Брайан Герберт - Ветры Дюны

Муад'Диб погиб не один. По крайней мере Стилгар и Джессика помнят об этом…

Он добрался до угнетающе тихих покоев, где жил Узул со своей любимой наложницей. Рано или поздно священники Кизарата превратят это крыло дворца в большое святилище, но пока люди посматривали на эти комнаты с благоговением и не трогали их.

На верху плиты из песчаника стоял узорный канопик – погребальная урна с водой Чани. После трудных родов маленькое тело на смертном одре дало только двадцать два литра.

Прежде чем стать женщиной Муад'Диба, она была дочерью Лита-Кайнса. Истинный фримен, воин Дюны, она в составе отряда Стилгара сражалась во многих битвах. Мозолистыми пальцами он провел по украшениям на краю урны. Холодок суеверного страха пробежал вдоль спины. Вода – это только вода… но возможно ли, что дух Чани тоже где-то здесь?

Ее отец Лит, имперский планетолог, убитый Харконненом, был сыном Пардота Кайнса, который возродил во фрименах мечту о перемене климата Дюны. Товарищ Стилгара, вместе с ним сражавшийся против Харконнена, Лит умер потому, что посмел помочь Паулю Атрейдесу и его матери.

Став императором, Муад'Диб позаботился, чтобы мечта доктора Кайнса начала осуществляться. По его приказу Стилгар увеличил темпы преобразований и основал новую школу планетологов. Если Муад'Диб действительно был Лисан аль-Гаиб, то есть Сокращающий Пути, то Лит Кайнс стал катализатором.

А Чани приходилась ему дочерью.

Регент и ее стража-амазонки проклянут его за то, что он задумал, но у Стилгара на руках уже была кровь преподобной матери Мохиам и кровь остальных. Он сделает это.

Откупорив урну, он перелил часть содержимого в контейнеры-литраки, их легче переносить и прятать под плащом. Чтобы забрать все, потребуется прийти еще по меньшей мере два раза, но у Стилгара, капитана стражи, есть возможность избежать обнаружения. С драгоценной ношей он выскользнул из покоев Муад'Диба.

– Кому понадобилось это делать? – Алия вначале просто удивилась, но потом ее настроение изменилось. Джессика видела, как на лице дочери меняются чувства: смятение, потом гнев, потом что-то похожее на страх. – Кто мог проникнуть в помещения моего брата?

Зиренка Валефор, глава стражи амазонок, доложившая о происшествии, была на голову выше Алии, но происшествие так ее расстроило, что она искала поддержки у регента. Алия отдала приказ.

– Пошли за Дунканом.

Быстро поклонившись, Зиренка выбежала.

Покачав головой, Алия посмотрела на мать.

– Должно быть, новое преступление Бронсо Иксианского. После того что он устроил на похоронах Пауля, он хочет уничтожить и церемонию Чаны. Я разоблачу его. Когда люди узнают…

Джессика прервала ее.

– Лучше ни с кем не говори об этом, Алия.

Алия заморгала, вскинула голову.

– Украли воду Чани. Как можно оставить это без внимания? И что им нужно? Когда на вопрос нет очевидного ответа, я подозреваю худшее.

Джессика мысленно уже перебрала все возможности в поисках лучшего способа смягчить напряжение, чтобы и Стилгар и фримены получили то, что хотят, – воду Чани, и Алия была довольна.

– Я не сказала, что нужно отмахнуться, но ты можешь снять напряжение. Тот, кто совершил это преступление: один из приспешников Бронсо или другой преступник – он, вероятно, хотел вызвать панику и тревогу. Что им нужно – выкуп? Они угрожают как-то осквернить эту воду? Независимо от этого они ожидают, что ты поднимешь страшный шум. Не доставляй им такого удовольствия. Не привлекай внимания к происшествию.

Предложение Алии не понравилось.

– Мы должны помешать им, кем бы они ни были. Вода Чани исчезла. Как теперь провести памятную службу?

Джессика оставалась спокойной и беззаботной.

– Это вода. Наполни контейнер снова, и никто не узнает. Если Бронсо заявит, что вода Чани у него, как он сможет это доказать? – Она не считала свое предложение ни изобретательным, ни бесчестным. Но это решение даже Бене Гессерит признал бы приемлемым. Мы оба получим то, что хотим. – Вода есть вода, и ты сможешь совершить памятную церемонию, как и планировалось.

А фримены проведут свою, чтобы по-своему почтить память Чани. Стилгар тоже будет доволен. И Пауль, который даже после смерти будет знать, что поступили правильно.

Алия задумалась, потом кивнула.

– Приемлемое решение. Оно устраняет все угрозы.

У нас есть сведения о том, что торговцы оружием пытаются продавать прожигатели камня, даже после того как такое оружие ослепило Муад'Диба и было объявлено вне закона. Огонь прожигателя камня ничто в сравнении с мстительным духом Муад'Диба.

После скандала на погребении несчастных задержанных подвергли допросам; допросы вели самые жестокие и воинственные жрецы Алии. Покойный (и неоплаканный) Корба называл этот процесс «привычным ужасом». Группы людей может объединять общая цель, великие мечты и праведные заблуждения, но в темной камере, оставшись в одиночестве, человек ведет себя совсем иначе. У каждого есть своя слабость, и опытный заплечных дел мастер умеет ее обнаружить.

А Алия требовала ответов.

Пауль знал о подобной практике, но отворачивался, когда его подчиненные проводили такие жестокие допросы. Однажды даже был пойман и подвергнут допросу Бронсо Иксианский, но – вопреки всему – сбежал! Алии так и не удалось избавиться от подозрения, что к бегству иксианца приложил руку сам Пауль, хотя она не понимала, зачем он это сделал. Пауль не хотел, чтобы Бронсо допрашивали в камере смертников, хотя иксианец всячески его порочил.

В охватившем всю вселенную джихаде погибли миллиарды; почему ее брату не хватало духа на меньшие неприятности? Но, учитывая ошибки Пауля, Алия постоянно и тайно наблюдала за допросами главных виновников. И, будучи наблюдательной, иногда замечала то, что упускали другие.

Пока, несмотря на самые тщательные допросы подозреваемых, никакой ценной информации получить не удалось. Либо Бронсо и его приспешникам невероятно везет и они обладают сверхчеловеческой хитростью и коварством, либо иксианец действовал в одиночку. Алия отказывалась принять оба ответа.

К счастью, Алия сумела использовать появление Бронсо на похоронах как повод для отражения других нападок на Муад'Диба и дом Атрейдесов. По ночам полиция Кизарата прочесывала Арракин, Карфаг и бесчисленные деревни; полицейские выламывали двери и арестовывали нелегальных торговцев оружием, пытавшихся продавать прожигатели камня, такие, как тот, что огненным столбом ослепил Пауля.