Александр Розов - День Астарты
Пепе Кебо: А какой мотив у нас в Океании?
Кватро Чинкл: Транспортно-коммуникационный голод. Когда маленькие группы хабитантов разделены расстояниями в сотни миль, потребность в эффективных инструментах дальней коммуникации и в скоростном индивидуальном транспорте оказывается более, чем достаточной, чтобы двигать материальный прогресс.
Пепе Кебо: Тоже голод… Ты думаешь, более симпатичный мотив невозможен?
Кватро Чинкл (улыбается): Вот прочтешь мою книжку — тогда узнаешь.
Пепе Кебо: Ну, ты хитрый! Я тогда тоже буду подкалывать. Скажи, правда, что ты живешь одновременно в дюжине студенческих кампусов, а своим домом тебе лень заниматься? Это мне Лэсси сказала.
Кватро Чинкл: Лэсси — засранка. Я ей надеру уши. Если получится. За 5 лет работы в коммандос, она стала такая здоровая лошадь… Ладно, отвечаю на вопрос. По жизни получилось так, что после окончания колледжа, я прыгал с места на место, нигде не задерживаясь больше, чем на месяц. Какой тут, к селедкам в зубы, дом? Но я твердо обещал маме, что к 30 годам где-то выпаду в осадок, а я парень честный.
Пепе Кебо: Так тебе, типа, уже 29.
Кватро Чинкл: Так я, типа, почти выпал. Мне как раз подвернулась тема на первой родине, на Киритимати. Hamani te Paoro. Я в середине февраля взял там участок на полуострове Сесилеле, немного восточнее Польши. Там только пара раздолбанных капониров и бетонный пирс, но место симпатичное. Я уже заказал недорогой дом с установкой и нанял через местную социальную службу менеджера домохозяйства, папуаса, судя по фамилии. Сарвак… Нет, Вевак… Или Анвак… Вспомнил! Новак!
Пепе Кебо: Новак — это рядом с городком Долак, на острове Колепом, у юго-западного берега Новой Гвинеи. Там здорово все раздолбали при зачистке исламистов, еще до декларации независимости Хитивао. Много молодежи оттуда подалось в Меганезию. Вообще-то я, как этническая папуаска, должна тебя предупредить: аккуратность в организации жилищного строительства — это не самая сильная наша сторона.
Кватро Чинкл: Я в курсе. Но мне важнее, чтобы все сделалось более-менее быстро.
Пепе Кебо (улыбаясь): Ну, это как раз наша сильная сторона… А какие у тебя планы здесь, на Тиморе? Просто надрать уши младшей сестричке?
Кватро Чинкл: В общем, примерно так. Я приехал повидаться с Лэсси и обещал ей посмотреть на организацию этого тетрабублика. Сообщить свое мнение и возможно, сформулировать несколько советов. Насколько я понимаю, на Хат-Хат не все гладко. Кроме того, я жутко любопытен, а здесь такие чудеса: справа — реальный океанский король из рода Хаамеа, слева — такие же реальные Красные Кхмеры. Экзотика…
Пепе Кебо: А другим волонтерам Хат-Хат можно будет узнать твое мнение?
Кватро Чинкл: Почему бы и нет? По дороге сюда я грубо затиранил по телефону администрацию тетрабублика и выдавил из них разрешение пожить неделю в этом кампусе. Они пытались отказать, но я пригрозил им, что пойду в суд, получу ордер социального наблюдателя, и пройду по их афере, как Годзилла по Хиросиме.
Пепе Кебо: Так ты будешь жить прямо здесь, на Хат-Хат?
Кватро Чинкл: Да. Конкретно: сектор CD, корпус 04 модуль VIII.
Пепе Кебо: О! Это административный корпус, который рядом с нами! Кватро, а ты вообще, как, компанейский парень?
Кватро Чинкл (смеется): А сама-то ты как думаешь?
* * *Лэсси слонялась на улице возле выхода из телекоммуникационной рубки. Кватро, который, из-за своего среднего роста и немного пухлой комплекции, казался до этой секунды немного неуклюжим, как мультяшный пингвин, с внезапным проворством выбросил вперед руку и попытался схватить девушку за ухо. Ему лишь чуть-чуть не хватило скорости, и пальцы щелкнули в воздухе. Она гордо показала ему язык.
— Натыркалась в своем спецназе, — проворчал он, — Как тебя теперь воспитывать?
— Воспитатель нашелся, — фыркнула Лэсси, — Короче, не тормози. Едем на Атауро!
— Вот так сразу? — спросил он, — А отдохнуть с дороги? А пожрать чего-нибудь?
— Ну, ты зануда, Ксон! Там и пожрем, в эко-вилла. Угадай: кто там есть?
— Сферический конь в вакууме? — предположил Кватро.
— Нет! Там есть Кайемао Хаамеа и Ним Гок. Оба, прикинь?
— Круто… — произнес он.
— Лэсси, а почему ты его назвала Ксон? — спросила Пепе.
— А, — Лэсси махнула рукой, — Детское прозвище. Кватро был чемпионом школы по «Xonix». Это такая старая комп-игрушка.
— Кто же не знает «Xonix», — Пепе кивнула, — Типа, компьютерная античность!
* * *… Компания в маленьком кафе при «экологической деревне» собралась достаточно пестрая: Кайемао с Чуки, Ним Гок с Элвирой, тройка разведчиков: Лауа Нтай, Шейла Бритт и Дарт Тигрис, а также три юные бирманки, одетые в разноцветные пляжные накидки из паучьего шелка, и оттого похожие на живой светофор.
— У моей кузины Бимини, — пояснил Кайемао после быстрой процедуры первичного знакомства, — бизнес с пауками-шелкопрядами и хобби: модели таких тряпочек. Мой сводный дядя Крис, директор нашего департамента экономики, организовал тут одну паучью плантацию, и теперь Атауро и Хат-Хат по уши в креативе Бимини.
— Зачетный креатив, — заметила Чуки, тоже одетая в накидку, только другого фасона: похожую на жилетку с полудюжиной карманов, — Я в этой штуке очень сексуально смотрюсь, правда?
— Безусловно, — подтвердил Кватро, — А можно узнать, что здесь за мероприятие? Я подозреваю, что попал сюда не случайно.
— Лауа, Шейла и Дарт — твои соседи по модулю на Хат-Хат, — сообщила ему Лэсси.
— Только не говори мне, что дело только в этом, ОК? — ответил он.
— Дело в этих девушках, — сказал Лауа, — Они из Бирмы. Имена у них сложные, и мы договорились использовать созвучные прозвища: Беат, Чарм и Притти.
Кватро Чинкл кивнул, и улыбнулся всем трем бирманкам.
— Замечательно. Так в чем проблема, прекрасные леди?
— Они понимают только на родном языке, — сообщила Шейла.
— Вот как? А я не знаю бирманского. Может быть, по-китайски? Я могу немного…
— Китайский они тоже не знают, — сказал Ним Гок, — Но бирманский знаю я, и могу перевести, если надо. Позже приедет молодой боец, он будет переводчиком.
— Ясно, — Кватро кивнул, — А в чем, все-таки, проблема?
— У тебя крепкие нервы? — спросил Лауа.
— В разумных пределах, — ответил математик, — А к чему этот вопрос, бро?
— К тому, не повредит ли тебе просмотр документального фильма о специфическом бизнесе, где присутствуют очень неприятные эпизоды, связанные с насилием.
— Вероятно, не повредит. Но зачем мне на это смотреть?