Александр Розов - XIRTAM. Забыть Агренду

— С какими ракетами? — спросила Хйор Гуд, — с теми, которые шли в прямой TV-эфир c атолла Эпоон к телезрителям Бостона, или с теми, которые прилетели в Британию?

— Уже интересно… — Туо потер подбородок, — Ну, сначала про те, потом про эти.

Исландка кивнула и спокойно сообщила:

— С первыми четырьмя все банально. Квен фон Грюн и Вевак Фаа летели на задание по ликвидации мега-яхта «Сильфида» в районе Мидуэй — Уэйк, и по дороге сбросили над атоллом Эпоон с большой высоты по две осветительные ракеты — «авиа-люстры».

— Толково, — оценил полковник, — А те четыре ракеты, что прилетели в Британию?

— Те ракеты, — ответила она, — взлетали с траулера в полярной зоне Норвежского моря, примерно в двух тысячах км севернее Лондона. Это игрушки, которые отработаны на полигоне Банаба. Мы выбрали для отправки снарядов время сильной магнитной бури, поэтому, аэрокосмическая разведка США не могла увидеть эти объекты, пока они не улетели достаточно далеко от северного магнитного полюса, около которого помехи радарам наиболее сильны из-за эффекта закрутки солнечного ветра. Это понятно.

— Да, — Туо кивнул, — и янки увидел наши снаряды только на последнем участке пути, а подумали: это хвост нисходящей ветки баллистической параболы, восходящая ветка которой, как они узнали от короля Эненкио, шла от атолла Эпоон. Так?

— Да, — исландка кивнула.

— Очень хорошо, — сказал он, — а что представляла собой боевая часть этих игрушек?

— Пуд настурана, — ответила она.

— Настуран… — произнес полковник, — что, просто, пуд урановой руды?

— Именно так, — подтвердила она, — Урановая руда спекается в керамику с плотностью почти как у свинца, и высокой радиоактивностью. Такая керамика содержит всю цепь продуктов радиоактивного распада урана, включая и короткоживущие изотопы.

Полковник покивал головой в знак полного понимания.

— Попросту говоря, получается радиоактивный метеорит, верно?

— Да, — снова подтвердила исландка.

— Красивый болид, — Леман взмахнул руками, — падение получилось фотогеничным.

— Это я смотрел по TV, — проворчал Фруту Туо, — а что с боевым, блин, эффектом?

— Эффект, прежде всего, социально-психологический, — ответила Гуд, — то, что одна из наших игрушек угодила в скопление автомобилей на развязке шоссе A-38 — простая случайность. И автомобилей там было немного, но пресса раздула.

— Социально-психологический эффект хорош, — полковник сделал паузу, — очень хорош. Журналисты говорят: такого количества жертв паники в этой стране не было со времен Второй мировой войны. А что, если нам для военных целей понадобиться физический эффект? Может ли такая игрушка стать оружием, реально разрушающим объекты?

Исландка сделала ладони лодочками и резко, с хлопком, соединила их.

— Для физического эффекта нужен заряд с цепной реакцией. Классическая А-бомба.

— И, — самокритично добавил Леман, — надо поработать над точностью прицеливания.

— Решено, — Фруту Туо ударил пальцем по крышке стола, — Работаем по обоим этим направлениям. Я поддержу Занга Пэвиса, и президент согласится. Теперь о тонких моментах. Что, блин, за Флот Свободной Лапландии, про который король залепил на прямом эфире с Йотуном Йотсоном?

— STICS решает свои задачи, — ответила Хйор Гуд.

— Special Troops Islander Cost Security? — уточнил полковник, и поинтересовался, — что исландская спецслужба хочет выгадать на мифическом флоте лапландских ультра?

— Нам, — ответила она, — необходимо инфо-прикрытие для жестких силовых действий, сопровождающих раздел квот на морские ресурсы Арктики.

— Тресковые и палтусовые войны? — предположил он.

— В море, — сказал Хйор, — кроме рыбы, есть еще дно, а под дном — нефть, газ, руда…

— Ясно, — полковник поднял вверх ладони, — нет вопросов. И, мы можем договориться о наращивании фактуры на эту легенду. Злые лапландцы атакуют, кого надо, в центре Тихого океана. А Исландия за это примет наших студентов на стажировку. Как идея?

— По-моему, хорошо, — ответила исландка, — я сегодня же доложу нашему штабу.

Буга-букский полковник обаятельно улыбнулся, включил кофеварку, и спросил:

— А в чем был смысл появления этой английской девчонки на крыше? Тоже какой-то социально-психологический прием для создания паники, я угадал?

— В общем, так, — подтвердила Хйор, — Эта девчонка сама появилась. Такой случайный персонаж, не предусмотренный планом, но удачно попавший в тему. Йотун — профи, а доктор Кави Айви, которая тоже была в студии, тем более, профи. Они разыграли эту случайную карту, и создали дополнительный вектор психологического прессинга.

— Вот, блин, как? Значит, эта Чиа Илкли на самом деле такая чокнутая?

— Она не чокнутая, — возразила Хйор, — просто, она эмо.

— Хей-хей! — полковник пощелкал пальцами, — про эмо мы говорили до этого.

— Да. Агрендская модель названа «Emo» в честь молодежного движения «emo». Кто-то решил, что это может стать брэндом. А Чиа Илкли — эмо из этого движения. Или, если выражаться в стиле Кави Айви, то из субкультуры эмо.

— Вроде хиппи? — спросил Леман.

— Нет. Вулф, совсем иначе. Эмо — это от слова «эмоциональность». Такое безрассудное самовыражение, полная открытость навстречу миру, и в то же время, ранимость, очень глубокое переживание обид и несправедливости. Отсюда романтизация смерти, мотив суицида в разговорах и поведении… Хотя, до настоящего суицида доходит редко. Это, скорее, игра… Но игра, не менее серьезная, чем любая другая культура.

— Ну, блин, ты завернула… — озадаченно проворчал Фруту Туо.

Британия — Тобаго — Агренда.

Чиа Илкли побросала в черную сумку с наклейкой в виде фиолетового черепа то, что попалось на глаза, и добавила туда еще ряд предметов, которые, вдруг показались ей полезными (при условии, что их удалось быстро найти в захламленной комнате). В последнюю очередь (уже одевшись в свои любимые черные эластиковые штаны, и поперечно-полосатую бело-пурпурную свободную кофточку), Чиа сунула в сумочку, висевшую на шнурке на шее, паспорт, немного денег (все, что было) и студенческую дебетовую карточку «Visa Electron» (кажется, на счету тоже что-то еще оставалось). Завершив экипировку уже в коридоре (надев ядовито-зеленые кеды и персиковый дождевик), Чиа крикнула маме:

— Счастливо!

— Ты куда? — поинтересовалась миссис Илкли, не выходя из гостиной, где смотрела очередной индийский сериал по TV.

— В ад! — гордо ответила ей 19-летняя дочка.