Олден Белл - Жнецы суть ангелы

— Да, — прошептал он, кивая головой.

Другого утешения у нее не нашлось. Она открыла дверь, переступила порог и вдруг вспомнила кое о чем: о клочке бумаги, который глупыш достал из кармана. Она остановилась на мгновение. Одна часть ее ума советовала не копаться в чужих делах. Но другая часть тоже имела свое мнение. Темпл вернулась к Джеймсу Гриерсону.

— Один вопрос, — сказала она, передавая ему записку. — Ты не мог бы прочитать это вслух?

Он с досадой посмотрел ей в глаза.

— Что тебе еще нужно?

— Тут текст, — ответила она. — Ты не мог бы объяснить, что там написано?

— Зачем?

— Ну… в качестве одолжения.

Он посмотрел на записку и прочитал:

«Привет! Меня зовут Мори. Я не обижу и мухи. Моя бабушка любит меня. Она хотела бы заботиться обо мне вечно, но у нее больное сердце. Наверное, она скоро умрет. У меня имеются родственники на западе. Если вы найдете меня, не могли бы вы сделать доброе дело? Отвезите меня к ним. Благослови вас Бог! Адрес моих родственников: Джеб и Дженни Дюшан; 442 Хэмилтон-стрит; Пойнт-Комфорт, штат Техас».

— Проклятье! — прошептала Темпл.

Вот так и сужаются пути людей, посмевшие искушать судьбу. Она подумала о Малкольме, о железном гиганте, о величественных сооружениях людей, которые канули в Лету. Внутри нее кипела злоба, не менее лютая, чем у демонов или зомби. Голос Бога говорил цветами и пением птиц, но только не с ней. А ведь она могла бы уехать налегке и больше ни о ком не заботиться.

— Ладно, — со вздохом сказала она. — Ты не мог бы повторить мне адрес?

Она работала с восьми до десяти утра, иногда останавливаясь, чтобы разогнуть спину и взглянуть через поле на Мори, который колол дрова перед длинным сараем. Высокий мужчина склонялся вниз, ставил на широкий пень очередное полено, затем поднимал топор над головой и опускал его с достаточной силой, но не очень быстро — именно так, как она показала ему, объясняя задачу. Темпл вытерла пот со лба, обмахнула лицо панамой и посмотрела на небо — на самое большое и синее небо, которое она когда-либо видела. Казалось, что огромный небосвод загибался за горизонт и возвращался назад, чтобы встретиться с самим собой.

Каждый раз, наполнив корзину ягодами, Темпл несла ее к дому, стоявшему посреди огороженного участка. Она оставляла корзину на веранде и возвращалась на поле. Пять ходок — туда и обратно.

— Невыгодный бизнес, — сказала она конопатому мужчине, сидевшему в тени веранды на плетеном стуле.

— А я предупреждал тебя, что это будет нелегко, — ответил Альберт, отхлебывая что-то из пластикового стакана.

— Что вы пьете? — спросила она.

— Морс. Свежевыжатый. Я и тебе могу налить, когда ты управишься.

Она посмотрела на белый стаканчик в морщинистой руке мужчины.

— Хорошо. Я немного передохну. Скажите, а зачем вам нужно столько ягод?

— Для продажи. Ты удивилась бы, увидев, какие хорошие вещи люди отдают за свежие ягоды.

— Могу представить. Послушайте, я хочу спросить… В каком мы штате?

— Мне кажется, ты спятила, девочка. Неужели в своих путешествиях ты еще не заметила, что вокруг шляются какие-то полумертвые люди? Тебе интересно, в каком штате мы находимся? Я сказал бы — в штате полного отчаяния.

Его сухой смех превратился в кашель. Темпл сдержала раздражение и молча дождалась момента, когда приступ пожилого мужчины закончился.

— Я пошутил. Мы в Алабаме. Как раз у Юнион-Спрингс.

— В Алабаме? Черт! Я думала, что продвинулась дальше.

— Откуда ты, детка?

— Пару дней назад мы были в Джорджии. Нам пришлось замедлиться из-за плохих дорог. Почти все трассы превратились в месиво.

— Я пожалуюсь нашему конгрессмену. Сейчас же напишу ему письмо.

Он вдруг пригнулся и посмотрел в том направлении, где Мори рубил дрова.

— Ты следишь за своим увальнем?

— Он ничего у вас не возьмет. Парень делает то, что ему сказано.

Альберт пригнулся к ней и зашептал:

— Слушай, я о том, что предлагал тебе раньше. Не знаю, дошли ли до тебя мои слова. Короче, если ты пойдешь со мной в спальню и сделаешь кое-что для меня, я отдам тебе все эти ягоды.

— Да, я слышала, что вы предлагали такой вариант. Мне он не нравится.

Пожилой мужчина откинулся на спинку стула, всем видом показывая, что разговор закончен.

— Как хочешь, — сказал Альберт. — Тебе лучше вернуться на поле, если ты планируешь управиться с делом к полудню.

Кто бы мог подумать, что сбор ягод окажется таким трудным занятием! Колючие растения ранили кончики пальцев. Если она сжимала ягоды слишком сильно, те лопались, и ее ладони покрывала пурпурная жижа. Ноги и спина болели, потому что она сидела на поле в позе жабы. К полудню ее одежда была перепачкана землей и соком. Когда она высасывала кровь из ранок на пальцах, на языке оставался привкус железа. Наконец Темпл в последний раз вернулась на веранду.

— Вот, — сказала она Альберту. — Десятая корзинка.

— Хорошая работа, — ответил мужчина. — Можешь забрать ее себе.

— Только одну?

Она осмотрелась по сторонам, но другие девять корзин, стоявшие здесь прежде, куда-то исчезли.

— Вы говорили, что за каждые пять собранных корзин я получу одну в награду. Разве не так? Я собрала десять корзин. Вы что, хотите обмануть меня? И где яйца, которые вы обещали за колку дров?

Конопатый Альберт с усмешкой покосился на нее.

— Про яйца вообще забудь. Я думал, что твой увалень наколет больше дров.

Темпл откинула волосы со лба и облизала губы.

— Теперь откройте свои уши, мистер, — с холодной яростью произнесла она. — Прислушайтесь к моим словам, потому что я скажу вам правду. Вы совершаете ошибку.

Мужчина весело захохотал, и его смех вновь перешел в неконтролируемый кашель. Он согнулся вдвое. Его тело извивалось в спазмах приступа. Через минуту он перевел взгляд на нее и вытер слезы с покрасневших глаз.

— И что ты сделаешь, девочка? Велишь своему увальню поколотить меня?

Не разгибаясь, Альберт вытянул костлявую руку и выхватил из-за дверного проема дробовик, который, наверное, давно уже стоял там наготове. Он прицелился в нее.

— Теперь уматывай, крошка. Я добрый человек и отдаю тебе одну корзину ягод.

— Вы действительно неплохой человек. Поэтому мне не хочется убивать вас.

— Что?

На миг он допустил беспечность, не осознавая, почему эта юная девушка не боялась его. Темпл резко схватила ствол дробовика, дернула его вперед, и, когда палец Альберта слетел с курка, она изо всех сил ткнула прикладом в его впалый живот. Выпустив из рук оружие, мужчина рухнул на стул. Темпл опрокинула его на землю. Прижав колено к груди Альберта, она приставила ствол к его горлу.