Степан Вартанов - Путь в тысячу ли (цикл)

Затем туман слева стал гуще, и из него выступил первый помощник. В руках он держал поднос.

– Не возражаешь, если я к тебе присоединюсь?

– А если?..

– Останешься без гамбургера.

– Присоединяйся.

– Туман, – глубокомысленно произнес первый помощник, усаживаясь.

Ака хихикнула, вонзая зубы в гамбургер.

– Капитан поставил Кима сторожить транспортер, а Пьер на него за это обиделся. Я, говорит, ручаюсь, что к нему никто не приближался. А вы, мол, мне не верите. Опять забрался в клетку с твелами…

– Что?!

– Представляешь, он ухитрился подружиться с этими тварями. Хотя мыслей их почти не слышит.

– Здорово! – Ака недоверчиво посмотрела на Владимира. – А ты не…

– Честное слово!

– Я бы сфотографировалась с одним из них… – мечтательно сказала девушка. – Это же твелы! Представляешь!

– Да уж…

– А как отреагировал хозяин?

– Хозяин… Тот еще фрукт, кстати… – Владимир прихватил с подноса несколько чипсов и аппетитно ими захрустел. – Профессор-биолог. Понимаешь, он не знает, что мальчишка – телепат. Ну и только и делает, что меняет код на замках.

– А тот читает его мысли! Совести у вас нет, – совершенно безо всякого осуждения заметила девушка. – Сказали бы, что человека мучить?

– Анна-Мария запретила. У нее с профессором личные счеты.

– Как так? – удивилась Ака. – Они разве знакомы?

– Знакомы… – отозвался Владимир. – Не то слово. И она, и капитан, и Том, и оба повара.

– И что?

– Капитан был очень… немногословен, – признался первый помощник. – А Анну я так просто не решился спросить. Так что пошарил в базе данных Корпорации, вот и все…

– Ну-ну?

– Ну вез он каких-то сороконожек с Эльдорадо. Вез, вез… Не довез. Они провели месяц в карантине. – Первый помощник осторожно огляделся и заговорщическим шепотом произнес: – Голые.

– Голые?!

– Тише! Голые. Что здесь такого? Весь теплоход, экипаж и пассажиры. Капитан говорит, что его хотели повесить, но твари сожрали все веревки.

– И теперь Анна-Мария надеется, что с помощью Пьера она сравняет счет? И как, получается?

– Я бы не сказал, – признался первый помощник. – Он развернул на корме походную лабораторию и сканирует дно. Больше ничего не замечает. Говорит, тут есть рыба. Капитан запретил ему запускать атмосферный зонд, он слишком тяжелый, настройка джампера собьется.

– А если без зонда – и нас вынесет на рифы?.

– Да ты что?! – возмутился первый помощник. – Мы все-таки теплоход второго класса, у нас радар и эхолот. Тут глубина – километр.

– Понятно. – Ака поднялась и решительно направилась в сторону размытого малинового свечения, туда, где находилась лесенка на грузовую палубу. – Я хочу взять у него интервью. Первый ученый на планете…

– Я… – Первый помощник хотел сказать, что составит ей компанию, но обнаружил, что разговаривает с туманом. Ака, когда знала, куда идет, шла быстро. – В следующий раз, – грустно произнес первый помощник. Некоторое время он раздумывал, чем бы таким заняться, затем направился в радиорубку, пообщаться с Кимом.

Ким был не один.

– Я думал, ты сидишь в клетке, – удивился Владимир.

– Нет, – хитро усмехнулся мальчишка, – там меня сейчас ищет Майк. И потом, твелы хотят спать, их недавно покормили.

– Он научился читать мысли твелов! – гордо сказал Ким.

– Ничего подобного! – возмутился Пьер. – Это называется – базовые эмоции. А мыслей у них нет.

– То есть они глупые? – уточнил первый помощник.

– Нет. Я и сам не знаю. – Пьер подался вперед, словно это могло придать большую убедительность его словам. – Я ЧУВСТВУЮ, что они умные. А мыслей нет. Это как было с дельфинами, пока мы не поставили плавающий фильтр на альфа-сканер.

Первый помощник вопросительно посмотрел на Кима. Тот кивнул:

– Пьер разбирается в радиоэлектронике очень хорошо. Просто замечательно. – Ким отошел к окну, проверил показания джампера и снова вернулся в центр радиорубки. При этом он встал так, чтобы скрыть от первого помощника монтажный столик.

– Что это у вас там такое? – немедленно поинтересовался он. Ким сделал глубокий вдох, словно собираясь ответить. Затем он сделал глубокий выдох.

– Усилитель. – Первый помощник в упор посмотрел на Пьера.

– Ага…

– Отставить…

– Сами же говорили, террористы могут вернуться! – возмутился мальчишка.

– Когда я ТЕБЕ это говорил?

– А только что, на палубе. Аке. – Мальчишка, похоже, не испытывал ни малейшего смущения, признаваясь в акте подслушивания. – Ну правда, – сказал он умоляюще, – мы его только соберем, а запустим, если они первые!

– Сборка усилителя приравнивается к его использованию. – Первый помощник строго посмотрел на Кима. – И рассматривается как особо тяжкое преступление всеми странами – членами ООН.

– Но я имею право! – безнадежным голосом возразил Пьер.

– В пути – нет. – Первый помощник сочувствующе потрепал Пьера по плечу. – Прости. У нас два «дятла» на борту.

– Подумаешь!

– Вот и подумай. Сколько вам осталось собирать его?

– Полчаса… – тихо сказал Пьер.

– Полтора часа, – одновременно отозвался Ким. Пьер уже понял, куда клонит первый помощник, а вот Ким еще нет.

– Запрещаю вам прикасаться к этой конструкции, – строго произнес Владимир. – Это касается как сборки, так и демонтажа. Ким, засунь все это хозяйство под стол и проследи, чтобы никто его не видел.

Ким кивнул и принялся за работу. Он тоже понял.

– Далее, – продолжал первый помощник. – Следи за вездеходом. Если они повернут назад, возможно, сборку придется продолжить. Кстати, они уже поняли, что это не Курорт?

Мальчишка закрыл глаза, сосредоточиваясь, затем вздрогнул и замер, подняв руки к вискам.

– Пьер?

Пьер быстро взглянул на первого помощника, пробормотал «сейчас» и сделал дыхательное упражнение «здравствуй, солнышко», знакомое любому, кто хоть раз видел кино про телепатов. Затем он снова прикрыл глаза. Секунд десять ничего не происходило, затем Пьер пробормотал что-то вроде «нет, это не экран», шмыгнул носом и посмотрел на Кима, словно ища поддержки.

– Их нет, – сказал он. – Совсем. Только что были, а теперь нет. Как это может быть?

– Потом я сделал подпороговое сканирование, – продолжал Пьер. – Это на случай, если они спят или под наркозом. Опять ничего. Тогда я прикинул, где они могут быть, и попытался найти напуганных животных. Я тут некоторых чувствую.

– При чем тут напуганные животные? – не поняла Анна-Мария.