Александр Розов - Мауи и Пеле держащие мир

— Я? О, черт. Просто я не подумала.

— Дело табак, — произнесла Ригдис, — сейчас они припрутся сюда.

— Ну и пусть! — смело заявила Эрлкег, — Я пошлю их в жопу!

— Черт… — Лирлав покачала головой, — …Тогда у нас могут быть проблемы.

— Может, как-то мягко отбрехаться? — предложила Ригдис.

— Мягко не получится, не тот случай, — хмуро ответила Лирлав.

Тем временем, трое мужчин негромко обменялись несколькими фразами на каком-то певучем полинезийском языке, потом похлопали друг друга по рукам по рукам, и негр поднялся из-за столика. Улыбаясь все шире, и все обаятельнее, он, упругой походкой приблизился к столику кйоккенмоддингеров, и ласково произнес.

— Aloha oe! Как настроение, прекрасные леди?

— Пока неплохо, а что? — отреагировала Эрлкег.

— У меня и двух моих друзей, — сообщил негр, — фрегантина у причала. Как насчет того, чтобы покувыркаться в отличной веселой компании? Приз сто фунтов каждой из прекрасных леди.

— Дядя, шел бы ты со своими ста фунтами, — ответила она.

— Простите? — недоуменно переспросил он.

— Дядя, шел бы ты в жопу вместе с друзьями! — уже более громко сказала Эрлкег.

Карибский негр выразительно выпучил глаза, приложил ладони к ушам, и повернулся к двум друзьям, оставшимся за столиком. Те синхронно подняли руки вверх, примерно как сдающиеся бандиты, в голливудском боевике. Негр победно произнес «Wow!!!», и двинулся к ним. За то короткое время, пока он шагал обратно к столику, вьетнамец и европеец успели положить на пустое чайное блюдце по блестящей золотой 50-фунтовой купюре. Негр шлепнулся на стул и демонстративно сгреб с блюдца обе купюры. Вьетнамец что-то сказал официанту, кажется, по-китайски. Тот кивнул и почти мгновенно притащил три кружки темного пива. Европеец, тем временем, раскрыл на столе ноутбук, стилизованный под маленький старинный чемоданчик с углами, окованными бронзой, и все трое мужчин стали обсуждать нечто, возникшее на экране.

Эрлкег, делая вид, будто смотрит в потолок, наблюдала боковым зрением за их действиями, а несколькими минутами позже сообщила подругам.

— Мне кажется, что мы стали предметом пари.

— Похоже, — согласилась Лирлав.

— Похоже, — уточнила Ригдис, — что негр выиграл сто фунтов на этой посылке в жопу.

— Да, — снова согласилась Лирлав, и после паузы, добавила, — может быть, мы тут что-то не так понимаем? Может быть, все сложнее?

— Давайте, потом спросим у Корвина? — предложила Эрлкег.

— А, может, прямо сейчас? — ответила Ригдис, и движением глаз показала в сторону двери.

— О, черт, — прошептала Лирлав, заметив Корвина, только что вошедшего в зал.

Он тоже их заметил и быстро подошел к столику.

— Как дела, кйоккенмоддингеры?

— Пока неплохо, а как у тебя? — ответила Эрлкег.

— Тоже нормально, — сказал он, — вечером у нас будет, о чем поговорить.

— Насчет работы? — спросила Лирлав.

— Точно! — он кивнул, — Вы когда-нибудь проводили грузовые работы на подводных станциях?

— Да, — сказала Ригдис, — а какая тут станция, и какая задача?

— Завтра утром поедем и посмотрим, если вы согласны, — сказал он.

— Куда? — спросила она, краем глаза уловив кивки обеих подруг.

— На Рифы Неизбежности, это полста миль на юг отсюда.

— ОК, Корвин. Мы согласны. А когда можно обсудить с тобой другие темы?

— Вечером, как я и говорил, — ответил он, — встретимся на закате в бунгало. E-oe?

— ОК, — снова сказала Ригдис.

Корвин снова кивнул, развернулся и подошел к столику, за которым сидели те трое мужчин. Очевидно, он с ними был довольно хорошо знаком. Последовали рукопожатия, потом смех, а немного позже официант принес кружку какао. Негромкий деловой разговор продолжался в течение следующей четверти часа. Потом Корвин встал, уверенно двинулся к стойке бара, и обратился с каким-то коротким вопросом к молодой женщине, одетой в легкий спортивный костюмчик, украшенный изображением стрекозы в круге с надписью «учебный центр военно-прикладной авиационной акробатики». Похоже, что, женщина ответила утвердительно, и они вдвоем направились к выходу.

— Странно, — прокомментировала Ригдис.

— Что странно? — спросила Эрлкег.

— Странно, что Корвин покупает секс услуги.

— А ты уверена, что это именно покупка? — усомнилась Лирлав.

— Да, я уверена. Он предложил деньги этой девушке со стрекозой, и она согласилась.

— Уф… — Лирлав покрутила головой, — …Тут все наоборот, наизнанку, я уже запуталась.

— А давайте, — предложила Эрлкег, — просто погуляем по городку, и посмотрим. И, давайте пока постараемся никуда больше не лезть, а то, мне кажется, что мы уже выглядим, как идиотки.

Разговор начала Ригдис, как самая осмотрительная из троих.

— Знаешь, Корвин, мы привыкли задавать вопросы прямо. Ты не против?

— Не против. Но, я не обещаю ответить на любые вопросы.

— ОК, — сказала она, — мы не хотим тебя задеть, просто хотим понять. Ты познакомился в клубе с женщиной, у которой на костюме была эмблема в виде стрекозы.

— Мы с ней познакомились в ноябре прошлого года, — поправил он, — ее зовут Фоккер, она пилот-инструктор Дивизиона Джона Фрума с Вануату.

— Она твоя подруга?

— Скорее, коллега, — ответил Корвин.

— Скажи, — вмешалась Лирлав, — ты предложил ей деньги за секс?

— Да.

— Но почему?

— Просто, — пояснил он, — такой обычай в Y-клубах. Это было придумано в октябре, когда перед началом серьезной войны собралось много волонтеров. Времени на флирт не было, а людям в подобной ситуации хочется успеть. На войне любой день запросто может стать последним.

— Зачем тогда деньги? — удивилась Эрлкег.

— Это чисто символически, — сказал Корвин, — ну, примерно как белый цветок на Таити.

— Белый цветок был бы правильнее, — заметила она.

— Может быть, да, — он грустно улыбнулся, — только не на любой военной базе есть цветы.

Ригдис снова перехватила инициативу.

— Корвин, ты говоришь, что деньги, это чисто символически, да?

— В данном случае, да, — подтвердил он, — но, бывает, что в Y-клуб приходят девчонки, которым действительно нужны деньги, и тогда сумма имеет значение. По-любому, оказалось, что Y-клуб, это удобная штука для разных жизненных ситуаций.