Джон МакКрэй - Червь

Я попыталась выкинуть эту мысль из головы. Если это случится, то справляться с этой угрозой будут герои, которые намного сильнее и опытнее меня.

Внезапно я поняла, что есть ещё кое-кто, кого я не искала. Себя. Я открыла страницу расширенного поиска форума Parahumans.net и задала поиск по нескольким условиям. В строке поиска я указала паук, рой, жук, чума и ещё несколько похожих по смыслу слов, которые приходили мне в голову, когда я пыталась подобрать себе прозвище. Я сузила временные рамки поиска сообщений до последних 12 часов и нажала кнопку «Поиск».

Мои усилия увенчались двумя результатами. В первом рассказывалось о злодее, известном как Бубонная Чума и действующем в Великобритании. По всей видимости, Бубонная Чума был из тех кейпов, кто мог использовать «магию». Если, конечно, действительно верить в магию, а не считать её извращённым или надуманным толкованием определенного набора суперспособностей.

Второе сообщение было из раздела «Встречи» форума, где спасенные девицы пишут свои контакты для лихих героев, где сообщают о собраниях фанатов и где люди размещают вакансии как для героев, так и для злодеев. Большая часть их была загадочными и неопределёнными, ссылалась на вещи, которые могут знать только посвященные.

Заголовок сообщения был прост — «Букашка»

Я нажала на него, и с нетерпением ожидала, пока древний компьютер и перегруженный школьный модем выдадут страницу. Полученное сообщение было кратким.

Тема: Букашка

За мной должок. Хочу вернуть. Встретимся?

Пришли ответ,

Сц.

Под сообщением было уже две страницы с комментариями. Три человека предполагали, что это сообщение о чём-то важном, тогда как полдюжины других людей советовали им изготовить себе шапочки из фольги — на сайте parahumans.net так обращались к приверженцам теорий заговора.

Но для меня важность сообщения была несомненной. Я не могла иначе истолковать его — Сплетница нашла, как со мной связаться.

Чтобы внимательно обдумать сообщение Сплетницы, времени уже не хватало. Прозвенел звонок, и мне пришлось поспешить, чтобы правильно выйти из системы и закрыть все программы, прежде чем отправиться на следующее занятие. Только после того, как я собрала свои вещи, я поняла, что, пока занималась поиском информации о встреченных вчерашней ночью злодеях и размышляла над сообщением Сплетницы, совсем забыла о своём страхе перед наказанием за пропущенные на прошлой неделе занятия. Когда я вспомнила об этом, моё настроение снова упало — ведь мне всё равно придётся сегодня столкнуться с последствиями своих действий.

Когда я вошла в класс, Мэдисон уже сидела на своём месте. По обе стороны от её парты сидели две её подружки, и они втроём захихикали, как только увидели меня. Сучки.

Мое любимое место находилось справа, в первом ряду около двери. В обеденный перерыв и сразу после школы эти трое чаще всего доводили меня, поэтому я старалась сесть как можно ближе к двери, чтобы можно было быстро сбежать. Я увидела лужу апельсинового сока на сидении, пустая пластиковая бутылка валялась на столе. Мэдисон одним махом убивала двух зайцев. Это было и «шалостью», и напоминанием, как они облили меня соком и газировкой в прошлую пятницу. Раздражённая, я постаралась не смотреть на Мэдисон и заняла свободное место на несколько рядов дальше от доски.

Мистер Гледли вошёл в комнату. Он был невысоким и достаточно молодым, так что его можно было принять за ученика средней школы. Ему потребовалось несколько минут, чтобы начать занятия, и он сразу же велел нам разбиться на группы по четыре человека, чтобы поделиться результатами домашней работы, а затем выступить перед всем классом. Группа, которая внесёт наибольший вклад, выиграет приз, о котором он говорил в пятницу — угощения из торгового автомата.

Такой подход делал его моим самым нелюбимым учителем. Наверное, он бы удивился, узнав, что как учителя его вообще никто не любит. Но у меня были и другие причины для плохого отношения к нему. Я не думаю, что он бы понял, почему он может не нравиться ученикам. И он вряд ли понимал, насколько ужасной бывает групповая работа, если ученик не способен нормально влиться ни в одну школьную группу. Он считал, что всем нравится выполнять групповые занятия, потому что они предполагают тесное общение со своими друзьями.

Пока класс делился на группы, я решила не стоять, как неудачница, которой некуда идти, и подошла к столу преподавателя.

— Мистер Гледли!

— Зови меня мистер Джи. Мистер Гледли — это мой отец, — с притворной строгостью попросил меня он.

— Простите, мистер Джи. Мне нужен новый учебник.

— А что случилось со старым? — он посмотрел на меня с любопытством.

Три гарпии залили его виноградным соком.

— Я потеряла его, — солгала я.

— Стоимость нового учебника тридцать пять долларов. Я не жду, что у тебя сейчас есть деньги, но…

— Я принесу деньги к концу недели, — закончила за него я.

Он протянул мне книгу, и я окинула взглядом класс, прежде чем присоединиться к единственной неполной группе: Спарки и Грег. Мы и раньше уже несколько раз объединялись в одну группу, поскольку больше никто не хотел брать нас к себе.

Спарки все звали по прозвищу, которое ему в шутку дал учитель в третьем классе. Оно так к нему и пристало — я даже сомневалась, что кто-либо кроме матери помнил его настоящее имя. Он был барабанщиком, отрастил длинные волосы и был настолько оторван от реальности, что в разговоре с ним собеседник мог замолчать посреди предложения, а Спарки этого и не заметил бы. Он плыл по жизни в состоянии транса и ничем не интересовался, кроме своей музыкальной группы.

Грег был его противоположностью. Он был умнее среднего, но у него была привычка высказывать всё, что приходит в голову, причём мысли у него разбегались во все стороны. Было бы легче работать в группе только с одним Спарки, и делать всю работу самой, чем сработаться с Грегом.

Я вытащила свою домашнюю работу из нового рюкзака. Мистер Гледли попросил, чтобы мы написали, каким образом кейпы повлияли на общество. В промежутках между подготовкой своего первого выхода в костюме я выделила время для починки своего арт-проекта и составила приличный список для домашнего задания мистера Гледли. Я даже использовала вырезки из газет и журналов, чтобы подтвердить некоторые свои заключения. Я чувствовала, что подготовилась очень хорошо.

— Я не сделал домашку. — сказал Грег. — Меня отвлекла новая игра, она вообще очень прикольная, называется «Космическая Опера», ты в неё играла?