Александр Розов - День Астарты

— Ага! А какой техники? Транспортной, аграрной, промышленной, военной…?

— Военной и транспортной.

— Как будто ты не знаешь, чем мы торгуем, — вставила Рали, наливая ему какао.

— Спасибо, гло… У меня инструкция, прикинь… Сен Ним Гок, а кто вам сообщил, что здесь можно приобрести именно ту военную технику, которая вам требуется?

— Люди говорят.

— Ясно… А каким путем вы прибыли сюда?

— Меня подвезли друзья. Вот они. Скоро подплывут сюда.

Кхмер одним движением глаз указал в сторону моря. Своеобразный караван из шести человек находился метрах в ста от берега. Над водой, как аварийный буй выделялась пурпурная макушка Оскэ. Он плыл на боку, загребая ногами и правой рукой. Левая выполняла роль буксирного фала — к ней прицепились двое мальчишек-трехлеток. Девчонка, примерно их ровесница, использовала в качестве буксира Флер, плывшую параллельным курсом. Еще одна девчонка, года на три старше, плыла чуть впереди, совершенно самостоятельно и уверенно.

— Ага, — снова сказал лейтенант Дункан, — Вижу знакомые фигуры. Инженер Этено и старшая Хок-Карпини. Ну, это понятно… Вы что-нибудь купили, сен Ним Гок?

— Да.

— Можно поинтересоваться, что именно?

— Пиши расписку, Скандер! — вмешалась Рали.

— Aita pe-a, — ответил лейтенант, вынул из кармана копирку, авторучку, два бланка «Меморандума о неразглашении бизнес-инфо, полученной в ходе инспекции», и стремительно заполнил бланки, поставив внизу дату и подпись, — На, держи, гло, и распишись на моем экземпляре, что получила… Ну, теперь все ОК?

— ОК, — подтвердила девушка, — Тебе скинуть на мобайл контракт с приложениями?

Полисмен, убирая в карман авторучку и свою копию расписки, покачал головой.

— Нет, мне только приложение, где спецификация. И на словах — что там такое.

— Сбрось ему, Рали, а я объясню, — сказал Штаубе, — В спецификацию включены три разные группы товаров. Первая: элементы локальной ПВО. Спай-дроны и дроны с ослепляющим лазером, и прочее. Вторая: пилотируемые ЛА двойного назначения. Летающие лодки — растопырки и туристические камикадзе.

— Туристические камикадзе? — переспросил полисмен.

— Это наш новый брэнд для моделей «Vitiare», — сказал Штаубе, — Как ты знаешь, их прототип — японский «Ohka» 1944 года, классика камикадзе. Недавно наши ребята обнаружили, что обозначение «камикадзе» популярно среди туристов из Австралии, Калифорнии и Франции. Странный факт психологии, но его надо учитывать.

— Ага! — полисмен почесал в затылке, — Психология потребителей — загадочная штука. Кстати, о ваших ребятах. Где Лаго, Томо и Дики? Если не секрет, конечно.

— Не секрет. Томо и Дики там, общаются с заказчиками, — шеф-пилот махнул рукой в сторону ангара с грузовым пирсом в двухстах метрах слева от них, — а Лаго сейчас в Новой Гвинее, на тест-драйве другой нашей перспективной модели.

Скандер Дункан снова почесал в затылке и спросил:

— А что в третьей группе товаров?

— Фабрики-полуавтоматы, — ответил мастер-пилот, — Одна производит «авиа-пони», летающее крыло — мотопланер. Это очень экономичная гренландская модель на базе старой советской, столетней давности. Другая производит флоп-флаеры «Maki».

— Флоп-флаеры? — переспросил полисмен, — А можно ли на них посмотреть?

Штаубе глянул в сторону берега — детский сад уже был извлечен из воды и осмотрен, оставалось только помыть мелочь под душем, заклеить их расцарапанные коленки и усадить за стол обедать. Этим сейчас как раз и занялись Флер, Рали и тетя Тоник. Что касается Оскэ и Квира, то они, вроде как, были свободны…

— Ежик, я тебя попрошу об одной вещи, ОК?

— Aita pe-a, Герх. Что надо?

— Сделай круг на папирусном драконе. Квир тебе покажет, где эта штука.

— Легко, — ответил Оскэ.

— А можно мне вместе с Ежиком? — спросил мальчишка.

— Хэй-хэй, Герх, а вдвоем это не опасно?! — крикнула тетя Тоник.

— Не волнуйся, не опасно. Эта двухместная любительская модель.

Лейтенант Дункан знал Штаубе не первый день, и ждал какого-нибудь сюрприза, но пилотируемый бумажный гибрид дельтаплана и бабочки, медленно летящий в десяти метрах над землей, попеременно взмахивая двумя парами крыльев и иногда, кажется, почти останавливаясь в воздухе… Это показалось полисмену перебором.

— По-моему, вы офонарели, — растерянно прокомментировал он.

— Мы обогнали мото-дельтаплан и по компактности и по дешевизне, — как ни в чем не бывало, сообщил Штаубе, когда «Maki» приземлился на площадку возле дома.

— Мы переплюнули даже элаусестерцев! — гордо уточнила Рали.

— Так уж и переплюнули, — скептически произнесла Флер.

— Ага! Я вот этими руками считала! Хоть они и комми, а куража у нас побольше!

— По-моему, вы все тут… — начал полисмен, но вовремя вспомнил пункт должностной инструкции о тактичности, и договорил — …проводите небезопасные эксперименты.

— А я доверяю квалификации мастера Штаубе, — заметил Ним Гок.

— И, это ведь не обычная бумага, а более прочный вид биопластика, — добавил Оскэ.

— Ну, дело ваше, — со вздохом, сказал лейтенант.

— Хватит о делах, — распорядилась тетя Тоник, — Суп уже на столе. Квир! Сбегай в тот ангар, позови Томо и Дики… И заказчиков, если они еще не ушли.

Через час после обеда, полисмен отбыл, а взрослая часть семьи Штаубе (включая тетю Тоник и даже Квира) занялась какими-то внезапно возникшими клиентами, оставив «мелких» под присмотром Флер и Оскэ, так кстати «зависших» в гостях. Присмотр в самое жаркое время дня был несложен — дети плескались на мелководье, стараясь держаться в тени тента, натянутого над L-образным пирсом. Ним Гок, вероятно, под влиянием вторично всплывшей темы Элаусестере и коммунизма, решил вернуться к разговору, начатому в полете из Хониары на Арораэ — и вылившемуся тогда в показ видео-роликов о коммунистическом обществе по-элаусестерски.

— Как вы считаете, общество на Элаусесте устроено хорошо или плохо, правильно или неправильно? — спросил он, без всякого предисловия.

— Ну, и вопросик… — протянула Флер.

— Вопрос простой, как гвоздь, — заметил Оскэ, — для самих элаусестерцев оно устроено хорошо и правильно, а для остальных это дело вкуса. Кому что нравится.

— Это субъективный подход, — возразил кхмер, — Идеалистический. Не марксистский.

Оскэ удивленно развел руками.

— Как это не марксистский? Вот тебе другой способ производства, и вот тебе другое устройство общества. Для их экономико-продукционного цикла такой образ жизни удобнее, вот тебе и исторический материализм в конкретном приложении. Ага?