Сергей Лукьяненко - КВАZИ

Ух ты!

Во-первых, она, похоже, не намерена меня убивать!

А во-вторых, она образованная женщина.

– Слушаю, понимаю, запоминаю, – сказал я.

– Не верь Драному Лису. Не верь кваzи. Всё не так, как кажется.

– Хорошо, – сказал я. – Я тебе не верю.

– Правильно, – подтвердила Виктория. – Мне тоже не верь. Я на вашей стороне, но не верь.

– Если ты на нашей стороне, то верни вирус, – сказал я.

Рука на моей шее дрогнула.

– Михаил рассказал про вирус, – пояснил я. – Это тоже неправда?

– Это часть правды, – сказала Виктория. – Ты не понимаешь.

– Так объясни. Я смышлёный, я пойму.

Виктория размышляла. Потом сказала:

– Нет. Все слишком сложно. Найди капитана Маркина. Скажи, что я сдамся лично ему. Вот… тут мой телефон. – Мне в карман джинсов сунули шуршащий клочок бумаги. – Лично Маркину. В безлюдном месте. Ты, если хочешь, будешь свидетелем. Больше никого не надо. И ни в коем случае не должен присутствовать Драный Лис.

– Ага, – сказал я. – Здорово. Человек против кваzи. Ты порвёшь на части и Маркина, и меня.

– Маркина порвать не так-то просто, – ответила Виктория. – Но в любом случае решать вам.

Она замолчала.

Взял паузу и я. Стоял спокойно. Ждал. Готовился вцепиться в руку Виктории, присесть и попытаться перебросить её через себя, срывая захват.

Так что миг удара по голове я пропустил.

Вот я стою, готовясь к схватке.

А вот уже полулежу, привалившись к стене подъезда под почтовыми ящиками.

В глазах плыли цветные пятна, в ушах звенело.

Чем же она меня так приложила?

Неужели собственным лбом?

– Живой? – поинтересовалась кваzи. – Найдётся рядом работающая больница, провериться?

Надо же, какая заботливость!

– Живой, – прохрипел я. – Не беспокойся. Обойдусь.

– Без Бедренца, – повторила Виктория, чуть склонившись надо мной. – Запомни…

Она даже не забрала пистолет у меня из кобуры. Но к тому моменту, когда я пришёл в себя настолько, что смог достать оружие и доковылять до двери, Виктории уже и след простыл. На улице было пустынно и мирно.

– Что сказать-то хотела? – потирая затылок, пробормотал я.

Сотрясения, кажется, не было. Ударила меня Виктория сильно, но очень аккуратно. Гуманно.

Впрочем, всё, что кваzи хотела до меня донести, было вполне понятно.

Во-первых, она готова к переговорам и даже к явке с повинной.

Во-вторых, она не доверяет Бедренцу и зовёт его обидным прозвищем Драный Лис.

В-третьих, она продемонстрировала свою добрую волю тем, что не убила меня.

К сожалению, у всего этого могла быть и ещё одна причина – занимающийся её розыском Маркин так ей мешает, что она придумала план его устранения. А заодно решила вбить клин между мной и старым кваzи…

Драный Лис.

Ну надо же!

Был бы «Хитрый Лис», был бы «Старый Лис» – я бы не удивился.

Но почему «драный»?

– Слушай, понимай, запоминай… – пробормотал я. – Не верь, не бойся, не проси. Всегда одно и то же…

Я вернулся к лифту и нажал кнопку своего этажа. Вообще-то на третий этаж я обычно поднимаюсь пешком, считая это полезным физическим упражнением. Но сейчас почему-то хотелось полениться.

Дома я сунул голову под струю холодной воды и постоял так секунд десять. Потом вытер голову полотенцем, прислушался к ощущениям.

Да ничего не изменилось!

Тогда я достал из аптечки пару таблеток ибупрофена, запил их стаканом воды и уселся перед телевизором. Полистал каналы. По «России-24» рассказывали о новом агрокомплексе в Вологодской области – обнесённой забором территории, надёжно очищенной и защищённой от восставших, где вольно пасутся коровы, давая замечательное молоко. По детскому каналу «Карусель» шёл старый дурацкий фантастический фильм про двух пацанов, попавших то ли в будущее, то ли в прошлое, то ли на другую планету – я так и не понял. По Первому тянулось одно из тех бесчисленных дневных ток-шоу, которые смотрят только домохозяйки и пенсионеры. Старенькая, но отчаянно молодящаяся актриса сочувственно кивала, выслушивая свою собеседницу: тоже актрису, но молодую, одну из бесчисленных «восходящих звёзд». Речь шла о мужчинах. Молодая актриса объясняла, что в человеке ей важна личность, а не внешность или какие-то особенности. Я нутром почуял, что сейчас она признается в любви к кваzи, ну или хотя бы скажет что-то вроде «не важно, живой или мёртвый, лишь бы уважал меня как личность», и выключил телевизор.

Драный Лис!

Не говорить Михаилу про встречу с Викторией.

Сообщить Маркину о её предложении.

Я вынул из кармана листок. Он был вырван из ежедневника, на нем чётким каллиграфическим почерком было написано два номера. Один – телефон Маркина. Значит, и сама могла с ним связаться, но предпочла посредника. Вторым был номер Виктории. Рядом с ним была приписка: «Телефон будет включаться на полторы минуты в 9.00, 15.00, 21.00».

Понятно. Не хочет, чтобы запеленговали. Небось и батарейку из телефона вынимает.

Включив в собственном мобильнике фонарик, я рассмотрел листок в ярком свете. Увы, каких-нибудь вмятин от написанного на другой странице, вроде адресов или телефонов, не обнаружил. Такое случается разве что с Шерлоком Холмсом.

Я подумал и набрал номер Михаила.

Его телефон был выключен.

Тогда я набрал его домашний номер.

– Алло?

Это был Найд.

– Привет, – сказал я. – Это Денис Симонов. Скажи, Михаил дома?

В трубке повисла тишина.

– Алло? – недоуменно повторил я.

– Нет, он заходил, но потом снова ушёл, – ответил Найд.

И опять замолчал.

– Чёрт его побери! – выругался я, внезапно понимая, с чем связано молчание. – Извини, Найд.

– Ничего, – ответил мальчишка. – Денис?

– Да?

– Вы правда мой отец? Биологический?

– Не знаю. Нет. – Я даже не заметил, как встал с кресла и принялся расхаживать по комнате. – Твой… Михаил ошибается. Нет, ты не мой сын.

– Он обычно не ошибается, – сообщил Найд. – Ни в чём.

– В этот раз ошибся.

– Вы не думайте, я не напрашиваюсь, – сказал Найд. – Мне… ну просто интересно. Не про вас! Про… – Он запнулся.

– Найд, поверь мне, что… – Теперь настала моя очередь замолчать. – Найд, всё очень сложно.

– Почему сложно? Либо да, либо нет, – рассудительно сказал мальчик. – Либо я ваш сын, либо не сын. Михаил сказал, что сегодня сделает анализ.

– Найд, я завтра к вам заеду и мы поговорим, – я отчаянно хотел закончить разговор. – Договорились?

– А сегодня?

– У меня дела. Работа.

– Хорошо, – смирился Найд. – Завтра. Тогда возьмите фотографию, ладно? Мамы.

Я прервал связь.