Тим Хэй - Отряд скорби

— Я не могу понять тебя, — сказал он. — Сегодня ты уже хочешь пойти посмотреть квартиру человека, который относится к тебе как к сестре?

— Я пойду смотреть не на него, а на его квартиру, — ответила она.

— А-а, — отозвался Рейфорд, — тут я малость не сообразил.

— Вы голодны? — спросил Бак, как только Брюс показался в дверях его квартиры.

— Могу и поесть, — ответил тот.

— Тогда придется выйти, — сказал Бак, — а квартиру вы посмотрите, когда мы вернемся.

Они устроились в кабинке в темном углу шумной пиццерии, расположенной поблизости. Там Бак и пересказал Брюсу последнее послание от Стива Планка.

— Вы думаете о том, следует ли вам ехать? — спросил Брюс.

— Я просто не знаю, что и думать. Если бы вы знали меня лучше, эта сумятица в моей голове показалась бы вам странной. Инстинкт журналиста говорит мне: конечно, надо ехать, никаких вопросов. Да и кто бы отказался от такого приглашения? Однако, с другой стороны, я знаю, что это за человек. В последний раз он на моих глазах одной пулей убил двоих людей.

— Хорошо бы послушать, что скажут на это Рейфорд и Хлоя.

— Наверное, стоило бы их выслушать, — согласился Бак, — но я прошу вас не вовлекать их в это дело. Если я поеду, я предпочел бы, чтобы они об этом не знали.

— Бак, но если вы поедете, необходимо, чтобы все мы молились за вас.

— Ладно, скажите им, но только после моего отъезда. Завтрак с Карпатиу начнется около полудня или немного позже по нью-йоркскому времени. Вы можете сказать им, что у меня чрезвычайно ответственная поездка.

— Если вы на этом настаиваете. Но имейте в виду, что отношения друг к другу в нашей узкой группе мне представляются по-другому.

— Я понимаю, и полностью с вами согласен. Но они могут посчитать эту поездку опрометчивым, если не безумным поступком, и, наверняка, так оно и есть. Я не хочу расстраивать их и подожду момента, когда мне представится возможность подробно рассказать им обо всем и оправдаться.

— А почему бы не сделать это заранее? Бак поднял голову и пожал плечами.

— Возможно, потому что я еще не вполне разобрался в самом себе.

— Похоже на то, что вы уже приняли решение ехать.

— Пожалуй что, да.

— Вам не хотелось бы, чтобы я стал вас отговаривать?

— Кажется, нет. А вы собираетесь?

— Я тоже в растерянности, как и вы, Бак. Я не вижу в этой поездке ничего положительного. Это опасный человек, он может просто убить вас, и этим все закончится. Он уже проделывал это в присутствии множества свидетелей. С другой стороны, долго ли вы еще сможете уклоняться от встречи с ним? Он легко выяснил номер вашего еще незарегистрированного телефона через два дня после вашего переезда. Он в состоянии найти вас где угодно, а если вы будете избегать его, он попросту взбесится.

— Это я понимаю. На этот раз я смогу сказать, что был занят переездом и устройством на новом месте…

— Так ведь оно и было.

— Да, так оно и было. И вот я являюсь вовремя, по приобретенному им для меня билету, и интересуюсь, чем могу быть ему полезен.

— Он будет пытаться заглянуть вам в душу, выяснить, какие его поступки вам запомнились.

— Пока я совершенно не представляю, что буду говорить. Я не помню многое из того, что происходило на том собрании. Остро помню, как почувствовал, что в этом помещении сконцентрировано Зло, но вместе с тем я отчетливо ощущал, что со мною Бог. Я не знаю, что буду говорить, как отреагирую на те или иные вещи, но оглядываясь назад, я думаю, что Бог поможет мне хранить молчание и не позволит Карпатиу извлечь те выгоды, какие он хотел бы получить.

— И в этот раз вы должны полагаться на Бога, Бак. Но вместе с тем вам нужно иметь в голове хотя бы приблизительный план: что можно сказать, а чего говорить не следует.

— Послушать вас, так мне и спать сегодня не придется.

Брюс улыбнулся.

— Думаю, что на долгий сон вам рассчитывать не стоит.

— Мне тоже так кажется.

Пока Бак быстро провел Брюса по квартире, он мысленно уже принял решение отправиться утром в Нью-Йорк.

— А почему бы вам не позвонить вашему другу, — заикнулся Брюс.

— Планку?

— Да-да, Планку. Сообщить ему, что вы приедете. Тогда вам не придется опасаться его звонка и вы сможете включить телефон, чтобы я или кто-либо другой могли поговорить с вами.

Бак кивнул:

— Неплохая идея.

Однако после того, как он отправил сообщение Стиву, никаких звонков ему больше не было. Он подумал было позвонить Хлое и сказать ей, чтобы она не приходила утром, но он не хотел ни говорить ей правду, ни выдумывать какую-то историю. К тому же он был убежден, что она все равно не придет. Ему показалось, что она не проявила интереса к его приглашению.

Спал Бак беспокойно. К счастью, утром ему удалось избежать Верны Зи, когда он заезжал в бюро, чтобы отдать Алисе ключ от квартиры. Верна подъехала, когда он был уже далеко, так что она его не видела.

У Бака не было никакого удостоверения на имя Мак-Гилликадди. В аэропорту он нашел конверт с вымышленным именем и не сразу сообразил, что молодая женщина за стойкой знает, что его билет лежит в конверте.

Около получаса ему пришлось ждать у терминала, пока объявят посадку.

— Мистер Мак-Гилликадди, — объявил пожилой клерк за стойкой, — можете пройти на посадку, если угодно.

— Спасибо, — ответил Бак.

Он знал, что по правилам пассажиры первого класса, пожилые люди и пассажиры с маленькими детьми идут на посадку первыми. Но когда Бак пошел в зал ожидания, клерк удивленно спросил:

— Вы не хотите пройти на посадку прямо сейчас?

— Простите? — переспросил Бак. — Сейчас?

— Да, сэр.

Бак осмотрелся вокруг, обдумывая, не упустил ли он чего-нибудь. В очереди стояло еще несколько человек, исключительно те, кто имел право первой посадки.

— Вы имеете особое право идти на посадку первым, если хотите, но это не обязательно. Выбор за вами. Бак пожал плечами.

— Да, пожалуй, я пойду сейчас.

В самолете не было никого, кроме стюардессы. Еще не закончили уборку в салоне второго класса. Тем не менее, стюардесса предложила ему шампанское, соки, напитки, меню завтрака.

Бак никогда не отличался пристрастием к спиртному, поэтому от шампанского он отказался. Уильяме был слишком возбужден, так что есть ему тоже не хотелось, поэтому он отказался и от завтрака.

Стюардесса неожиданно возразила:

— Подумайте хорошенько. Тут есть бутылка лично для вас!

Она указала на пришпиленную к бутылке карточку: «С наилучшими пожеланиями от Н. К.»

— Спасибо, но все-таки нет.