Брайан Герберт - Ветры Дюны

Ирулан взяла экземпляр и стала перелистывать прочные неуничтожимые страницы с мелким шрифтом.

– Что значит пересмотренное?

Она просматривала главы, пытаясь определить, что изменено, опущено или добавлено.

– Более подходящая для масс версия правды с учетом изменения политической обстановки.

Рядом с довольной Алией стоял Дункан Айдахо, молчаливый и встревоженный. По выражению его лица Ирулан не могла понять, одобряет он это, не одобряет или ему все равно.

Алия отбросила назад волосы и объяснила:

– Мой брат был терпимым и уверенным в себе человеком. В целом твои рассказы положительны, но он допускал критические замечания, сомнения в его решениях, которые рисовали его не совсем в похвальном свете. Не знаю, почему он это разрешал, но я не брат. У меня нет силы воли Муад'Диба. Я всего лишь регент.

Ирулан слышала нотки раздражения в ее голосе.

– Скромность и самоуничижение не идут тебе, Алия.

– Времена сейчас опасные. Под угрозой будущее империи, и я иду по зыбучему песку. Все, что порочит память Муад'Диба, ослабляет мою позицию. Памфлеты Бронсо, как черви, подгрызают наши устои, и я буду контролировать то, что смогу.

На складе рабочие грузили коробки с пересмотренной биографией на платформы с генераторами силового поля, которые перемещали их на грузовики; грузовики, в свою очередь, доставляли их на грузовые корабли. Почти миллиард экземпляров книги Ирулан уже были распространены на планетах, завоеванных Муад'Дибом в ходе джихада.

– Твоя задача в моем правительстве – противостоять Бронсо. Правительство распространяет твои книги бесплатно, и у них будет гораздо большая аудитория, чем когда-либо сможет набрать предатель. Твоя официальная история легко одолеет его ложь, если понадобится – то и грубой силой.

Ирулан не была трусихой и не дрожала при любой угрозе ее жизни, но она считала, что обязана Паулю, и думала о благополучии близнецов, детей ее мужа.

– Чего именно ты от меня хочешь?

– Безопасность империи зависит от того, насколько почтительно люди относятся к моему брату. Отныне твои труды будут служить особой цели. Пиши о Пауле только хорошее, описывай только позитивные стороны его правления, даже если придется исказить правду. – Алия озорно улыбнулась; она походила на девочку, которую Ирулан помогала растить в первые годы правления Пауля. – И тогда тебе абсолютно нечего будет бояться.

В последующие недели Ирулан с такой страстью и воодушевлением занялась писанием, что Джессика даже удивилась. Принцесса как будто очень хотела сохранить – и укрепить – память о Пауле. В творческом порыве она писала главы, раскрывающие великую легенду Муад'Диба; события она толковала гораздо свободнее, чем при жизни Пауля.

Находя это тревожным и безвкусным, Джессика решила поговорить с Ирулан. Ради Пауля.

В своем частном крыле обширной крепости принцесса выбрала стиль и вместе с художниками и мастерами попыталась создать эхо дворца Коррино на Кайтэйне, где она выросла. У Ирулан были собственные дворы и оранжереи, свои сухие фонтаны и обветренные памятники. Она почти все время проводила в своих помещениях и редко показывалась на публике.

Придя без охраны и носильщиков, Джессика застала Ирулан в бельведере; принцесса писала на чистых страницах. Младшая женщина подняла голову, поправила прядь золотых волос.

– Леди Джессика – какая приятная неожиданность. – Она показала на пустое кресло возле своего письменного стола. – Присоединяйся ко мне. Я рада возможности поговорить.

– Ты еще не знаешь, что я собираюсь сказать.

Ирулан слегка нахмурилась.

– Я причинила тебе какие-то неприятности?

Сев в указанное кресло, Джессика не стала выбирать слова.

– Пауль заслуживает большего, чем бесстыдная пропаганда. Ты всегда писала правду, Ирулан, и чаще всего мне не в чем было тебя упрекнуть, потому что ты лучше других помнишь Пауля. Но сейчас, сопоставляя написанное тобой с известными и неопровержимыми фактами, я вижу, что теперь это не так. Новая пересмотренная «Жизнь Муад'Диба» меня очень встревожила.

– Пересмотр Алии. – Ирулан пыталась скрыть смущение. – И вообще, кто может знать все? Моя цель не записать сухие факты, а помочь правительству сохранить стабильность в эти нелегкие времена. Ты ведь знаешь, каково это. Нас обеих учили сестры Бене Гессерит.

– Я знаю, чего хочет Алия, и понимаю необходимость пропаганды, но теперь… вообще ничего негативного? Ни крупицы? Даже паломники с горящими глазами увидят явную ложь.

– Это точка зрения Алии; она считает, что отклонение от истины создает равновесие. – Ирулан выпрямилась. – На самом деле она права. Постоянные нелестные разоблачения Бронсо приносят большой вред, и я лично нахожу их предосудительными. Они ослабляют регентство в самый трудный, шаткий момент, когда оно еще только устанавливается. И если мои описания исторических событий слишком льстят Муад'Дибу, я просто борюсь с клеветой. – Эмоции в голосе Ирулан удивили Джессику. – История в моих руках – Пауль сам мне это говорил. Нельзя, чтобы соблазнительной лжи Бронсо никто не противостоял.

Джессика вздохнула. Она много лет хранила тайну Пауля, но сейчас решила, что Ирулан должна знать.

– Есть важное обстоятельство, которого ты не понимаешь.

Ирулан положила ручку и отодвинула страницу. Она казалась напряженной и очень официальной.

– Тогда просвети меня. Чего именно я не знаю?

– Бронсо когда-то был другом Пауля.

Ирулан нахмурилась.

– Я изучала молодость Пауля и знаю о его контактах с домом Верниус.

– И знаешь, что у Атрейдесов с иксианами вышла ссора.

– Да, но исторические сведения неполны и неопределенны. А Пауль не хотел говорить со мной об этом, когда я спрашивала.

Джессика заговорила тише, опасаясь, что кто-нибудь может подслушать, хотя для всякого, кто рылся в старых записях империи, это были общеизвестные сведения.

– Между двумя домами когда-то существовали очень прочные связи, и Пауль встретился с Бронсо, когда семья Верниус прибыла на Каладан на свадьбу Лето. Позже, когда Паулю исполнилось двенадцать лет, он отправился на Икс учиться с Бронсо – точно так же как мой Лето в молодости учился вместе с Ромбуром Верниусом. Герцог Лето считал важным обучать Пауля как будущего герцога Каладана. Мальчики стали лучшими друзьями – кровными братьями; они поклялись оберегать жизнь друг друга. А потом все изменилось.

Джессика без комментариев встретила вопросительный взгляд Ирулан. И продолжила рассказ.