Russell D. Jones - НА ГРАНИЦЕ КОЛЬЦА

Эта странная мысль промелькнула у него в голове, а потом послышался шум, и донеслось эхо летящего поезда. Свет фар стремительно скользнул по рельсам. Тео сделал полшага назад, подальше от горячей воздушной волны, и краем глаза заметил движение слева – там, где стояла девушка. Рыжеволосая словно бы поскользнулась или что-то уронила.

По ушам ударил скрежет колёс. Тео вздрогнул от неожиданности, и его сердце бешено забилось. Вскрикнула пожилая женщина, стоявшая рядом. Залаяли динамики: дежурная по станции вызывала милиционеров. Тео повернулся, понимая, что не успеет, но всё равно заставил себя побежать… И остановился, потому что спешить было некуда.

Какой-то мужчина в последнее мгновение схватил самоубийцу за локоть, резко потянул на себя – и под весом обмякшего тела отлетел в сторону, ударившись головой о ребро беломраморной колонны.

Когда подошёл Тео, рыдающую девушку уже увели. Она причитала: «Не хочу!.. Не надо!.. Пожалуйста!..» – но не вырывалась, шла послушно. Пассажиры, спешащие к платформам, оглядывались на рыжеволосую с тревогой и страхом. Но поезд уже распахнул двери, и потенциальные зрители поспешили внутрь.

Спаситель, предотвративший трагедию, сидел на лавочке, прижимая к затылку носовой платок. Хозяйка платка, пожилая дама в старомодном бордовом костюме, молча застыла рядом. Её седые волосы были тщательно причёсаны и аккуратно уложены, как на картинке в парикмахерской. Тео показалось, что он увидел кружевные митенки на морщинистых ладонях, но не успел толком разглядеть: выполнив минимальный гражданский долг, дама поспешила в вагон.

– Ты в порядке? – Тео наклонился над незнакомцем. – Может, сотрясение?

– Нет, – ответил тот с лёгким акцентом. – Просто шишка. Завтра болеть будет…

– Какая шишка – там кровь! Тебе к врачу надо!

Незнакомец посмотрел на Тео с лёгким подозрением и сказал, как отрезал:

– Сам разберусь.

Прозвучало резко, но не обидно.

– Да я… Я просто… Ты правильно сделал! – забормотал Тео. – Я бы и сам, но я стоял далеко...

– Макс, – мужчина протянул руку, но заметил кровь на своих пальцах и замер, будто бы застеснявшись.

Тео сделал вид, что всё нормально, и они обменялись рукопожатиями.

– Тео.

Представившись, он тут же поспешил объяснить, предупреждая возможные расспросы:

– На самом деле Фёдор. Но я это имя с детства ненавижу.

Макс удивлённо приподнял брови и тут же поморщился от боли:

– Чего так?

– А ты представь, как меня дразнили! «Дядя Фёдор», сколько себя помню.

Макс покачал головой, и Тео вдруг сообразил: если у нового знакомого акцент, значит, он иностранец. Стало стыдно: люди разные, не все обязаны знать классику советской мультипликации!

– Был такой мультик, ну, он и сейчас есть. Про кота и пса в деревне, там был почтальон и мальчик из города, которого так звали – Дядя Фёдор… Я этот мультик терпеть не мог, – признался Тео, присаживаясь рядом на лавку. – А когда служить пошёл… Я, кстати, пару недель назад дембельнулся… В общем, решил, что с меня хватит. И придумал себе. Фёдор – Теодор – Тео. Ну, так и привык…

– Понятно, – Макс отнял платок от головы, поднёс к глазам изрядно запачканную тряпочку. – Вот ведь незадача… И как я в таком виде?.. – Он тяжело вздохнул.

Странное дело: анфас его лицо казалось обыкновенным, без каких-то особых примет. То ли итальянец, то ли испанец, то ли полукровка. Разве что глаза слишком широко расставлены. Но когда Тео увидел Макса в профиль, то в чертах нового знакомого обнаружилось что-то неправильное. Нос со странной двойной горбинкой, несколько увеличенные надбровные дуги, выпирающий подбородок – и не скажешь сразу, на какую национальность похоже.

Но так сразу расспрашивать было бы невежливо.

– Тебе куда-то надо? – оживился Тео, которому не давали покоя его недавние мальчишеские оправдания. «Я бы и сам, но стоял далеко», – до чего же жалко это прозвучало!

– Надо. Но теперь надо как-то очиститься… умыться…

– Слушай, я живу за пару станций. Ну, не за пару, но всё равно близко. Давай, зайдёшь ко мне, приведёшь себя в порядок. О, так у тебя и пиджак порвался! Ну, теперь точно поехали!

Макс, прищурившись, вновь одарил его недоверчивым взглядом.

– А не боишься первого встречного в гости приглашать?

Тео широко улыбнулся.

– Первого встречного я бы и не позвал. А тут… Ты хорошее дело сделал – так почему мне нельзя?

Так и началась их дружба – с добрых дел.

Тео помог Максу отремонтировать пиджак (пригодилось великое искусство подшивания воротничков), напоил чаем, они разговорились – и в итоге гостеприимный дембель составил компанию новому знакомому. А тому нужно было встретиться с клиентом, сообщить о результатах расследования.

Макс занимался поиском пропавших людей.

Бизнес выгодный, правда, опасный. Но чаще просто неприятный, поскольку найденный человек – не обязательно живой человек. Тело в морге, фотография неопознанного трупа, табличка на кладбище – для частного детектива тоже положительный результат. Но не для того, кто до последнего момента надеялся и ждал. В таких делах Макс не брал причитающийся остаток и даже иногда возвращал аванс. Если же клиент требовал сообщить обо всех обстоятельствах, при которых умер его брат (сын, дядя, дедушка, супруг или супруга, партнёр по бизнесу или старый друг), плата взималась в полном размере. А порой и с процентами.

Начинал Макс с объявлений на столбах, дорос до газет, через некоторое время подфартило: помог одной тётке найти пропавшую два года назад родственницу. А тётка была домработницей у «новых русских» и не смогла не разболтать о «добром волшебнике»… В результате Макс перестал давать объявления – ограничился сложившимися связями и знакомствами.

Одна беда: жить ему было негде – раньше снимал угол, но хозяева, которым не повезло с бизнесом, продали квартиру за долги. Две недели Макс ночевал на вокзалах, пока не встретил Тео, вчерашнего пограничника, мающегося в поисках жизненной цели.

У Тео была своя двухкомнатная, завещанная бабушкой. Бабушку эту, маму давно умершего отца, он видел редко. О наследстве узнал во время службы, но на похороны вырваться не смог. Переехал в столицу из-за квартиры, но так и не разобрался, что делать с эдаким богатством – продавать, сдавать, жить самому?..

Знакомство с Максом всё изменило.

Во-первых, Тео отказался от глупой идеи «учиться на кинолога». Да, однажды юношеское увлечение позволило два с лишним года дышать свежим карельским воздухом на финской границе. И что – потратить жизнь на купирование ушей и команду «ко мне»? Тем более что вариантов для профессии немного: либо в ментовку, либо в питомники, разводить доберманов для охраны особняков и тойтерьеров для капризных дамочек. Да чёрт с ними, с собачками!