Илья Ангелов - Прыгай, Филька!

Увидев бабушку, кошка предостерегающе зашипела. Бабушка осторожно подошла поближе и стала рассматривать котят. Нет, не подойдут…Слишком маленькие, не больше недели, а то и меньше. Да и нельзя именно сейчас отбирать у кошки детишек, пусть подрастут. Нет, не подходит…

Позвонила знакомая семьи. Предложила котеночка, но…девочку.

Папа и мама расспрашивали на работе коллег — но и там не ладилось. Кто-то предлагал британца, стоимостью в одну зарплату, кто-то сиамца, бесплатного, но до жути злого…

А время шло.

Каждый день Коленька приходил домой из детсада и спрашивал:

— Ну что, бабушка, нашли мне котеночка или нет? — и в очередной раз расстраивался.

— Будет тебе котеночек, Коленька! Обязательно будет! — успокаивала мальчика бабушка. — Ты мне веришь?

— Верю, — вздыхал Коленька и шел играть мишкой, жирафом и плюшевой киской…

И вот в пятницу в обед папа приехал на велосипеде домой. Он был весь мокрый от дождя, но возбужденный и веселый. Мама под дождь не захотела и пошла кушать в институтскую столовую.

— Елена Власьевна! — прямо с порога позвал папа.

— Ау? — отозвалась бабушка.

— Елена Власьевна, тут такое дело. Разговорился утром с нашей уборщицей. Оказывается нее есть настоящая кошка с острова Мэн! Породистая, черная, короткошерстая и длиннолапая. Дочка купила в Москве за какие-то бешеные деньги, но потом переехала на новую квартиру, где хозяйка не позволяет держать животных. Поэтому она отдала кошку матери, в наш город.

И вот как-то кошка улизнула из дома и не возвращалась три дня. И что оказалось впоследствие? Беременная!

Родила два месяца назад шесть котят, но папа видно попался простой, подзаборный русский котяра, поэтому все котята "попорчены" — не чисто черные, а с белыми и серыми пятнами то тут, то там. Ясно, что ни одного котенка из этого помета не продать, поэтому женщина отдает их теперь бесплатно. Остался один котенок, по ее словам, черный-черный, лишь на груди, ближе к шее, большое белое пятно, как жабо.

Елена Власьевна! Может возьмем, а?

Бабушка молча налила папе тарелку супа и, отставив половник, села на стул.

— Что-то я не слыхала о такой породе — с острова Мэн… Может дикие какие? Злые? Да ты садись, Сергей, ешь, а то остынет, тебе ж еще на работу бежать…

Папа сел и с аппетитом принялся есть суп.

— Она говорит, что раньше эти кошки были дикими. Бегали по острову, ловили рыбу. Но потом люди сделали их домашними, облагородили и теперь это совсем нормальные животные. Отличаются от других кошек тем, что у них длинные хвосты. Шерсть короткая, блестящая, сами они очень грациозны…

— А что едят? — заинтересовалась бабушка. — Если "вискасы", то никакими "вискасами" я кормить его не собираюсь. Все коты, что у нас жили, ели то же, что и мы. Ну разве что рыбу мы им покупали еще, варили, супчик делали…Сколько, говоришь, котенку? Два месяца? Это хорошо, значит к "вискасам" еще не приучен…

— Да вы не беспокойтесь, Елена Власьевна! — убеждал бабушку Сергей. — Я думаю, надо брать. Где и сколько мы будем еще искать русского пушистого кота?

Бабушка поджала губы и задумалась.

— Ох, и доверчивый же ты, Сергей! Что тебе ни скажут, все принимаешь за правду!

Тут бабушка была полностью права. Папа и в самом деле был немного не от мира сего, кабинетным ученым, жутко доверчивым и честным человеком, и из-за этого с ним постоянно случались неприятности. Папиным идеалом был Достоевский, чей бюстик стоял у него на полке. В тяжелые минуты папа часто садился напротив бюстика и беседовал с ним: "Ну что, Федор Михайлович? Видишь, как оно вышло? А ведь и тебе в жизни пришлось нелегко, знаю. Так что будем и дальше бороться, да…".

— А Катя согласна? — решилась наконец бабушка.

— Согласна, Елена Власьевна! Только вашего мнения и ждем!

— Ну ладно, — махнула рукой бабушка. — Пусть будет кот с острова Мэн…

Вечером она привела из детсада Коленьку. Тот по привычке оббежал квартиру и спросил:

— Бабушка! Так где же котик? Будет ли у меня котеночек? — и губки у него опять затряслись в готовности заплакать.

И тут бабушка посмотрела на Коленьку вдруг помолодевшим взглядом и задорно ответила:

— Будет, Коленька! Сейчас папа с мамой привезут тебе котика!

И в этот миг зазвенел дверной звонок.

— Урааааааа! — завопил мальчик и ринулся к двери. Бабушка открыла ее и в квартиру вошли радостные и мокрые мама с папой. И в руках у мамы был пакет, из которого выглядывала испуганная черная головка с длинными белыми усиками!!!

Счастью Коленьки не было границ. Пакет занесли в комнату, осторожно положили на пол и из него стремительно вырвался маленький черный котенок! Крутнув головкой, он бросился к черному маминому пианино и попытался заползти за него, но мама ловко перехватила беглеца, прижала к груди и принялась, успокаивая, гладить.

— Коля, не кричи! Ты же его пугаешь, а он такой маленький!

Коленька успокоился и принялся с любовью рассматривать котенка. Тот вначале пытался царапаться, дрыгал тонкими длинными лапками, поджимал хвост, а потом затих и во все глаза уставился на окруживших его людей.

— Нравится? — спросил папа, от волненья щипая себя за бороду.

— Да, папочка! Очень нравится! — восхитился Коленька. — Прямо трубочист! Измазался сажей и брыкается!

— А ты придумал ему имя? — в свою очередь поинтересовалась мама. — Как мы его назовем?

Коленька смутился.

— Не знаю!

— Барсик? Степка? Мурз? Тимофей? — наперебой стали предлагать бабушка и родители.

Но Коле ни одно из перечисленных имен не понравилось.

И тут он вдруг протянул ручку в сторону телевизора, по которому шла какая-то музыкальная программа и завопил:

— Хфилипп! Хфилипп!

Все повернулись к телевизору и прыснули, еле сдерживая хохот.

По сцене бегал и прыгал с микрофоном известный российский певец. Его показывали по телевизору почти каждый день во множестве передач, поэтому все в стране от мала до велика знали, кто такой Филипп.

— Мама, смотри какой он черненький и как дрыгает ручками и ножками! — восхищенно кричал Коленька. — Прямо как наш котик! Хфилипп! Пусть будет Хфилипп!

Тут папа не выдержал и загоготал во весь голос. Но тут же остановился и строго поправил Коленьку:

— Не Хфилипп, а Филипп!