Павел Сормов - Летняя Вьюга (окончание)

— Как змея. Яд в медицине полезен, но держать за шею надо крепко. Как при… том… Хозяине. У нас сейчас ситуация — один в один конец сороковых. Даже ещё запутанней.

— Да. Только "ядерная бомба" сейчас как раз у нас. Целых две, и многоразовые.

— И одушевлённые, со своими… тараканами. И не у нас, а сами по себе. Слышал — "у меня имя есть!"… Хорошо, что хоть деваться им от нас некуда. Спасибо Обществу, совсем у ребят со страху башню свернуло. Это они удачно сестричек к нам прислонили.

— И что теперь с ними делать-то?

— А ничего. Найдём своего "делегата", есть кандидат… А Платоныч расчёт получит, спасибо ему, пускай валит. Хоть к Чекану в компанию, хоть куда.

— Не прокидаемся?

— Нет. Он нам больше не нужен, ситуация другая, чем была в июне. Проблема в том, что сила сейчас, в отличие от времён оных — у сестричек в руках, напрямую, и у их группы. Такого никогда не было, это мы теперь обслуга. Да! И мы должны подстраиваться под их хотелки, а главная хотелка у умников всегда одна — чтобы им создали все условия для спокойного потрошения их лямбдасигмагиперонов и триметилурандебилов. И отвалили в сторону, власть над ЛЮДЬМИ им неинтересна. Понятно, мир изменится, но это не скорый процесс. Мы им нужны, очень. Меньше, чем они нам, конечно, но менять одну правящую банду на другую им неинтересно, править самим — тем более. Я им хочу прямо сказать — давайте поможем друг другу! Если они подсобят расправиться с Обществом… ну, а дальше видно будет.

— То есть, хочешь сказать, что они нас держат за простых бандитов?

— Разумеется. Нормальное восприятие власти, для людей из середины "пирамиды", не разбирающихся в тонкостях. Не забывай, что ещё пару месяцев назад это были просто сотрудники обыкновенной лаборатории при "нанистах"…

— Ворьё одно, там чистить и чистить…

— Конечно, сейчас это нам уже неудобно, вычистим. Дело в другом. Они воспринимают нас как меньшее зло, и нас это устраивает. По сравнению с Обществом и отечественными его прихлебателями. Правда, твоими трудами, таковых почти не уцелело… и это хорошо, Чекану с компанией должно понравиться…

— Хозяева схемы, как мой Шурик выражается?

— Да. В общем, кесарю кесарево, а…

— А слесарю слесарево. Я на полигон, Света бомбу обещала доставить, что им сперва подсунули. Ещё с "зе энда" вещица, наверняка. Ещё штук десять где-то бродят… Вертолёт вызвал, летишь со мной?

— Да, разумеется. А кто ещё там будет, кроме красотки?

— Не знаю. Но поговорить в любом случае будет нелишне. Всё хотел тебя спросить, каких они все убеждений-то хоть?

— Судя по следам в сети… ну, у младшей, какие там убеждения, няшечка кавайная… сознание игровое, может быть стихийно-языческое, нью-эйдж. Политики не видать. Некоторые симпатии к японщине всякой, понятно откуда. Антиамериканизм, вторичный. Старшая, видимо, русский национал-социализм, но мягкий, такой, женский… а у самого профессора… понятно, остаточный советизм с оговорками, как и почти у всех олдовых естественников. Мориц, жёсткий энэс, с германофилией и расизмом, но и с частичным неосоветизмом. Штрассер и Сталин — наши рулевые, короче, Гитлер — предатель континентального русско-немецкого союза и вообще жидомасон… Максим Дегтярёв, хард стайл. Мышканцев — вообще странный зверь, полная шиза в голове, всего понемногу, от анархо-коммунизма до русского нацизма. У меня есть аналитика по ним, в вертушке почитаем…

— Остальных бы глянуть.

— Тоже есть. По женихам сестричек и друзьям, особенно. Оба их парнишки правые, разных оттенков.

— Отлично. Всё, пришёл борт, поднимаемся.

Общество никогда не проигрывало. Потому что, если оно начинало проигрывать, оно просто меняло правила. Игры. Той Игры, где пешками были судьбы стран, ладьями и слонами — целых цивилизаций. А шах королю объявлялся всего один раз за восемьсот лет. Джина, будучи всего лишь кандидатом, не могла знать истинного самоназвания действительных членов Общества. Люди Игры.

Михаэль Геккер, второй Секретарь, глубокий старик (он выглядел, тем не менее, значительно моложе своих ста семи лет) аккуратно положил пульт управления экраном на полированную поверхность стола в Зале Пикников.

— Мы расслабились, Джефф. Каждый кандидат — это крысиный волк, а не наследный принц. Если мы отступим от этого правила, мы погибнем при первом же серьёзном кризисе. Таком, как сейчас.

— Ну, если Джина у нас принцесса…

— Я не о ней. Она на своём месте, как раз. Неудачи совсем неудивительны, с учётом нового типа противника. У нас теперь, как никогда, слишком много слабовольных детей, наследников. Они не умеют ломать волю обычников. Игра нестабильна. Назрела окончательная хаотизация, пора жертвовать скорлупой. Сёстры Checkan должны утратить симпатии обычников, и мы подготовим точку бифуркации. Слепая месть Соединённым Штатам паранормальных монстров, в обличии красивых женщин — отличная штука. Для телезрителей лучше нарочно не придумаешь. После такой встряски у нас хватит потенциала продолжить Игру.

— Я подготовил исполнителей по основному и запасному вариантам. А это отвлечение. Обе летучие твари будут в одном, нужном нам месте. Начинаем немедленно, возможности ЦРУ и союзных разведок тоже необходимы, есть работа Джине.

Мортон протянул листок бумаги. Старик, быстро прочитав, смял записку, и поджёг её в хрустальной пепельнице, щёлкнув хромированной зажигалкой.

— Ты тоже на своём месте, Джефф. Что ж. Маленькая рыжая девочка мечтала превратить наш мир в японский мультфильм? Мы пойдём ей навстречу. Пусть отомстит за смерть родителей, по канонам этого дурацкого жанра. Чем страшнее, тем лучше…

Стас был прав, насчёт футуролога, и Шалимов, чуть отоспавшись, это начал понимать сам. Да, штатный псих должен получить расчёт, и в качестве "выходного пособия", кроме, собственно, зарплаты, у новоявленного Малюты Скуратова кое-что для аналитика было припасено. Не без задней мысли, что Передельский, впоследствии, доведёт эту информацию до группы Чекана.

Проснувшись, после звонка шефа, и открыв служебную почту, Кит обнаружил, помимо краткого изложения произошедших ночных событий, крайне интересный файл. Приличного объёма документ описывал главного теневого врага "соскочившей" с иглы финансовой зависимости российской власти — Западное Общество, своего рода нервный узел "мировой плутократии". Футуролог понимал, что его непосредственное участие в происходящем пока не требуется, да и будет воспринято, как несолидная суета и набивание себе цены. Но и спать уже совершенно не хотелось — новости, в очередной раз, прогнали весь сон. Мир уже не стоял на ушах, а скорее, прыгал на оных через горящее кольцо, как дрессированный циркачом-извращенцем кролик…