Дмитрий Колодан - Другая сторона

Устав говорить, он отложил микрофон и схватился за более привычный рычаг переключения передач. Автобус тронулся, разворачиваясь неторопливо, как синий кит.

Наткет уткнулся в окно, решив, что будет смотреть в него до конца пути. И пусть там ничего не видно, кроме расплывающихся огней да отражения салона, – все равно не повернется. В кармане есть наушники, в телефоне – радио. Самое то…

– А куда вы дели птицу?

Наткет вздрогнул.

– А? Ах да… Положил в багажное отделение. Не беспокойтесь.

Девушка фыркнула. Мысленно Наткет отвесил себе сильнейший подзатыльник.

– За себя или за фламинго? – спросила попутчица. – Не расстраивайтесь вы так. Все в порядке.

– Конечно, – вздохнул Наткет. Всего-то выставил себя неуклюжим идиотом. В остальном – полный порядок.

– Сперва я подумала, это такой способ знакомиться. Мужская психология, сплошь пережитки пещерного прошлого. Раньше дубинкой по голове били, теперь, вот, фламинго…

– Это была случайность, – заверил ее Наткет, заливаясь краской. Он уставился на свои колени, крайне заинтересовавшись выбившейся из шва ниткой.

– Наверняка, – согласилась девушка. – Хотя и оригинально, не поспоришь.

Подцепив нитку ногтями, Наткет дернул, так и не смог вырвать и принялся наматывать на палец. Увлекательнейшее занятие. Краем глаза он видел, что девушка продолжает на него смотреть. Оставить нитку в покое и повернуться оказалось не легче, чем вскарабкаться на Эверест. Наткет выжал улыбку, обязанную быть непринужденной.

– Вы не представляете, как сложно оглушить девушку фламинго. Кто-то из них все время уворачивается.

Прыснув от смеха, попутчица откинулась на спинку кресла.

– Меня зовут Миранда-Сильвия, – сказала девушка. – Но лучше просто Рэнди.

– Наткет.

– Тогда будем знакомы. – Улыбаясь, она протянула руку.

Автобус сбавил ход, взбираясь на мост, ведущий к автостраде. Внизу переливался огнями Сан-Бернардо, точно огромная банка со светлячками. Электрическое пламя дрожало, колыхалось и угасало. По ходу движения был виден лишь небольшой участок шоссе, освещенный фарами автобуса да мигающие впереди огни дальнего света. С той же легкостью это могли быть блуждающие огоньки, манящие в зачарованную страну фей.

Дожили. Вот и весь прогресс – теперь в волшебную страну возят на автобусах. Специальные туры и экскурсии Наткет взглянул на соседку. Наверное, туристка, хотя сейчас и не сезон.

– Вы тоже едете в Конец Радуги за горшочком золота?

– А там есть? – заинтересовалась Рэнди.

– Нет… Не знаю. Я не видел и не слышал, чтобы кто-то находил.

– Значит, есть все шансы, – сказала Рэнди. – Было бы хуже, если бы его уже нашли. Впрочем, я вам не конкурент. Я выхожу раньше, в Спектре.

Наткет подскочил, словно по креслу пустили электрический ток.

– Какое совпадение… – Призрак судьбоносной встречи зловеще загремел цепями. Наткет не верил в совпадения, а последнее время и вовсе их опасался. – Я тоже.

– О! Вы там живете? – не то удивилась, не то обрадовалась Рэнди.

– Не совсем. Я там вырос, но давно уехал. А тут решил вернуться…

– Зов корней и крови? – понимающе кивнула девушка.

– Можно сказать и так, – согласился Наткет. Корней не корней, но крови точно. Он не сомневался в правильности принятого решения – долг перед Корнелием он выполнит. Меж тем показалось немного гадким, что потребовалась смерть близкого человека, чтобы вынудить его возвратиться.

Рэнди задумалась, слегка прикусив нижнюю губу. У нее было живое подвижное лицо, и терзавшие девушку чувства отражались на нем как в зеркале. Любопытство мешалось с сомнениями, пряталось за тенью неловкости и вновь выглядывало…

– А вы, случаем, не знакомы с Мартиной Торрис? – спросила Рэнди.

Наткет нахмурился.

– Первый раз слышу.

Рэнди не смогла скрыть разочарования. Если у Наткета и были какие-то акции, то они упали на пару пунктов.

– Она вроде как знаменитость, – сказала девушка. – Писательница…

Этим она еще больше озадачила Наткета. Кого-кого, а знаменитых писательниц в Спектре он точно не знал. А родной город был слишком маленьким, чтобы можно было утаить в нем такое шило. Похоже, с его отъездом в Спектре обосновалась тьма новых людей – сначала Густав Гаспар, теперь какая-то Торрис. А еще говорят про миграции из провинции в Город! Того и гляди, к его возвращению окажется, что старых знакомых и не осталось.

– И давно она пишет? Я не был дома лет двенадцать…

– Понятия не имею, – пожала плечами Рэнди. – На самом деле, я о ней не знаю ничего, кроме того, что написано на обложке.

Из внутреннего кармана куртки девушка достала томик в мягком переплете, для сохранности обклеенный клейкой лентой.

Наткет почему-то ожидал, что книга окажется дешевой эзотерикой – смесью пустой многозначительности, нравоучений, наивной мистики и раздражающего романтизма. Школа жизни на примере птичек и кроликов. Потому и удивился, увидев на обложке мускулистого парня, огромным мечом крушащего ящероподобных тварей. На желтоватом небе сияли две луны.

Заголовок был набран красным аляповатым шрифтом, уместным только на цирковых афишах: «Воин Марса». Наткет присвистнул. Это не та литература, которую ожидаешь увидеть у девушки, еще меньше ожидаешь ее от автора-женщины. Перевернув книгу, он просмотрел аннотацию. Сюжет оказался прост до безобразия. Если бы «Констриктор» переключился на героическую фантастику, он бы снимал именно такие фильмы: майор, герой войны, чудом оказывается на Марсе, случайно спасает местную принцессу, влюбляется, но ее тут же похищают те самые ящеры с обложки, герой бросается в погоню и после череды головокружительных приключений… Схемы, отточенные Берроузом и устаревшие задолго до рождения Наткета. Зато просто и честно.

Наткет взглянул на год издания – позапрошлый. Не удивительно, что он ничего не слышал про новоявленную «знаменитость». Справка об авторе оказалась столь скупой, что лучше бы ее и вовсе не было: «Мартина Торрис, живет в городе Спектр, округ Констанца».

– Интересно? – спросил Наткет, возвращая книгу.

– Только если вам нравятся подобные истории, – сказала Рэнди. – А так… Перечитывать точно не стоит.

– Но сами-то вы ее перечитывали. И не раз, – заметил Наткет. Это было очевидно – бумага разбухла, а углы страниц лохматились и посерели. Девушка кивнула.

– Дело не в… художественной ценности. Это правильная книга. Здесь совсем нет ошибок. Даже в деталях.

Рэнди замолчала и огляделась по сторонам, словно испугалась, не сболтнула ли чего лишнего. Когда она снова повернулась к Наткету, на губах играла непринужденная улыбка. Каких ошибок? В каких деталях?