Владислав Изотов - Гражданин 19f

— Что-то там у нас сегодня намечалось… — не успел пробормотать Ким, как ему ответила вездесущая система надзора.

— К вашим услугам предоставляется автоматический планировщик федеральной службы информационной поддержки. Планировщик позволяет максимально эффективно составить расписание введённых директив, экономя ваше личное время и время ваших близких.

— Да ну тебя! Мы и сами… С усами. Мне всего-то надо сегодня съездить в этот ваш, мм…

— Регистрационный центр Таможенно-Иммиграционной службы ОФС. - подсказал услужливый голос.

— Ну вот, «много» делов-то. Часика через два, думаю, буду выходить.

— Служба информационной поддержки настоятельно рекомендует назначить процедуру регистрации гражданства на отрезке от 13:20 до 16:50 по местному времени. Так же регистрация будет доступна с 19:20…

— Ну хорошо, хорошо, назначай на пол третьего — отмахнулся Ким, потягиваясь на полке.

— Ваш запрос принят. Мы убедительно просим вас не опаздывать. Желаете загрузить ИНС-модель маршрутного процесса?

— Да валяй…

Что такое «ИНС модель», Ким спросить не удосужился. Голова была занята другим.

— И да, ч-чёрт… Вруби-ка телекран. На чём мы там остановились, из записей матчей Боксёрской Ассоциации Арда?

— Поединок «Алекс Брукс — Николай Гиоргадзе». Четвёртая минута.

— Ага. Давай, включай.

На какое-то время, телекран помог Киму отвлечься от нерадостных размышлений. Один за другим он просматривал пропущенные матчи, вспоминая годы юности, проведённые на Финиксе. Как оказалось, многие значительные события в мире бокса прошли мимо него, например, становление Пак Гон Хёна как мирового чемпиона в тяжелом весе — в былые годы он слыл заурядным бойцом, как и вовсе безызвестный Мигель Гонсалес, ныне возглавлявший рейтинг наиболее перспективных боксёров в четырёх категориях. А вот бывшие фавориты не радовали: человек-легенда Громыко ушел из спорта, оставив нескладного наследника, даже не приблизившегося к титулам отца; Алехандро Лопеса «выбили» из полутяжа, сильно сдал позиции Марк Хейкинен, некогда прославившийся рекордным количеством встреч, законченных нокаутом соперника. Из «старой гвардии» держались только Джон Брэдли, который ныне представлял на ринге госкорпорацию «Arbeit MacroCon», уже немолодой Константин Власенко, вот-вот собиравшийся отправится на покой, да братья Уилсоны. Последние оставались единственными, кто практически не изменился за эти годы; Тейлор сохранял имидж «живчика», улыбчивого паренька «с улиц», некогда, как и сам Ким, вернувшегося в ОФС из Доминиона чтобы начать новую жизнь, а Дэвид продолжал радовать фанатов неповторимой техникой боя. Конечно, годы брали своё, но эффект был не столь заметен в сравнении с другими «звёздами ринга» прошлых десятилетий.

Так прошло полтора часа. Азарт начала постепенно вымещать сонливость, и Ким всё чаще ловил себя на том, что теряет суть происходящего на экране. Дурные мысли в голову почти не лезли, но начинала одолевать скука — что, в общем-то, было закономерно после двух дней лежания на полке.

— Пора-б уже и ноги размять… — потягиваясь, пробормотал он себе под нос. Телекран тут же погас, растворяясь в тусклой зеркальной поверхности стены.

Комбинезон-уник и изоплёнка лежали на полу, притоптанные тяжелыми сапогами. Особой аккуратностью или бережностью к вещам Ким никогда не отличался; недолго думая, он подобрал комплект одежды и, скомкав, бросил в шкаф к мятому транзитнику. Всё равно ещё шесть чистеньких комплектов осталось. Вот наберётся куча грязного белья, можно будет и в прачечную — или что у них тут — отнести…

Шустро одевшись в новёхонький уник, Ким напихал батончиков в карманы (обедать, наверное, будет некогда?..) и шмыгнул в коридор. Система оповещения тут же напомнила о блокировке жилой камеры во время отсутствия хозяина.

— Да спасибо, спасибо, скажи лучше, как дойти до станции.

В ночь прибытия, Фидель проводил брата от платформы маглева до квартиры, но путь был достаточно длинным и уже успел затереться в памяти.

— ИНС-модель маршрутного процесса уже была загружена в поток нейроскриптинга. — бесстрастно сообщил женский голос.

— «ИНС-модель»?

Кажется, о ней уже упоминали после назначения процедуры регистрации…

— Внедрение ИНС-моделей в активные процессы нейроскриптинга предоставляет пользователю возможность использовать синтезированные поведенческие конструкции в рамках поставленной задачи.

— А проще говоря?..

— Маршрутный процесс внедрён в ваш поток нейроскриптинга. Выбор правильного пути будет осуществляться вами интуитивно, на подсознательном уровне.

— Да, блин, опять ваши игры с «ложной памятью»? Я же просил, чёрт возьми! — недовольно буркнул Ким, осматриваясь по сторонам. Пока ещё постоянные «разговоры с собой» он воспринимал как нечто ненормальное, и скорее в силу привычки старался вести диалог со службой поддержки как можно тише и в безлюдных местах.

— Вы приняли решение о загрузки модели самостоятельно.

Выдержав непродолжительную паузу, система добавила.

— ИНС-модель не является постоянным нейроконструктом. По завершению поставленной задачи, конструкт дестабилизируется.

— А я, по-вашему, разбираюсь в этих чёртовых аббревиатурах?!.

— Служба информационной поддержки предоставила вашему сведению возможность установки специальных языковых модулей. Вы зарегистрировали отказ.

— О, Господи! Всё, проехали…

Создавалось впечатление, что система надзора старалась вмешаться в сознание под любым доступным предлогом. С другой стороны, Ким и сам совершил довольно глупую ошибку, позволив ей копаться в своей голове «по усмотрению». Впредь, стоило внимательнее относиться к разного рода «советам» надоедливого искина. Хотя, может, эта параноидальная идея со временем пройдёт; Фидель, например, постоянно подгружал через инсигнию различные «корректоры сознания» и «нейроконструкты», но ничего страшного с ним доселе не случилось. Пользы от них немало, а уж если кто сверху и решит порыться в мозгах, то разрешения спрашивать всё равно не будут.

Тёмные зеркальные коридоры вели вниз, к основанию колоссального жилого массива. Ким действительно не задумывался куда нужно идти — дороги он не помнил, но просто «знал» где надо свернуть, а где идти прямо. Странное и не слишком приятное ощущение, будто разум, а с ним и тело, на время становятся марионетками, ведомыми в темноту безликим кукольником. Ко всему этому ещё предстоит привыкнуть…

Людей в коридорах было даже меньше, чем вчера. На протяжении всего пути встретилось два или три человека, да и те куда-то очень спешили: один из прохожих чуть не сбил Кима с ног. Зато было много синтов. На нижних ярусах бегали целые стайки крохотных «крабиков», судя по всему, работавших с системой освещения комплекса. По крайней мере, такой вывод можно было сделать исходя из частых перепадов яркости в свечении стен, по которым эти «крабики» бегали. Иногда они проникали через твёрдую зеркальную поверхность, словно через масло, внутрь переборки. Конечно, перепады яркости могли быть и простым совпадением. Кроме этих стаек, в тоннелях встречались и знакомые «панцири», правда несколько другой конструкции — больше и шустрее, с едва заметными претонкими «усиками» метра на полтора-два в длину, которыми они шарили, проникая под поверхность пола и стен столь же легко, как это делали стаи крошечных крабов. Ким старался обходить стороной всю эту «псевдоживность», но синты и сами разбегались в стороны, как только к ним приближался человек. Интересно, если они способны легко проходить сквозь твёрдые перегородки, то, наверное, такая штука может залезать и в человека?.. Лучше об этом не думать…