Олег Чувакин - Что за прелесть моя невеста!

Седой адвокат подмигнул Сергею и показал в улыбке пугающе белые фарфоровые зубы. Эта улыбка послужила командой. Юристы повернулись к пологу и жениху спинами.

«Да-да, — подумал Сергей; его неудовольствие сменилось другим чувством, приятным и тревожным. — Пора крючкам-закорючкам и честь знать». И он решительно отдёрнул плотную штору.

У него поплыло в глазах. Он закрыл их, но словно продолжал видеть. Белое тело манило его. Золотистые волосы разметались по подушке и по рукам невесты. Смежённые веки чуть дрогнули. Полные губы шевельнулись, приоткрылись. Сергей отпустил штору. Ноги его задрожали, и ему вдруг захотелось упасть на колени — и расцеловать не одну милую девушку за шторой брачного полога, но и адвокатов из Великолепной Пятёрки, и лысого адвоката Безглупых тоже.

— Что за прелесть моя невеста! — воскликнул он.

Юристы повернулись, кто-то из них угодливо открыл перед Сергеем последнюю страницу контракта, подал ему золотую ручку. Когда жених подписал контракт и акт приёма-передачи, адвокаты — тихо, на цыпочках, как велел им Брачный кодекс, — покинули спальню и дом. На улице прошуршали колёса, ухнули автоматические ворота.

Сергей потянулся к пологу.

И не успел отпрянуть.

Визжащее, бьющееся существо вырвалось оттуда, набросилось на остолбеневшего жениха — обняло его крепко, цепко за шею, задорно хохоча и извергая обильную пенную слюну.

Невеста — вернее, жена, — прыгнула на мужа, как обезьяна, засучила по его брюкам голыми длинными ногами. Её щёки разгорелись красным румянцем, ноздри раздулись. Острые ногти впились в шею мужа, маленькие пятки ударили по его ногам.

Колени Сергея подогнулись. Он упал на паркет.

— У! — взвыла жена. Безумие сверкало в её голубых глазах. — У! — повторила она и рванула на суженом галстук, другой рукою удерживая узел. Сергей стал задыхаться, но пошевелиться отчего-то не мог…

Свадебный юрист Сергей Владимирович Безумных проснулся от собственного крика.

— Как я мог пропустить этот пункт?!.

Он сбросил с шеи том Брачного кодекса редакции 2026 г., мешавший ему дышать, и сел на диване.

На столе, в ночной темноте, светилась матрица невыключенного ноутбука. «Брачный контракт между г-ном В. П. Сердюковым и г-жой Е. Л. Сердюковой, в девичестве Коротковой», — чернел на белом фоне заголовок. Курсор мигал и вздрагивал на подпункте 9.3.17… Сергей оглядел кабинет. Вчера он сильно устал — и уснул здесь на диване. У зашторенного окна на двух рабочих столах были сложены кипы актов, контрактов, договоров, приложений, соглашений, дополнений, изменений, решений, поручительств, исков, запросов и уведомлений. Холмы тощих кодексов и горы толстых комментариев высились на ковре. Четыре книжных шкафа, высотою от пола до потолка, были до отказа забиты делами и бумагами. Очень большой кабинет Сергея Владимировича выглядел очень тесным.

— Хватит! Брошу! — прошептал Безумных. — Пусть какой-нибудь болван ворочает тут домкратом!

Он пошёл на кухню и налил себе молока. «Молоко — природное успокоительное», — вспомнил юрист совет знакомого психолога.

2003