Дарина Гордина - Сансара

Павел курил, не зажигая света и выпуская дым в темноту, Никита никогда раньше не заставал отца за этим занятием, он вообще не курил. Наоборот, всегда пропагандировал здоровый образ жизни. «Что-то особенное должно было случиться, чтобы он закурил», — подумал Никита. Павел дернулся, одновременно дернулся и мальчик. Павел мгновенно сжал пальцами сигарету и выбросил ее в окно, было очевидно, что Никита застал отца врасплох, то же можно было сказать и о Никите, который прятал за спину рисунки.

— Ты что не спишь? — спросил отец. Было видно, что ему неприятно появление сына.

— А ты? Ты что, папа, куришь? — удивился Никита.

— Мне не спится, у меня был трудный день, сынок, очень трудный. Ты свет не включай, а то мама проснется и нам с тобой влетит, на кухне накурено! А ты чего встал?

— А я, папа, просто хочу попить воды.

— А, понял, тогда пей быстро и уходи давай. — Павел снова повернулся к окну.

Никита только и хотел того, чтобы уйти. Он налил для правдивости в стакан минералки и поковылял в свою комнату. Папа так и остался у окна, видимо встречать рассвет. Так что о том, чтобы осуществить план, нечего было и думать. И что? Теперь погибнет седой или уже погиб! Нику стало противно от своей немощи, от того, что он маленький и от всех зависит, что не с кем даже поговорить, вот только с Графом. Противно, что он занимается черт-те чем, а где-то мастер Сэн Лоу обучает таких, как он, мальчишек необыкновенным вещам. Никита готов был разрыдаться. Он зашел в свою комнату и закрыл дверь. И вдруг внезапно кто-то сзади напал на него. Чья-то сильная рука в перчатке зажала ему рот, мешая дышать, он не мог вырваться, рука держала его так крепко, что он не мог даже шевельнуться…

— Отпущу, только молчи! — раздался за спиной мужской голос. — Будешь молчать?

Никита кивнул. Ночной гость развернул Никиту к себе — это был мастер Сэн Лоу!

Он поднес указательный палец к губам: «Т-с-с!»

— Я так ждал, так звал вас, мастер Лоу, я… — Ник глядел на него, как Колумб, узревший наконец-то Америку.

— Прости, что пришлось применить силу, не хотелось, чтобы ты закричал от неожиданности.

Страх и ужас Никиты быстро сменились на восторг и счастье.

— Вот тебе твоя первая ошибка — ты сомневался, ты звал меня, но в глубине души не верил в то, что это может произойти. Запомни, я твой мастер, я сам выбрал тебя и всегда приду к тебе на помощь, если в сердце твоем будет вера. Это тебе первый урок.

Сэн Лоу сел напротив него на ковер и продолжал:

— Настоящий учитель никогда не отказывается от ученика, даже если тот сам откажется от учителя. Ученику можно совершать ошибки. Учитель же должен быть безупречным!

Сэн Лоу проницательно смотрел на Никиту, будто вглядывался в его душу.

— Ты должен мне доверять. Ученик всегда должен доверять учителю. Ты мой ученик? Отвечай без оглядки на родителей, это только твой выбор. И ты уже достаточно взрослый, чтобы сделать его.

— Да! — радостно воскликнул Никита. — Я теперь хочу всегда быть с вами!

— Судя по всему, ты понял, что это серьезно. Но скажу тебе, один я искал тебя. Ты тоже очень хотел встретить меня, а когда-то давно, в другой жизни, мы не хотели разлучаться друг с другом. Ты забыл, а я сдержал слово и нашел тебя.

— А почему я ничего не помню?

— Потому, что так должно быть. А кто помнит? Люди в основной своей массе не помнят прошлого и ни о чем не задумываются. На все вопросы им отвечает телевизор. Ты все забыл для того, чтобы спокойно жить, чтобы тебе легче было учиться в твоей материалистической школе.

— Тебе не нравится моя школа, мастер Лоу? — Никита задал этот вопрос, хотя она и ему самому не нравилась.

— Нет, почему же? — здание хорошее, компьютеры в каждом классе. Только никто не учит главному!

— Чему?

— Ник, кому нужны знания, в которых ничего не известно о самом человеке? О смерти и бессмертии, о Вечности и Вселенной, частью которой человек является… Люди так нуждаются в познании своей души, самих себя, а им говорят обо всем, но только не об этом. А если люди вокруг ничего не знают о природе души и духа, их можно считать слепыми. А когда человек слеп — его можно убедить в чем угодно. Ты хочешь навсегда остаться слепым?

— Нет, — замотал головой Никита.

— Тогда не будем терять времени, покажи, что ты там нарисовал. — Сэн Лоу уже пару раз бросал взгляд на картинки, валявшиеся на полу.

Когда Сэн Лоу так неожиданно появился, они автоматически выпали из рук Никиты.

— Это правда, он погиб? — спросил Лоу, показывая на коряво нарисованного человечка с бородкой, лежащего в луже крови.

— Вот и я хотел это у вас спросить, — подхватил Ник.

— Видеть события, как это видишь ты, — это только твой дар, Никита. И мой долг помогать тебе стать тем, кем ты должен быть.

— Так вы не знаете, погиб седой человек или нет?

— Судя по всему — да, слишком много взаимосвязанных событий. Теперь нужно искать следующего Элиона.

— Кого?

— Теперь нужно искать того парня! — Сэн Лоу внезапно обнял его. — Ты не представляешь, Ник, как я рад, что ты согласился!

Ник и представить себе не мог, что он был способен на такой порыв чувств. Лоу взял рисунки Никиты, скомкал их, положил на свои ладони, и внезапно бумага сама воспламенилась. Листки скручивались и горели каким-то холодным синеватым пламенем, при этом лицо Сэн Лоу не выражало ни страха, ни боли, он только сосредоточенно смотрел, как догорают листки. Когда они начали рассыпаться, мастер Лоу подошел к окну и вытряхнул пепел, рассеяв его по ветру. Потом взял со стола стакан с водой, брызнул на руки, стряхнув след от пепла. На его руках Ник не увидел следов от ожога.

Он смотрел на мастера Лоу с восторгом и вдохновением, который еще шире раскрыл окно и встал на подоконник.

— Ник, ты мне сейчас очень помог, и я вернусь к тебе в тот момент, когда ты без меня не справишься.

— А я уже не хочу быть без тебя! — бросился к нему Ник.

— Не хочу и не могу — это не одно и то же, на всякий случай будь, как пионэр, всегда готов!

Это было смешно, Никита никогда не слышал о пионэрах, наверное, это индейцы в прериях, по в следующую секунду Ник забыл о них, потому что мастер Сэн Лоу сделал шаг из окна и взвился в небо.

Иван очнулся и открыл глаза. Жив! Кажется, цел, только где он? Деревянный сруб потолка из светлого дерева желтоватым куполом висел над головой, опираясь на дышащие хвоей стены. Крепкий деревенский дом — терем, в комнате горит свет, а вокруг такая удивительная тишина, такой покой, что казался безжизненным. Ни фига себе история! Значит, его спасли и увезли в деревню. Интересно, кто? Иван приподнялся на локте и тут же упал на большой деревянный настил. Он находился еще как будто во сне, где продолжались стрелялки и догонялки, потом взрыв — он потерял сознание. А вот что было потом? Может быть, его похитили как опасного свидетеля? Но тогда почему не убили? Но нет, когда похищают, то связывают, а тут постель постелили. Нужно попытаться обнаружить хозяев.