Журнал «Полдень XXI век» - Полдень XXI век, 2011 № 01

— Одежда тут, на полочке! — крикнул он через дверь.

— Спасибо! — ответил Тарас.

Когда гость, вытирая голову полотенцем, появился в кухне, хозяин уже извлек из холодильника запотевшие бутылки и бутерброды с салатом. Вася глянул на Тараса и хмыкнул. Раньше Коннор как-то не обращал внимания, что логотип банка «Иллюзивгейст» — неблагонадежных жовто-блакитных цветов. Одолженные шаровары дополняли облик карикатурного сепаратиста.

— Ты че лыбишься? — хмуро спросил Тарас.

— Бандера в городе, — гримасничая, ответил Коннор. — Поток и разграбление!

— У меня другая фамилия, — сдержанно сказал гость, но было видно, что он польщен.

Хозяин открыл пиво и протянул бутылку Тарасу.

— Что стоишь, как неродной? Присаживайся.

Коннор подождал, пока гость устроится за столом, и опустился на стул напротив. Тарас ловко расправился с бутербродами и основательно приложился к бутылке. Вася тоже из вежливости отхлебнул. Внимание гостя привлек огромный шкаф из толстого оргстекла, заполненный прозрачной жидкостью и разноцветными кристаллами разнообразных форм.

— Это что за аквариум? — осведомился Тарас.

— Кристаллохранилище.

— И в этом рассаднике для бледных спирохет я провел три года? — с отвращением спросил гость.

— Тебе бы стихи писать, — коротко хохотнул Вася.

— У меня от них уже башка болит, — сказал Тарас мрачно. — А один прицепился — так сразу с музыкой…

— Твоя ментограмма хранилась не здесь, — сказал Вася. — Это китайская дешевка, при прочтении дает много сбоев. А насчет стихов и музыки — единственный способ избавиться от них — это как раз записать.

— Я нот не знаю, — возразил Тарас.

— Кнопку видишь? Да не здесь, отодвинь тарелку.

Тарас нашел круглую черную кнопку и нажал ее. На столе перед ним матово засветился прямоугольник сантиметров пятнадцать в диагонали.

— Световое перо в ящике, — сказал Вася. — А насчет нот — мне почему-то кажется, что ты их знаешь…

Тарас нашарил в ящике перо и позабыл про пиво. Программисту пива тоже не хотелось. Хотелось совсем другого, и гость заметил это. Свободной рукой он извлек из кармана шаровар крохотный сверток. В свертке тихо звякнуло.

— Продолжим культурную программу, — сказал Тарас.

Коннор протянул руку.

— Не так быстро, — буркнул гость.

Вася положил руку на стол. Пальцы у него дрожали.

— Тарас, я отдам… отработаю… — жалким голосом пробормотал программист. — Ты же меня знаешь…

— Знаю, — кивнул Тарас.

Он оторвался от своей писанины и в упор посмотрел на Васю. Коннор в который раз подумал, что больше ни у кого не видел таких темно-карих, почти черных глаз, в которых почти невозможно было различить зрачок. Из-за этого постоянно казалось, что Тарас только что наширялся под завязку. Но впечатление было ложным — сам торговец счастьем никогда не употреблял того, что с охотой продавал другим.

— Ответь мне на один вопрос, и я спишу тебе прошлый долг, — сказал гость. — А эту дозу получишь на бонус.

На лице Васи, бледном, угристом лице человека, который редко выходит на солнце, выступил пот.

— Я не могу разглашать секреты, которые стали мне известны в ходе профессиональной деятельности, — нетвердо сказал программист.

Тарас от души рассмеялся.

— Ну-ну, — сказал он, положил перо и отхлебнул пива. — Вопросик будет не об этом. Вы здесь очень хорошо живете.

Вася хмыкнул и хотел возразить, но Тарас пресек его поползновения в корне.

— Ты знаешь, что такое удобства во дворе? — осведомился гость. — А готовить на примусе похлебку из собачатины и радоваться столь сытному обеду умеешь? Ты называешь свою хату конурой — а ты видел детей, живущих в собачьих будках около сожженных федералами домов и по примеру воспитавшей их суки отрывающих куски тухлого мяса с трупов повешенных родителей?

Коннор сморщился.

— Тарас, перестань, меня сейчас вырвет… ну что ты завелся…

— Я не завелся, — спокойно ответил Тарас. — Я провожу маркетинговое исследование.

— Да, ваши станицы пылают уже четыре года, — сказал программист. — Но я ни одной дровины в этот костер не подбросил, ты же знаешь.

— А из тебя тоже неплохой поэт получился бы, — едко сказал гость.

Вася отмахнулся.

— Я и в армию не пошел, чтобы не участвовать в плясках вокруг этого огня, — закончил он.

— Да? А я думал, потому, что ты пидорас, — невинно заметил Тарас.

Коннор перехватил бутылку за горлышко и замахнулся. Программист увидел, как стеклянное донышко коснулось головы гостя. В этот миг центр груди Васи вспыхнул нестерпимой болью, а самого программиста снесло со стула. Коннор с маху приложился спиной о шкаф. Самочувствия Васе это отнюдь не улучшило. Бутылка, которую Коннор все еще сжимал в руке, встретилась с боком кристаллохранилища и разлетелась стеклянным дождем. Когда программиста обдало горькой пеной, он уже понял, что произошло. Тарас врезал Коннору под дых, когда тот раскрылся. Вася сполз на пол, свернулся в позе эмбриона и сосредоточился на том, чтобы протолкнуть в горящую огнем грудь хоть несколько глоточков воздуха. Программист услышал приближающееся похрюкивание киберуборщика. Рецепторы робота уловили звон стекла и тяжелый удар об пол, и теперь киберуборщик спешил выполнить свою миссию.

— Извини, — услышал Коннор, но сначала даже не понял, что это произнес Тарас, — таких мягких, почти нежных интонаций Вася в его голосе никогда раньше не слышал. — Ты мне так помог… Я просто хотел узнать, что ты за это хочешь. Мы могли бы…

От изумления Вася даже перестал ощущать боль. Тарас не мог не то что сказать, а даже подумать ничего подобного. Коннор открыл глаза. Гость смотрел на распростертого на полу программиста, явно ожидая ответа. И тут Вася понял, кто с ним разговаривает. Коннор непроизвольно облизнулся, но вместо горечи пива ощутил солоноватое тепло крови. Несколько осколков закончили свой полет на Васиных щеках, и теперь кровь стекала по лицу. Черный стальной паучок уже водил хоботом по полу вокруг хозяина, убирая осколки и разлившееся пиво.

— Извини, Ко… Тарас, — сказал Коннор. Робот, покончив с влажной уборкой, деловито провел мохнатыми лапками по щекам хозяина. — Но ты не в моем вкусе. Мне от тебя ничего не нужно, кроме черного.

Тарас облокотился на стол и закрыл лицо руками. Киберуборщик продезинфицировал порезы, и три точки — на левой скуле, щеке и на подбородке Васи — отозвались жжением. Робот залепил порезы пластырем. На передней консоли уборщика замигали зеленые огоньки. Коннор погладил стального паучка.