Вячеслав Морочко - Увертливый

После всего, что с ним приключилось, домой идти не хотелось. Дождя уже не было. Из парка он «вырулил» на освещенную улицу. Шел вперед, навстречу обжигающей глаз рекламе. В голове не было никаких мыслей. Шел, как мошка на свет. «Притормозил» перед надписью: «Стрептиз-бар». Подумал: «Не слишком ли много нынче стрептизов?!» В сам бар заходить не стал. Остановился поодаль от входа, будто ждал кого-то. Возникло предчувствие, что сейчас что-то будет, – то самое, что однажды он упустил.

Из темноты к Пете подходили люди, что-то спрашивали. Он отрицательно качал головой или отвечал: «Нет». И люди возвращались во тьму, словно принадлежали ей и не могли без нее просуществовать. Из бара доносились звуки музыки, шум голосов и аплодисменты. То и дело подкатывали машины, доставлявшие упитанные зады, обтянуты модными (в те годы) малиновыми пиджаками. Наконец, из бара появились три богатыря: Илья Муромец, Добрыня Никитич и Алеша Попович. Первые два были выпуклоплечие, выпуклощекие, выпуклоглазые. Алеша Попович – узколицый, востроносенький, востроглазенький. Он стоял посредине. Из темноты вновь появились люди. Они кружили возле богатырей, как мотыльки. Наконец, выдержав паузу, Алеша Попович жестом подал всем команду: «За мной!»

Вся группа быстрым шагом достигла угла дома и ушла в темноту. Галкин следовал за ними на некотором расстоянии, ориентируясь по пятну света от фонарика в руках одного из богатырей. В темном углу двора, в закутке у кирпичной стены началось суетливое действо. Люди тьмы подходили к Алеше Поповичу, давали деньги, забирали дозы и тут же снова растворялись во мраке. На поясе востроносенького висела барсетка, куда он складывал денежки. Выставив растопыренные пятерни, богатыри поддерживали порядок и дистанцию. Когда торговля закончилась, Пете ничего не стоило бы «на вибрации» отстегнуть ремешок барсетки и выгрести из нее, так называемую капусту. Но это было бы слишком просто и недальновидно. Три богатыря со стороны двора приблизились к задней двери стрептиз-бара и позвонили. Открыл одетый в черное страж. «А, это – вы! – сказал он. – Проходите!» Они заходили такой плотной кучкой, что Пете пришлось потеснить одного из богатырей. «Да не толкайтесь! – фыркнул он недовольно. – Не успеете, что ли!?» «А никто и не толкается!» – ответили ему. Они поднялись на второй этаж и оказались у двери «начальника охраны предприятия»: так значилось на табличке.

Востроносенький Алеша Попович, постучал и спросил: «Разрешите, Виктор Сергеевич?» «Минуточку!» – донеслось из кабинета. Дверь открылась. Вышло три человека. И тут же послышалась команда: «Входи, я тебя жду». Петя разглядел письменный стол, несколько стульев, закрытое портьерой окно и сейф «в алтарном углу». Галкин «на пропеллере» проскользнул с остальными и ушел за портьеру. «Садись». – предложил Виктор Сергеевич Алеше Поповичу. «А вы, – приказал он богатырям, – постойте у двери, чтобы чужие не перлись».

– Как прошло?

– Как обычно.

– Остатки имеются?

– Да, шеф. Вот.

Алеша выложил нераспроданное. Слышно было, как шеф заиграл калькулятором. Он назвал сумму, и Алеша Папович, отсчитав, протянул ему деньги. Виктор Сергеевич пересчитал:

– Деньги счет любят. Ну все. Остальное – ваше, как договаривались.

Он приблизился к сейфу и начал его отпирать. Сначала набрал код, потом достал ключик, висевший на отдельной цепочке, и открыл металлическую дверцу. В это время Петя «вибрировал» прямо у него за спиной. Виктор Сергеевич поморщился: «Фу, какой запах! Ребята, никто из вас, случайно, не обосрался?» Присутствующие замотали головами, а Петя «отвибрировал» назад подивившись: «Надо же какой въедливый запах!?» Сам он давно притерпелся. В следующий миг все находившиеся в комнате, кроме Галкина, едва заметили, как дозы и деньги покинули стол: шеф не убрал, а как бы смахнул все это во чрево железного ящика.

На этом расчет был окончен. На смену пришла еще одна тройка, а по лестнице поднималась – следующая. Петя выскользнул вслед за – своей и спустился в зал демонстраций, где перед малиновыми пиджаками разоблачались и выламывались девицы. Он поискал раздевалку, откуда они выходили на сцену, и очень скоро нашел. Несколько дам, в артуборной, сидели за столиками, готовились к выходу. На «пропеллере» Петя проник в помещение, осмотрелся и нашел то, что искал, – обыкновенный непрозрачный пакет для продуктов. Во всяком случае, он был побольше барсетки. Галкин нагло вытряхнул прямо на стол перед дамами его содержимое и «взлетел» на второй этаж.

Выждав за углом, он проник в дверь с очередной тройкой. Пристроившись за портьерой, Галкин ждал нужного момента. А когда Виктор Сергеевич стал открывать сейф, чтобы «смахнуть» внутрь порцию долларов, Галкин вновь оказался у него за спиной. «Фу, как воняет! – поморщился шеф. – Вот что значит грязные деньги!» Он открыл дверцу, «смахнул» со стола все, что надо. А затем Петр, улучив момент, «смахнул» пачки денег из сейфа в пакет. Шеф как раз закрывал дверцу и не успел ничего заметить. Покинув кабинет так же, как в первый раз, Галкин спустился на первый этаж, открыл запор задней двери, выскочил наружу и тут же за собой хлопнул дверью. Подбежавший охранник так ничего и не понял.

Оказавшись дома, первым делом Петр снял нательное белье и заложил в стиральную машину. Верхнюю одежду собрал для химчистки в узел и только тогда сам забрался в ванну.

На работе всех обязали закончить курсы пользователя, персональным компьютером. Появилось мнение, что в библиотечном деле без компьютера уже не обойтись. Но практически, единственный аппарат стоял в центральной библиотеке округа. Была выделена ставка, но желающего работать за такие деньги так и не нашлось. А «старым библиотечным крысам» (так «периферийщики» называли дам из центральной библиотеки) электроника была ни к чему. Наступила пора таких урезаний и сокращений, что стало не до оргтехники.

Петю, впрочем, это мало затрагивало. Работником он считался незаменимым. И вряд ли кто-то решился бы его сократить. Что касается денег, он прикинул, что на какое-то время ему теперь хватит.

Однажды прохаживаясь, Петр забрел к своему техникуму и понял, что его уже не существует. Не удивительно, если сокращают штаты и закрывают сами библиотеки, почему должны щадить кузницу ставших ненужными кадров? Печально, конечно, но как говорится: «Не до жиру – быть бы живу». Над входом бывшей АЛЬМА-МАТЕР сияла вывеска какого-то заковыристого «общества с ограниченной ответственностью». Таков был, как тогда говорили, «вызов времени».

Тем временем, Галкин приобрел дорогой «ноут-бук», хорошую аудио– и теле-аппаратуру. Накупил книг по работе с компьютером. Собрал приличную коллекцию дисков с программным обеспечением. Научился пользоваться Интернетом.