из удачливых охотников к Стену, имея в виду деликатесное мясо своей добычи.
— Некогда… Уходим в поиск, — ответил приказным тоном Стен. — Диггеры идут первыми. Мы их прикрываем. Рурк махнул Сане и вышел наружу. Среди десятков пустот он безошибочно выбрал неприметный лаз, в который вошел, согнувшись в три погибели. Саня последовал за ним. Диггеры пробирался меж балок и обрушившихся перекрытий. Рубили вездесущие корни, расчищая себе дорогу. Разбирали встречающиеся на пути завалы. Местами им приходилось ползти в кромешной тьме по узким проходам катакомб, и только безошибочное чутье Подземного Червя выводило их из тупиков. Иногда дорогу Диггерам перебегали большие крысы и твари поменьше.
На счастье они сами боялись людей, стремясь, как можно быстрей убраться в какую-нибудь нору. Зато настоящим бедствием стали похожие на термитов букашки. Эти насекомые были повсюду. Они норовили забраться под одежду и кусались немилосердно. Несмотря на встречающиеся препятствия, Диггеры продвигались вперед довольно быстро и вскоре наемники от них заметно отстали. Что, в общем- то, немудрено с их габаритами да поклажей. Настал момент, когда разрыв достиг приличного расстояния и Диггеры решили дождаться отставших охотников за головами. Они выползли под одно из перекрытий, где сделали привал. Здесь тоже росли светящиеся корни, посему можно было различить контуры искусственно образовавшейся пещеры. Сбросив с плеч мешок, Саня уселся на покрытую осколками битого бетона землю, и устало привалил взмокшую спину к холодной стене.
— Эти корни здесь повсюду, — сказал он наставнику.
— И что из того? — спросил устроившийся рядом Рурк.
— Без воды они бы не выросли.
— Верно, — Рурк перевел взгляд на Саню. — Вода должна быть.
— Причем, много воды, — заметил Саня. — Возможно даже целая подземная река…
— Там где много воды, там много Альбиносов, — заключил Рурк.
— Ты прав, Подземный Червь, люди всегда тянутся к воде.
— Это не люди.
— Ну да! Забыл. На этом беседа закончилась, и Саня от нечего делать стал водить по земле сапогом, разгребая битую крошку. Под крошкой он обнаружил кусок асфальта. По всему выходило, что Диггеры находились посреди одной из центральных улиц города Предшественников.
— Я осмотрюсь тут, — сказал Саня и, получив молчаливое согласие, принялся собираться на вылазку. Он вытряхнул все из своего вещего мешка, оставив в нем лишь пару «зажигалок» и факел. Мешок он припихнул в узкую щель, образованную двумя обвалившимися плитами. В нее он еле пролез, оказавшись в совсем тесном пространстве. Отсюда был лишь один лаз, по которому пришлось ползти по-пластунски в кромешной тьме. Лаз шел под уклон и вывел Саню к широкой каменной лестнице, чьи ступени еле проглядывались сквозь заросли корней. Лестница уходила еще глубже.
По ней Саня попал в большое помещение, некогда служившее подземной стоянкой или парковкой. Здесь можно было встать в полный рост и запалить факел от самодельной спички. Огонь озарил огромную площадь, уставленную изъеденными коррозией остовами автомобилей. Молодой человек ходил средь этих останков своей цивилизации и с опаской озирался по сторонам, готовый в любую минуту кинуться обратно в укрытие. Неожиданно он наткнулся на кабриолет, на переднем сиденье которого развалился скелет в истлевшей одежде. Кость правой руки мертвяка покоилась на дверце кабины, поблескивая чем-то желтым. Это оказались золотые часы известного бренда. Часы прекрасно сохранились. Их толстое стекло не имело даже царапины, золотой браслет потускнел лишь местами, а покрывающие циферблат бриллианты не утратили своих свойств и переливались всеми цветами радуги. Саня осторожно снял столь ценный артефакт с руки покойного и покрутил колесо завода. Его изумлению не было предела, когда часы, коим минула ни одна тысяча лет вдруг затикали. Производитель часов был бы приятно шокирован, узнай он о столь фантастической долговечности своего товара. Молодой человек надел часы на свое левое запястье, спрятав под рукав куртки. Он испытывал некое гадостливое чувство, от своего поступка. Но в то же время, понимал, что найденный артефакт освободит его от обязательств перед Брандтом и поможет убраться из города пещерников. «Все! Больше никакого мародерства», — твердо решил Пряхин, и в этот момент в шею впилось что-то острое. Голова закружилась, тело сковала слабость, а ноги стали ватными. Саня обессилено сполз на землю.