Ольга Онойко - Море Вероятностей

Лито просиял. На лице его выразилось искреннее восхищение, но он ничего не ответил.

— Быть может, я хороший профессионал, — продолжил Данкмар, — но я никоим образом не человек вашего уровня. Сейчас я сижу здесь не потому, что умею мыслить логически, и не потому, что господин Эвен случайно встретил меня в парке однажды утром. Я хотел бы знать истинную причину.

— Великолепно, — Чинталли прижмурился от удовольствия. – Вы совершенно правы. Дело в том, что… – он пошевелил пальцами, подбирая формулировку, — если пользоваться нашей терминологией, вы находитесь в процессе трансфера. Речь о…

Данкмар скупо улыбнулся.

— Я понимаю, о чём вы.

— Да–да! – Лито подался вперёд. – Уже не вполне человеческое существо, но ещё не вполне… иное. Согласитесь, подобных вам немного.

— Третья сторона, — кивнул Данкмар. – Это и стало причиной вашего интереса. Могу я задать ещё пару вопросов?

— Отвечу с наслаждением.

Данкмар выдержал ещё одну паузу. Он надеялся, что оперативник слышит этот разговор. Пускай Чинталли и назвал его «маленьким мальчиком», но рядом с мальчиком был Тэнра… Тэнра, по крайней мере, производил впечатление взрослого человека.

— Возможно, меня интересуют вещи, которых я не способен понять, — сказал Данкмар. – Как я успел услышать, вам нужен некий Аналитик для того, чтобы… нечто создавать. Нечто, требующее большого труда и искусства.

Лито улыбнулся.

— Я не держу это в секрете.

— Потому что это не ваша конечная цель. Так же, как и поиски пресловутого «сокровища», — Данкмар коротко поклонился в сторону Цинкейзы. – Это только подготовка. Но к чему?

Чинталли отвёл взгляд. Лицо его стало непроницаемым. Некоторое время он размышлял, поглаживая обечайку гитары.

— Вас это не касается, — сказал он наконец, — но если уж так любопытно, то и это не тайна. Это учёный спор. Мой оппонент… мой бывший учитель, которым я бесконечно восхищаюсь и которого совершенно не выношу… человек безгранично талантливый, но в некоторых вопросах – ужасающе косный. Я хотел бы возобновить одну старую дискуссию, прерванную на самом интересном месте. Но у досточтимого оппонента в отношении меня успело сложиться предубеждение. Вначале мне придётся доказать ему, что со мной имеет смысл разговаривать. Я готовлю доказательства. Объяснять подробнее не имеет смысла, уж простите: вам этого действительно не понять.

Данкмар смиренно склонил голову.

Догадки его подтвердились: мотивации Чинталли были подростковыми. Он бунтовал против авторитетов и вместе с тем страстно желал доказать наставникам свою силу и зрелость. Он добивался признания. Данкмар скрыл усмешку. Лито выглядел старше остальных скитальцев, но седые волосы и намечающиеся морщины были лишь видимостью… Несколько секунд Данкмар молчал, выбирая следующую точку отсчёта. Потом сказал:

— Что касается мозгового штурма: господин Эвен упомянул осознанную реинкарнацию в качестве одного из вариантов. Я замечу, что этот феномен большинством оценивается как чудо. Многие в него не верят. Наша современная наука не может его объяснить.

— Да–да, — лениво проговорил Чинталли. Он снова уставился в потолок.

— Тот процесс, который вы назвали «трансфером», по данным параметрам примерно аналогичен. Разве что большинство о нём вовсе не осведомлено.

Чинталли подумал.

— Интересная мысль, — сказал он, — но трансфер как опция тоже отнюдь не оригинален. Хотя с ним могут быть связаны другие… – он умолк и потеребил струны.

— Насколько я понимаю, — осторожно начал Данкмар, — и вас, и сотрудников Лабораторий интересуют прежде всего социально–психологические эксперименты.

— Можно выразиться и так.

— В аспекте не столько конструирования социумов, сколько конструирования психологии.

Чинталли поднял голову и посмотрел на него, сощурившись.

— А как вы пришли к этому выводу?

Данкмар кратко развёл руками.

— Наблюдения. Работа господина Эвена с мицаритами. Ваш интерес к моему способу мышления.

— Вы действительно выдающийся человек, — сказал Лито. – Странно, что вы сделали такой жизненный выбор. Но из вас получится превосходный аналитик. Так к чему вы клоните? Продолжайте, пожалуйста.

— Если сопоставить эти факты с тем, что ваше «сокровище», скорее всего, возникло случайно, то можно предположить, что оно, «сокровище» – явление несистемное.

Чинталли сел прямо. В его глазах засветился огонёк интереса.

— Продолжайте.

Данкмару стало неуютно.

Он только теперь осознал, что не верил в себя – не верил, что способен чем‑либо помочь скитальцам. Казалось, с ним просто играли, забавлялись, как чуть раньше забавлялся Йирран. Но выражение лица Чинталли свидетельствовало, что Данкмар действительно подал ему идею. И если так… Меньше всего Данкмар хотел становиться их пособником. «Замолчать? – он покусал губу. – Вывернуть мысль наизнанку?.. Но я даже не знаю, о чём речь». Он не знал, работает ли защита, созданная Улс–Цемом, функционирует ли то, что добавил к ней оперативник. Быть может, скитальцы читали его, как открытую книгу. «Я не сумею запутать их, — решил Данкмар. – Увиливать бессмысленно».

— Вы ищете системное явление, — сказал он, — в обществе на уровне всего человечества или… в законах мироздания, если я понимаю верно. Но «сокровище», возникшее в результате перебора триллионов вариантов, возникшее случайно… Это, вероятно, комплекс каких‑то качеств, свойств. Он может быть характерен для маленькой субкультуры. Для одной семьи. Для одного человека, наконец.

Чинталли отложил гитару и медленно зааплодировал. Цинкейза недоверчиво улыбнулась. Йирран скрестил ноги и подался вперёд. Он смотрел на Данкмара с восхищением и симпатией, точно так же, как смотрел в те дни, когда прикидывался арауканом… Данкмар отвёл глаза: к горлу подкатывал новый прилив ненависти.

— Метод – это всё, — торжественно сказал Чинталли. – Вы предложили метод. Быть может, исследование ничего не даст, но его нужно проделать. Афари, Дзинес, Лебедь!

Данкмар бросил через плечо быстрый взгляд: три фигуры из коллекции ожили. Синхронно, как роботы, они шагнули вперёд. Одна из фигур привлекала внимание Данкмара прежде: это была белокурая девочка–подросток, кажется, любимица Чинталли. Второй оказалась изящная женщина в неправдоподобно узком тёмном платье, с лицом настолько совершенным, словно его рисовали в фоторедакторе. Третьим стал аккуратный невзрачный юноша в очках без оправы.

— Мне нужен график распределения вероятностей, — сказал Чинталли, — по параметрам: удалённость реакции на этос–константу, среднее биение планарного переноса и…