Александр Розов - Одиссея креативной королевы

- E-o! А Патриция Макмагон, с которой я дружу, это дочка Белли и Освальда. 

- И, - догадалась Кюгю, – поэтому у нас есть шанс поесть мороженого на халяву?

- Это не шанс, - поправила Брют, - это точно, как теорема Пифагора.   

…

Классическая 15-метровая крейсерская парусная яхта из Новой Зеландии это… Если слушать экспертов, многие из них отметят: у новозеландских парусников есть нечто особенное. Не просто качество, не просто шарм, а… Словами не объяснить. И ладно. Заметим только, что яхта по имени «Карамба», принадлежащая Эстебану Стивелли, оправдывала добрую репутацию парусников киви. Почему этот веселый и толстый, необычайно подвижный и очаровательно беспардонный профсоюзный бонза назвал любимую яхту популярным пиратским ругательством испанского происхождения – вопрос бессмысленный. Люди вроде Эстебана Стивелли принимают такие решения с легкостью, спонтанно, не задумываясь, и неожиданно - удачно. Это имя шло яхте.

После такой преамбулы, понятно, что кают-компания «Карамбы» была оформлена в пиратском стиле (как это понимали Эстебан и Белли). На стенах висели скрещенные абордажные сабли, а стол был из грубо обработанного дерева, и его украшали всякие надписи и рисунки, сделанные чернилами, или карандашом, или вырезанные ножом. Главным напитком за столом был боцманский грог, но для 10-летней Брют, конечно, создали альтернативу - какао с корицей. И (как было обещано) центральную роль на пиратском столе играло мороженое с кедровыми орехами и клюквенным сиропом.

Эстебан Стивелли отхлебнул грог из тяжелой оловянной кружки, после чего крякнул, вытер губы ладонью, и объявил без лишней скромности:

- У меня сегодня получилось чертовски правильное пойло!

- Дядя Эстебан, - сказала Патриция, - не налегай на горячий алкоголь в тропиках.

- Есть же кондиционер, - возразил он, - тут можно сделать локальное заполярье, и…       

- …Мигом получить ангину, - договорила она.

- Пат, прекрати прессовать моего мужчину! – потребовала Мирабелла.

- Мама, я его не прессую, а спасаю. Для тебя, между прочим. И где спасибо? 

- Обойдешься. Это твоя священная дочерняя обязанность. Медитируй на это!

Тут Патриция Макмагон картинно обхватила щеки ладонями, и голосом трагической героини из пьесы викторианской эпохи, четко продекламировала, обращаясь к майору Тимоти Стиду и к пилоту Кюгю Фирин:

- Вы не поверите, но все мои школьные годы проходили в обстановке такого грубого попрания моего человеческого достоинства.

- Немодный текст, - сказала Мирабелла, - современный зритель этого не оценит. 

- Они все время так, - сообщила Брют Хэппи, тоже обращаясь к Тимоти и Кюгю.

- Да! – гордо подтвердил Эстебан, - Ты очень наблюдательна, маленькая язычница!

- Эстебан, что ты имеешь против язычества? - поинтересовалась 10-летняя туземка.

- Черт возьми! – профсоюзный бонза взмахнул кружкой, - я ничего не имею против язычества, особенно – против Tiki! Мне нравится, что тут в стране Нези у богов есть чувство собственного достоинства, они не мелочны. А вот европейский бог - другой. Например, реакция СМИ на вчерашнее выступление королевы Боудис. Едва почуяв языческий мотив ее лекции, репортеры сразу обвинили ее в сатанизме, и в намерении разрушить Лондон, как при кельтской войне I века. Хотя, она не говорила об этом, а попросту изложила историю кельтской королевы Боудис Первой. 

- Европейский бог, это который, кстати? – поинтересовалась Кюгю, подцепив ложкой изрядный кусок мороженого, политого сиропом.

Эстебан Стивелли снова взмахнул кружкой.

- Черт побери! Опять я залепил нетактичность про религию. Я не сообразил, что ты мусульманка.

- Какая неосторожность! – съязвила она, - Разве ты не заметил на мне хиджаб?

- Честно говоря, не заметил, - сказал он, - по-моему, на тебе майка и шорты.

- По-моему, тоже, - весело согласилась с ним Кюгю, - я мусульманский агностик. Это примерно как христианский гуманист. Так, все-таки: европейски бог – это который?

- Просто, - пояснил профсоюзный бонза, - есть единственный настоящий бог для всей Европы, а заодно, для Северной Америки, и отчасти для Австралии. Ты знаешь такой латинский афоризм: «Vox populi – vox dei»?   

- Голос народа – голос бога? – отозвалась турчанка, - Да, в школе проходили. Но мне кажется, что голос продажных TV-каналов, это не голос народа. А тебе? 

- А мне кажется, - ответил он, - что никакого другого голоса у народа просто нет.

- Четвертая власть стала первой, - добавила Мирабелла, - об этом говорят уже давно. Примерно с войны на Магрибе в 2010-х, где три четверти репортажей были фейком. Представь голос народа отдельно от народа. Представь, что этот голос и есть бог. А продажные TV-каналы, это жреческая каста, или храмовая обслуга при боге.    

- Я представила, - задумчиво сказала Кюгю, - и это выглядит дерьмово.

- Верно, - согласилась Мирабелла, - это выглядит дерьмово, но таковы политические доминанты нашего времени. Надо работать с учетом этого, если мы хотим победить.

Тимоти Стид мгновенно встрепенулся, уловив формулировку знакомой конструкции.

- Друзья, а кого мы хотим победить?

- Не кого, а что, - уточнил Эстебан Стивелли, - ты готов обсудить это подробнее? 

- Я готов, если это своевременно.

- Это почти своевременно, Тимоти. Наверное, перед обедом молодежь захочет слегка поплавать для нагула аппетита. Общение с ламантинами очень способствует. Вот кто может похвастаться аппетитом, я даже завидую этим морским коровкам.

- Понятно, - заявила Патриция, слизнув с ложки последний кусочек мороженного из стеклянной вазочки, - слушай, Брют, вроде, дядя Эстебан деспотично предлагает нам с тобой выметаться за борт до обеда. Бизнес-тайна. Плащи и кинжалы. Как-то так.

- Ага, - условно-туземная юниорка кивнула, - а на обед будет что-нибудь вкусное?

- Очень вкусное, - пообещала Мирабелла, - и это будет в три часа после полудня.

- Я, наверное, с вами, девчонки, - сказала Кюгю Фирин, - ведь тайны, это не мое.

- Отлично, -  Патриция подмигнула, - ты как раз то, что нам надо для счастья.

- Пат, что ты задумала? – обеспокоилась Мирабелла.

- Все ОК, мама! Ты узнаешь это за обедом, в три часа после полудня.

- Пат! Обещай мне, что ваши развлечения останутся в разумных пределах.

- Мама! Я совершеннолетняя, ты не забыла? Ну ладно, я обещаю. Идем, девчонки!

…

Три девушки покинули кают-компанию, и Патриция (которая выходила последней) элегантно помахала ладошкой и закрыла за собой дверь.

- Дочка выросла чудовищно своенравной особой, - со вздохом, сказала Мирабелла.