Олден Белл - Жнецы суть ангелы

А еще ей хотелось бы побывать на берегах Калифорнии, которые она видела в старых оборванных журналах. Пальмы на закате, белые меридианы песка, пирсы, уходившие к горизонту, и свирепые волны, бившие о покрытые ракушками пристани. Она слышала, что в Калифорнии были созданы большие и безопасные области для живых людей. Огороженные города, где шла бойкая торговля, и даже было свое небольшое правительство. Оазисы цивилизации. Возможные зачатки нового мира. Ей хотелось бы посмотреть на что-нибудь подобное.

Или взять, к примеру, заснеженные горы, где можно было строить замки изо льда. Однажды в горах Северной Каролины она видела настоящий снег. Люди там часами могли ездить по заснеженным дорогам, не встречая ни одного слизняка. Зомби не выносили холод. Они не умирали, но замедлялись почти до полной остановки или просто замерзали. Ей вспомнился небольшой городок, расположенный рядом с брошенной лыжной базой. Замерзшие слизняки на улицах напоминали статуи. Она шла среди них и удивлялась тому, что Бог создал такую живописную картину. А ведь Он точно знал, что нужно делать.

Даже Ричард Гриерсон не сомневался, что мир был огромной территорией. Это понимала и она, и любой другой человек. Но некоторые места всегда оставались с тобой — не важно, куда бы ты ни уезжал.

Тем вечером после ужина Джеймс нашел ее на краю обрыва. На небе не было ни облачка, и городские огни, сиявшие перед ними, казались отражениями звезд.

— Ты что-нибудь слышала о парне по имени Мозес Тодд?

Темпл почувствовала, как все ее внутренности сжались.

— Откуда ты узнал это имя?

— Он так представился, когда Джонс открыл ему ворота. Этот человек сейчас сидит в гостиной. Ричард развлекает его сольным концертом.

Джеймс сказал, что Мозеса впустили без его ведома. Когда он увидел гостя, тот уже посасывал холодный чай и слушал музыкальные экзерсисы его брата Ричарда. Закинув руку на спинку кушетки и вальяжно скрестив ноги, Тодд с улыбкой встретил появление еще одного Гриерсона. Мужчина приподнялся и протянул огромную ладонь.

— Добрый вечер, сэр.

Пальцы Джеймса болезненно хрустнули под прессом рукопожатия. Гость мог бы раздавить и кирпич.

— Познакомьтесь, — сказала бабушка. — Это мистер Мозес Тодд. Он путешественник.

— Очень рад, — ответил Джеймс.

— А вы, я полагаю, второй внук этой леди?

— Я горжусь своими мальчиками, — кивнув, ответила миссис Гриерсон. — К сожалению, их отец болен и не может присоединиться к нам. Но у нас гостит одна девушка. Я представлю вам ее, когда она вернется. Саре нравится совершать вечерние прогулки.

Джеймс заметил, как сузились глаза мужчины.

— Я с радостью поприветствую ее, — ответил Тодд.

— В последнюю неделю нам везет на гостей, — продолжила бабушка. — Ах, Ричард! Джеймс! Какое счастье, верно?

— Вы совершенно правы, — согласился Ричард.

Знали бы они, каким небезопасным для них было это «счастье».

Когда они спустились с холма, Темпл подошла к машине и вытащила из сумки пистолет. Стараясь не шуметь, они с Джеймсом вошли в дом через кухонную дверь. Из гостиной доносилась музыка. Ричард исполнял мелодию, похожую на колыбельную песню. В паузах между звуками Темпл слышала перестук маятника старинных часов, стоявших у двери. Она дождалась окончания мелодии. Когда раздались аплодисменты — то есть когда руки Мозеса были заняты, — она открыла дверь, вошла в комнату и нацелила оружие в голову Тодда. Темпл уже успела забыть, каким большим и крепким выглядел этот мужчина. Его темная борода давно не знала ухода, засалившиеся волосы были зачесаны на затылок. Он спокойно сидел на кушетке и с улыбкой смотрел на нее.

— Боже мой! — прикрыв рот рукой, воскликнула миссис Гриерсон.

— В чем дело? — спросил Ричард.

— Привет, малышка, — сказал Тодд.

Он поднялся на ноги, напоминая Пола Баньяна.[5]

— Сделаешь хотя бы шаг, и я убью тебя, — предупредила Темпл.

— Ты так не поступишь, дорогая, — возмутилась миссис Гриерсон. — Я не знаю, к чему все эти грубости, но…

— Ричард, проводи бабушку наверх в ее комнату, — попросил Джеймс.

— Что происходит? — спросил его брат.

— Проклятье! Просто делай, что тебе говорят!

Ричард съежился, словно огрызающийся барсук, но затем встал, подошел к миссис Гриерсон и вывел ее под руку из гостиной. Темпл прислушалась к их шагам на лестнице.

— Невежливо держать гостей под прицелом оружия, — сказал Мозес.

— Вы мой гость, а не Сары Мэри, — ответил Джеймс. — Оружие в ее руках.

— Это верно, — согласился Тодд.

— Пройди туда, — велела Темпл, указав ему на деревянное кресло с красивой, драпированной сатином подушкой. — Только медленно.

Мозес сел в кресло. Джеймс принес из подвала веревки и крепко связал его запястья и лодыжки.

— Ты уверен, что защищаешь правильную сторону? — спросил Тодд, пока Джеймс завязывал последние узлы.

— Она провела в моем доме восемь дней и никого еще не убила. А от тебя, судя по виду, можно ждать больших неприятностей.

— Достаточно честный ответ, — произнес Тодд. — Она рассказала тебе, что убила моего брата? Расправилась с ним голыми руками. Как зверь. Неужели она не упоминала об этом на ваших вечерних посиделках?

Джеймс бросил быстрый взгляд на Темпл. Но он не ожидал от нее ни подтверждения, ни оправдания.

— Похоже, вам обоим нужно обсудить свои вопросы, — сказал он. — Я посижу в соседней комнате. Сара, позови меня, если что-нибудь понадобится.

Темпл молча кивнула. Когда Джеймс вышел из гостиной, Мозес снова улыбнулся.

— Как поживаешь, девочка? — спросил он.

— У меня все нормально.

Он облизал губы, как будто готовился к долгой беседе. Его борода изменила форму и стала напоминать морского ежа. Темпл увидела, как кончик его белого языка увлажнял уголки рта.

— Ты нашла для себя прекрасное пристанище, — сказал он, обводя взглядом комнату.

— Да, тут живут хорошие люди. Они немного не в своем уме. Точнее, некоторые из них. Но они содержат большое хозяйство и сохраняют свой быт.

— Как еда?

— Лучше, чем где-либо.

Темпл села на кушетку рядом с креслом и уперлась локтями в колени. Мозес посмотрел на пистолет, который она оставила на кофейном столике. Если бы его руки не были связаны, он мог бы дотянуться до него.

— Тебе лучше не терять бдительности, девочка. Всегда будь начеку. Ведь я могу вырваться из веревок и схватить твой пистолет.

— Если можешь, то давай попробуй. Это так или иначе завершит наше дело.