Александр Розов - Мауи и Пеле держащие мир

Сейчас, выполнив лэндинг в Ва-Ото, подполковник Томпсон был намерен разобраться в этом парадоксе (не главном, но, возможно, играющем роль в общей картине). Было неясно, почему самоанцы, уже бросив этот участок, и уйдя в другое место, вдруг вернулись, и быстро привели деревни в исходный вид. Такие действия совсем не в характере полинезийцев. И, кроме этого, Томпсон хотел найти лагерь коммандос Народного флота. Вообще, неявно предполагалось, что представители «союзников» встретят американский борт на аэродроме. Но — черта с два. Даже непонятно, где находился диспетчер, который грамотно привел «Super King Air» на полосу…

Лейтенант Гэббил — командир «Зеленых беретов», кажется, был в полном недоумении.

— Сэр, скажите, что нам делать?

— Что и обычно, лейтенант, — ответил Томпсон, — ищите площадку на достаточном удалении от туземного населенного пункта, и разбивайте полевой лагерь.

— Да, сэр, мы приступаем, — «Зеленый берет» козырнул и пошел заниматься привычным делом.

— Ну, а мне чего делать? — спросил второй пилот.

— А ты побудь рядом с самолетом, Лонел. Если что, рация и сотовый телефон тут работают. А в случае появления туземцев, веди себя дружелюбно, улыбайся, подари какую-нибудь мелочь. Я поищу меганезийское военное начальство. Раз был диспетчер, то и начальство должно быть.

— Ясно, Томас, ты босс, я не претендую. Но что мне делать, если пока тебя нет, подойдут нези?

— Скажи «добрый день» и представься. Тебе наверняка предложат кокосовое пиво и самогон — абсент. На первое соглашайся, на второе — лучше не рискуй, а на то и другое вместе ни в коем случае, а то утром вообще пожалеешь, что родился на свет.

— Понял, босс! Так и буду действовать, — с энтузиазмом ответил Лонел Вермонт.

Томпсон кивнул, и двинулся в сторону туземного поселка (до него было полкилометра). И, на первой же сотне метров, его догнала Джоан Смит.

— Мистер Томпсон, вы, кажется, вообще про меня забыли.

— Я не забыл, мэм, но у вас свои задачи, я полагаю.

— Да, у меня свои задачи, но у нас общая миссия, и мы должны сотрудничать, не так ли?

— Не так. Мне приказали оказывать вам содействие, и только. Содействовать пока нечему, и я занимаюсь своими задачами. Что вас не устраивает?

— Если честно, — ответила она, — меня не устраивают отношения в миссии. Можно подумать, тут реалити-шоу «Слабое звено», и чем больше людей вылетит, тем больше шансов на выигрыш у оставшихся. Это не лучший стиль поведения в «горячей точке», можете мне поверить.

— А у вас есть опыт в «горячих точках»? — поинтересовался подполковник.

Спецагент CIA немного смутилась, и лишь через несколько секунд ответила:

— Мне довелось работать в районах вооруженных гражданских конфликтов.

— Понятно, — он кивнул, — только тут не гражданский конфликт, а война. И война непонятная.

— Давайте обсудим это более детально, — предложила Джоан Смит.

— Обсудим что? — спросил подполковник.

— Например, это, — она махнула рукой в сторону хижин впереди, — это ведь подделка, верно?

— Подделка? — переспросил он, глядя на обычные самоанские «fale» (или «fare» — если на обще-полинезийском). Самоанская деревенская архитектура отличается тем, что у хижин нет стен, а только столбы, поддерживающие круглую крышу, похожую на шляпу из пальмовых листьев.

— Да, подделка, — повторила спецагент Смит, — и эти люди не туземцы, а из восточной Азии.

По мере приближения к деревне, становилось все более очевидно, что спецагент CIA права: это подделка, способная обмануть лишь высотную разведку. А при взгляде «по горизонтали» было заметно, что хижины собраны, на манер каркасных тентов из калиброванных стволов бамбука, и кровли не из пальмовых листьев, а из какого-то материала вроде водостойкой бумаги. В общем, деревня была не туземной. А жители тут были все примерно одного возраста — 20 лет, и одеты в обычные шорты и майки. И все эти парни и девушки были не полинезийские туземцы, а…

— …Корейцы, — уверенно сказал подполковник Томпсон.

— Но они смуглые, как уроженцы юга Индокитая, — возразила Смит. В ответ Томпсон пояснил:

— Просто они загорелые. Корейцы не загорают специально, но в Океании это само происходит.

— О, черт… — произнесла спецагент, — …Вы правы, подполковник. Это корейцы, причем вполне конкретные: «Кимберлитовый отряд». Я узнала лидера: это инструктор Оули Техас, его фото фигурирует в служебной ориентировке. Смотрите, это единственный европеоид среди них.

Подполковник Томпсон сразу увидел этого персонажа — молодого загорелого мужчину, чем-то похожего на стрелка из вестерна, хотя одет он был так же, как все. Но, было в этом 30-летнем «рэднэке» что-то эпически-ковбойское. Взгляд, поза, рисунок движений. Корейские парни и девушки, кажется, в чем-то подражали лидеру, или просто неосознанно копировали некоторые элементы его «ковбойского» стиля… Оули Техас мягко поднялся на ноги и произнес:

— Не рекомендуется так пристально глядеть на человека, который вас не знает.

— Мы это учтем на будущее, мистер Оули, — спокойно отреагировал Томпсон.

— Просто, Оули, без мистера, — ответил лидер «Кимберлитового отряда».

— Тогда, просто Томас, — сказал подполковник.

— …И просто Джоан, — добавила спецагент CIA.

— Превосходно! — Оули Техас широко по-американски, улыбнулся, — Ну, пойдем в дом собраний, поговорим о нашем, как бы, совместном военном бизнесе.

…

Дом собраний — традиционный элемент полинезийской деревни — представляет собой обычную хижину, но побольше, и абсолютно пустую. Там Оули Техас устроился на полу, по-японски в свободной позе со скрещенными ногами, и жестом предложил гостям следовать его примеру.

— Нам бы хотелось, — сказала спецагент Смит, — уточнить: какие у тебя полномочия?

— Оставь эти формальности, Джоан. Будь проще. Есть сценарий, а в нем — роли. Ты в курсе?

— Возможно, да, — ответила она, — но точно я скажу, если ты уточнишь, какой сценарий.

— Сценарий освобождения острова Тутуила, — сказал Оули, — и ваша роль: работа с репортерами североамериканских TV-каналов, и управление «Зелеными беретами», чтобы они позировали репортерам, согласно вкусам пожирателей гамбургеров, называемых электоратом США.

— О своей роли, — сказал подполковник, — я лучше спрошу у своего штаба.

— Конечно! — Оули подмигнул, — Но, штабные бюрократы будут говорить долго и криво, а я тебе объяснил быстро, прямо, понятно, и без лишней политкорректности.