Павел Кучер - 1647 год. Королева Наташка.

Что обидно — ведь никаких чудес… Самая обычная антисептика, перекись водорода и марганцовка, сеют в среде патогенной микрофлоры смерть и опустошение… особенно — марганцовка. Бледно-розовый водяной раствор перманганата калия (0,01-0,1 %) — для полосканий и промываний желудка. Чуть-чуть более розовые (0,1–0,5 %) — для промывания ран. Прозрачно-фиолетовые (2–5 %) — идут для обработки глубоких ран. При разложении марганцовка выделяет активный кислород, а это ярый враг микробов и неприятных запахов. Интересно, что образующийся из неё в организме кислород выделяется и мгновенно расходуется в реакциях окисления, не успевая образовывать газовые пузырьки. Можно вводить раствор в глубокие раны инъекциями при очень опасной анаэробной инфекции. Застарелые язвы — зарастают на глазах. За прошедшее время — ни одного случая нагноения. Ни одного случая гангрены… Для многострадальных жертв местных полевых лазаретов — чудо. Подкрашеная вода — фигня. Она ведь даже не освященная! Простой охлажденный кипяток. Кто реально творит чудеса? Она! Воякам — плевать, что ведьма… Иезуитам — плевать, что некрещеная… Как говорят на Украине — «Хоть черт, хоть бис — абы яйца нис!» Ужас… Причем, наши парни, наравне со мною занимающиеся экстремальным врачеванием, в расчет не принимаются. Что там особенного? С кем поведешься, от того и наберешься.

С таким багажем суеверий недолго допрыгаться до теократической диктатуры, кстати. Фанатикам реал по фиг. Обожаемый «символ веры» ткнет пальчиком в сторону «врага» — враз порвут на тряпочки. Мне что теперь, ходить, не вынимая руки из карманов? Разбитной ухарь, из последней партии «новобранцев», вчера, по попе хлопнул. Это он сделал не подумавши… Я ничего не успела. Только ойкнула… Сзади — хрип. Обернулась — ему уже шею свернули… Виновато прячут глаза — Er betrunken (пьяный). Был, ага… Про «символ веры» — ни разу не шутка. Я специально выясняла. За годы Тридцатилетней войны, обильно наполненные разнообразными богохульствами, в солдатской среде Центральной Европы успел сложиться своебразный религиозный культ. На Земле-1 его назвали бы сатанизмом. Поклонением дьявольским силам. Наемники привыкли бравировать своим презрением к любой форме христианской религии, а верить-то во что-то хочется… И тут — подвернулись мы. Особенно я… «Ведьма, приносящая удачу», по местным меркам — завидный бренд. Каждый хочет приобщиться.

Битва при Рокруа 19 мая 1643 года. Последняя терция испанской пехоты готовится умереть в бою. Французы так и не решились их атаковать.

Председателю Верховного Cовета Ангарской ССР (в составе СССР)

Соколову Вячеславу Андреевичу

(АССР, оз. Байкал, г. Ангарск, 51.51'14'' север. широты 104.52'55'' вост. долготы)

(копия) Фридриху Оттону IV (позывной координатора — F4, передать на весь Союз по трансляции)

От ИО Канцлера Священной Римской Империи

Сазоновой Натальи Алексеевны

(временная резиденция — кр. Розенберг, г. Кронах, 50.14'28' север. широты 11.19'41' вост. долготы)

Дядя Слава! Фриц!

Завязывайте шашни с попами, насчет моего «обожествления при жизни», а то уйду в монастырь. Позарез нужна светская пропаганда, совсем слегка заточенная под местные суеверия, а пока всё — в точности наоборот. Если за день-два не осилите, кину клич по Сети. Тогда — не обижайтесь. Как получится, так и будет.

Похоже, я допрыгалась… Никогда нельзя играть в политические игры с живыми людьми. Пока бегала со шприцами и клизьмами — в увечном контигенте «зрело мнение». А наши служители культа его добросовестно прохлопали. Причина уважительная. Исповедоваться «папистским собакам» пациенты брезговали. Только от этого не легче. К сожалению, парни товарища Матусевича подключились к проекту поздно. Пока завозили аппаратуру… Пока монтировали отдельные кабинеты для работы дознавателей… Короче, упустили момент, когда ещё можно было управлять настроениями. Теперь — приходится под них подстраиваться.

Сначала — все шло по плану. Опрос каждого из добровольцев (под запись), предварительный анализ его «трудовой биографии», дополнительные вопросы. Где воевал, с кем из видных людей мог пересекаться? Что интересного видел или слышал, что умеет делать? Как представляет свою дальнейшую жизнь? На наш взгляд рутина. Но, бывших вояк — проняло. Одно дело — бравировать безбожием, совсем другое — болтать накоротке с настоящими безбожниками. Выходцами из вбсолютно чужого, пугающего своим рационализмом мира. Вы не подумайте на ветеранов плохо. В отличие от попов, нашим они отвечали, как на духу. Совсем, не потому, что боялись или хотели подлизаться. Оказывается, потому что я их попросила. Представляете? Ночью устроили толковище и решили, что просьбу Drude надо уважить… Словно стая изорванных в драках старых боевых псов — выбрали себе новую хозяйку. Меня… Факт, способный свести с ума! Я так не привыкла! Мне перед народом стыдно! Честно…

Настроение-то боевое — «Мы всех порвем!» Что, на первый, взгляд хорошо. Так и было задумано. Плохо, что «всех» надо понимать буквально. Без исключений. За меня… Лучше всего настроение «шахидов» передает «живая картина», буквально вчера смонтированная на стене госпитальной залы. Изобразительная пропаганда, блин… Матусевич сам подобрал подходящий, по его мнению, сюжет. Называется «Рокруа, последняя терция». Эпизод Тридцатилетней войны. Наклеенные на стену полосы цветной типографской печати, (мама называет эту технику непонятно — «рекламный банер»), осветили, с помощью диапроектора, через слайд той же самой репродукции. Получилось — «окно в прошлое». Пробирает до костей. Даже не знаю, стоило ли такое делать.

Показано раннее утро 19 мая 1643 года, когда окруженные со всех сторон французами ветераны испанской пехоты построились в последний квадрат и бесстрастно ожидают финальную атаку артиллерии и кавалерии, которой не последовало. Восхищенный отвагой испанцев герцог Энгиенский предложил им сдаться со всеми почестями, которые доселе полагались только гарнизонам крепостей. Мрачное полотно показывает гордое поражение пехоты, которая, со времен Католических Королей до Филиппа IV, веками потрясала Европу. Тех солдат, которые маршировали по миру от джунглей Америки до берегов Средиземноморья и от побережья Англии до равнин Центральной Европы… Грубые, жестокие и гордые мужики, соблюдавшие дисциплину лишь под вражеским огнем и готовые стерпеть тяжести любой бойни или осады, но никому (включая короля) не позволявшие повышать на них голос! Главное — выражение лиц солдат, смотрящих на врага, будто говоря — «Ну, подходи, если смелый… Подходи, сволочь, сейчас мы вместе отправимся в ад». Действительно страшно подходить к этим воякам. И понятно, почему им предложили почетную сдачу, а не попытались истребить одного за другим. Эти отчаянные испанцы, брошенные богом и своим королем, остались высокомерными до конца, грозные даже в поражении. Их коллеги, на госпитальных койках вокруг — точно такие же. Только ещё живые.