Василий Егоров - Стратегия на доверии

Мальчишка с военной темы переключается на архитектуру, мысли Ацтека плавно переключаются с закованного в сталь гиганта на глубинную суть живущего вокруг маскарада.

"Любопытно. Полная иллюзия средневековья. Организатор явно не страдает материальными проблемами.

Возвести замок и стилизованный под старину город в условиях неподъемных цен на землю и природную древесину может разве что олигарх из первой десятки, — парень оборачивается вполоборота, услышав ритмичный топот десятков ног. — Такие люди в грош не ставят простых бойцов вроде меня".

Строй, сплошь из зеленокожих великанов и квдратоподобных коротышек браво марширует по каменной площади. Два полновесных полка мутантов в полном обмундировании — явный перебор для психики нормального человека.

"Невероятно. Похоже, хозяин замка кроме денег обладает богатой фантазией. Хуже всего если я попал в лапы одного из знаменитых экспериментаторов. — Ацтек невольно качает головой. — Самая паршивая разновидность зрителя, зритель-экспериментатор: "А что будет, если оторвать букашке крылья?"

Парень вспоминает шквал газетных статей-разоблачений о развлечениях богатых и знаменитых взявших моду ставить опыты психологического характера над людьми, не заботясь не только о здоровье, но даже о жизни подопытных.

Приближаясь, командиры-мутанты и их подчиненные дружно поворачиваются лицом к Ацтеку, чтобы отдать честь, и громогласно прокричать: "Вечных побед его светлости герцогу Эдуарду!"

Смотрится картинка впечатляюще, но неестественно Режиссер, если он вообще есть, переусердствовал, проявив себя дилетантом.

— Они тебе салютуют? — полушепотом интересуется парень, несколько сбытый с толка. Имя Эдуард, помпезность приветствия, отсутствие поблизости кого-то мало-мальски похожего на особу голубых кровей превращают сцену в подобие фарса.

Эрн в смущении приостанавливается, поочередно вглядываясь в Ацтека и в спины удаляющихся солдат. Случайное дуновение ветра взъерошивает пареньку волосы, приводя в полное соответствие внешнее и внутреннее состояние.

— Нет, ваша светлость они салютуют вам.

Ацтек оказывается абсолютно не готов к подобному повороту. Игра в гляделки длится секунд пять. Эрн смущенно опускает глаза.

"Ничего не понимаю!? Причем здесь Эдуард? Мне что, предлагают роль герцога в спектакле?".

— Так я же вроде не Эдуард, — непроизвольно переходя на полушепот, замечает Ацтек.

Парнишка теряется еще больше, выразительно хлопая ресницами.

— Как же так?! — дрожащий голос практически неузнаваем.

Столько разочарования и детской обиды звучит в риторическом вопросе юного слуги, что парень поневоле чувствует себя неуютно. Общение с детьми не входит в обязательный курс изучаемых бойцами дисциплин.

— Так ты, тоже считаешь меня герцогом?

Сама интонация вопроса подразумевает ответ "конечно нет", но слуга этого не понимает.

— Да ваша светлость. Вы герцог Эдуард, я не мог ошибиться.

Уверенность на грани безумия.

"Здорово! Похоже, организатор предлагает мне войти в роль, не зная условий. Только что делать? Сразу попытаться выяснить, что здесь полагается за невыполнение сценария или наоборот, подыграть? — Ацтек задумчиво потирает подбородок. — Дурдом".

— Отлично, герцог так герцог. Имя Эдуард тоже вполне ничего, — парень мягко улыбается, — гуляем дальше. Сколько здесь всего солдат?

Парень решает сменить тему разговора, чтобы отвлечь мальчишку.

— Тысяча секир гномов, столько же орков, две тысячи вольнонаемных конников, две тысячи арбалетчиков и пять тысяч пеших мечников, — по-военному четко рапортует Эрн.

— То есть, всего одиннадцать тысяч, — подводит итог Ацтек, быстро произведя в уме нехитрые расчеты. — "Интересно для чего содержится такая армада".

— Есть еще резерв из десяти тысяч военнообязанных крестьян, зачармленное зверье, две сотни воинов храма, которые иногда соглашаются нам помогать и три десятка магов.

Последнее слово действует на вяло передвигавшего ногами по каменной мостовой Ацтека подобно заклинанию.

— Магов? — парень смотрит на Эрна с нескрываемым любопытством. Забытое в раннем детстве слово заставляет глаза загореться неподдельным интересом. Начинающим бойцам разрешалось в непродолжительные промежутки свободного времени читать книги, это способствовало развитию интеллекта и тактического мышления.

— Да, ваша светлость, — слуга, выглядевший смущенным, замедляет шаг, почти остановившись, — после того как вы вернулись, называть их магами, наверное, будет не совсем правильно, но обычные огненные шары или там молнии они могут соорудить, хотя я в этом мало смыслю.

Ацтек в очередной раз касается подбородка ладонью, указательный палец пересекает линию губ, характеризуя недоверие.

— А посмотреть нельзя? Это должно быть интересно. — Ацтек не отличается излишним любопытством, но в этот раз загорается.

— Любой из магов почтет за честь продемонстрировать перед вами свое мастерство, — с непонятной гордостью в голосе задирает к небу подбородок Эрн.

— В таком случае давай сходим, — парень решает не отказывать себе в маленьком удовольствии. — "И развлечение, и от мыслей о хозяине замка подальше, не нравится он мне! Заочно!"

— Чародеи живут в магическом университете, его перенесли всего пару лет назад по настоянию милорда-ректора Цитры, много позже вашего исчезновения, — Эрн, сворачивая с основной дороги, указывает на невысокую постройку округлой формы с непропорционально большим переливающимся бриллиантовым блеском шпилем, придающим зданию нелепый вид.

— Симпатичный домик, только зачем в него эту палку воткнули? — новоявленный герцог невольно усмехается. Тон вопроса, свидетельствует о необязательности ответа, но Эрн решает подстраховаться.

— Шпиль необходим для сбора молний ваша светлость, — многозначительно сообщает мальчишка. — Еще говорят, он увеличивает магические способности жителей Альфы, но я в это не очень верю.

Дальнейший путь проходит в обоюдном молчании. Эдуард размышляет о необычности происходящего, а верный слуга не осмеливается нарушать раздумий его светлости.

По мере приближения к академии становится ощутимо теплее. Чувствуется наличие погодных установок рассеянно-объемного действия, анонсирование которых в прошедшем году наделало немало шума.

Аккуратные, почти ажурные ворота встречают гостей в компании седовласого старца с зеленым локоном у левого виска. Экстравагантный внешний вид довершает расшитое драгоценными камнями одеяние-балахон.