Александр Розов - Одиссея креативной королевы

* Что пассажиры, далее, сгорят из-за нагрева снаряда при трении о воздух на взлете.

* Что снаряд-кабина сначала сгорит, а затем разобьется при возвращении на Землю.

По ходу процесса, космическая пушка Жюль Верна (или профессора Барбикена) была варварски реформирована. Она вытянулась с 300 метров до полутора километров, а ее толкающим веществом стал не пироксилин, а жидкий пропан с жидким кислородом. В снаряде-кабине был не воздух, а раствор кислорода в жидком перфторциклане. Так что астронавты плавали в этом, и этим же дышали (дыхание жидкостью изобретено еще в 1980-м году, а в 1989-м даже показано в НФ-фильме Кэмерона «Бездна»). Заполнение жидкостью снаружи и изнутри, защищало астронавтов от размазывания, когда снаряд разгонялся в стволе пушки до космических скоростей. Снаряд проходил плотную зону  атмосферы за 2 секунды, и несложный расчет показывал, жидкость в кабине не успеет нагреться до опасной температуры. Ура! Снаряд вырвался в космос и летит к Луне...    

…Завершилась книга «С Земли на Луну» и началась ее вторая часть «Вокруг Луны». У критиков не было особенных претензий к описанию облета Луны, но вот возвращение снаряда-кабины на Землю. Как сделать, чтобы снаряд не сгорел в атмосфере (подобно метеору), а то, что останется не разбилось при лэндинге? Тут Тью признал, что ему не хватает специальных знаний, и взялся за свой коммуникатор...   

- Ahoj, Yozhin S-bazin! Jak to jde?

… - A ja jsem OK. У тебя найдется несколько минут на один стимпанковский вопрос?

… - Я рад, что заинтриговал. Допусти, мы запустили космическое ядро из Барбикена, а дальше, когда космическая миссия выполнена, нам надо его аккуратно вернуть.

… - Нет, я не о космической траектории, а о вхождении в атмосферу.

… - Нет, форма - не обязательно сферическое ядро. Можно выбрать любую форму.

… - Эффект гиперзвуковых блинчиков? Впервые слышу. Где можно прочесть?

… - Минуту, я записываю. Юджин Сангер «Эффект гиперзвукового отскока». Миньон Суханов «Дисковый планер для возвращения с орбиты». Ральф Лоренц «Стабилизация дискового планетного зонда при входе в атмосферу». ОК. Я записал. Спасибо, Йожин!   

… - Да, честное слово, я потом расскажу. И, с меня кружка пива. Se uvidime.

Доктор Тью положил коммуникатор на стол. Боудис недоуменно подняла брови.

- Приветствие и прощание были на чешском языке, не так ли?

- Да, миледи. Я звонил Йожину Збажину. Это чешский инженер с Северного Самоа. В области стимпанка он крупнейший специалист из тех, кого я знаю. А идея пушечного космического путешествия относится отчасти к стимпанк - фантастике.

- Весьма интересно, - сказала королева, - и какой же совет дал мистер Збажин?

- Да-да, что он придумал? – нетерпеливо подключилась Беатрис.

- У нас домашнее задание, между прочим, - на всякий случай, напомнил Дункан.

- Внимание, молодые люди! - произнес доктор Тью, - Как вы слышали, мистер Збажин посоветовал три научные статьи. Я надеюсь, что вы сейчас проявите свои выдающиеся способности в сетевом серфинге, и найдете эти статьи. Оттуда мы выясним искомое. 

Еще через час статьи были найдены, просмотрены, и родился финальный концепт того снаряда, на котором герои Жюль Верна могли бы стартовать из пушки, облететь Луну, вернуться на Землю, и все это без превращения в фарш в начале, или в конце пути. На старте это был заостренный цилиндр (как в оригинале) но сразу после вылета из жерла пушки) он сбрасывал оболочку (как подкалиберный снаряд), и от него оставался диск, ориентированный ребром по курсу (на манер летающей тарелки). Тарелка вылетала из атмосферы, и облетала Луну. Возвращаясь к Земле, она ориентировалась к атмосфере,  примерно как плоский камешек, брошенный так, чтобы получить побольше отскоков – «блинчиков». Потеряв большую часть кинетической энергии, тарелка как бы тонула в атмосфере, переходила в планерный полет, после чего приводнялась в океане. Wow!

«Wow!», - хором выпалили королевские отпрыски, затем выдали скороговорку, что-то наподобие: «Спасибо - мама - спасибо - док Лйалл - пока-пока!», и (как выражаются в подобных случаях авиадиспетчеры) «ушли с радара».

- Да уж… - заключила королева, глядя на экранную заставку, - …Небанальные задачки ставит доктор Калиборо. Это, видимо, из программы для Лабораториума Палау.

- Вполне возможно, миледи, - ответил доктор Тью, - насколько я знаю методы Молли Калиборо, она задает похожие учебные сценарии и подросткам, и взрослым студентам, только для подростков у нее менее строгие требования к детализации решения.      

- Похоже, что так - Боудис кивнула, - в любом случае, спасибо, Лйалл, вы снова спасли интеллектуальную репутацию моей семьи.               

- Я был рад помочь, - он улыбнулся, - это было увлекательно. А вы, наверное, устали.

Королева знала эту его вечернюю фразу, значившую: «если от меня на сегодня ничего  больше не нужно, то я, наверное, пойду». Но, сегодня ей совсем не хотелось, чтобы он уходил. Поэтому, она протянула руку, коснулась его плеча и негромко произнесла.

- Возможно, вы могли бы остаться.

- Остаться? – переспросил доктор Тью.

- Да, - подтвердила королева, - хотя, я не знаю ваших планов на сегодняшний вечер.   

- Миледи, у меня не было планов. И если… Э-э… Я даже не знаю, как это сказать.

- Назовите меня просто: Боудис. Тогда все остальное тоже станет понятнее и проще.   

- Боудис… - отозвался он, - …Что произойдет в случае поцелуя?

- Я думаю, Лйалл, мир от этого не рухнет. И нетрудно проверить, права ли я.

…

Мир не рухнул ни от их поцелуя, ни от всего, что совершенно естественным образом произошло между ними дальше. Хотя, в какой-то момент Боудис показалось, что мир изрядно покачнулся, как при землетрясении. Несколько позже, она заключила, что это просто субъективные ощущения женщины, у которой, по разным вздорным причинам, приблизительно два месяца не было мужчины. Отсюда и ослепительно-свежая острота ощущений, головокружительных и даже немного пугающих. Хотя, испуг был веселый – будто на аттракционе «Американские горки» (где многие участники вопят не столько от испуга, сколько от захлестывающей волны необычных эмоционально-физических ощущений).

- Миледи, вы в порядке? – обеспокоенно сказал Тью.

- В порядке ли я? – чуть насмешливо переспросила она, - О, нет! Я не в порядке, и вся галактика, наверное, не в порядке, если мужчина, с которым я только что занималась любовью, и на которого я сейчас так уютно улеглась, говорит мне «миледи». А, между прочим, у меня есть имя. Ты помнишь, Лйалл? Меня зовут Боудис. Бо-у-дис!

- Бо-у-дис, - эхом повторил он, - мне кажется, что это сон.