В. Шлифовальщик - ЛОЖКА ДЕГТЯ

- Стой, кто идёт?

- Свои, друг! – осторожно отозвался Герт. – Заплутали немного. Пусти в посёлок, пока нас разные твари не сожрали.

Часовой достал светило и осветил сперва новичка, потом Фила, идущего чуть позади и готового в любой момент задать стрекача.

- Кто такие? – нахмурился смотрила, опуская светило и нацеливая явломёт на Герта.

- Мы с другого посёлка, - объяснил новичок, немного стушевавшись. – Патрулировали тут и запатрулировались слегка…

- С какого посёлка, с Западного или Южного? – помог Герту наивный часовой. Повезло, что смотрил не снабжают сообразительностью в достаточном количестве!

- С Южного, - наугад брякнул новичок, не вдаваясь в подробности. Он вовремя понял, что отвечать нужно как можно короче, чтобы не брякнуть чего лишнего.

Ответ был принят: часовой опустил явломёт. Чтобы окончательно задобрить стража, Герт вынул брабульницу и заманивающее повертел её перед носом смотрилы. И это оказалось верным, судя по алчно блеснувшим глазам часового.

- Держи! Подарок тебе.

Страж принял подарок, открыл крышку брабульницы и разочарованно посмотрел на друзей.

- Без брабулята? – спросил он, скривясь.

- Увы, - грустно улыбнулся новичок. – Чем богаты… Зато крышка цела.

Часовой вздохнул, но всё же посторонился, пропуская друзей в посёлок. Не успели они отойти от ворот, как немедленно нарвались на главаря смотрил.

- Стоять! – грозно приказал он, и друзья интуитивно приняли строевую стойку. Сердитый главарь обошёл их со всех сторон, придирчиво осматривая чуть ли не каждую складку на форме.

- Это откуда такие красавцы явились? – спросил он, раздражённо сопя.

- С Южного посёлка, - бодро ответил Герт, всем видом стараясь показать преданность и послушание.

- Вас в Южном посёлке не учили, как нужно отвечать главному?! – тут же взорвался главарь. – А ну-ка, руки по швам, недоноски!

Фил и Герт послушно вытянулись. Слава Лепесту, новичок догадался, что в данной ситуации лучше помалкивать.

- Я – Тирл, глава этого посёлка. Обращаться ко мне нужно «господин Тирл», - помог главарь друзьям; с сообразительностью у него было тоже туговато. – Распустили вас там, в Южном посёлке! Ни стойку строевую принять не можете, ни к старшему обратиться как положено! Разгильдяи! Зачем прибыли?

- Заблудились, господин Тирл, - бойко отчеканил Герт.

- «Заблудились»! Ты чего мямлишь, смотрила! – Вероятно, новичок ответил недостаточно чётко, как ни старался. - Отвечать не учили, как следует?! Не нравитесь вы мне что-то, ребята! А ну-ка…

Тирл вынул унимер, направил на друзей и удивлённо свистнул:

- Ого! Это кто ж вам разрешил столько ума заполучить?! И силищи как у лисомедведей!

Романтик побледнел, вспомнив, что они на этот раз забыли о бдительности и не спрятали излишки свойств в накопники.

- Слышь, часовой, ты кого сюда впустил? – обратился Тирл к стражу.

Тот вытянулся в струнку и неуклюже попытался спрятать за спину брабульницу.

- Да!.. Дисциплинка у вас в Южном посёлке прихрамывает! – не дождавшись ответа задумчиво пророкотал Тирл и вдруг взорвался: - Но у нас не Южный посёлок! С таким умищем я не позволю разгуливать по улицам! Марш к отцу Гведонию на блокирование!

Тирл вынул пищик и пронзительно пискнул. К нему сразу же подлетело несколько смотрил.

- Халь, - обратился главарь к самому рослому из них, - отведи этих умников к отцу Гведонию, пусть блокирует. И заодно объясни им, как нужно со старшими разговаривать. Обезоружить не забудь. Потом лично доложишь.

Халь подобострастно вытянулся, затем повернулся к друзьям:

- Оружие сдать и за мной бегом марш! – скомандовал он.

Остальные смотрилы взяли друзей на прицел. Ничего не оставалось делать, как, мысленно кляня себя за оплошность, сдать явломёты. Заодно бдительные смотрилы отобрали у «коллег» накопники и унимеры. Затем Халь побежал в сторону Купола, Фил и Герт, подталкиваемые сзади смотрилами, засеменили за ним.

Возле красивого дома с кружевной оградой из золотистого бедаката смотрилы остановились. Под ристальерой уютно устроился отец Гведоний, он любовался темнеющим в сумерках Куполом и лениво потягивал пахучий напиток.

- Отец Гведоний, разреши обратиться, - отчеканил Халь, обращаясь к священнику. - У нас тут двое южан пришли, нужно срочно блокировать. Умные больно.

- В Либре сказано: ум не есть порок, если он в нужной голове, - изрёк отец Гведоний, с сожалением отставляя ёмкость с напитком. – А у вас, дети мои, нужных голов не бывает.

Он с любопытством посмотрел на прибывших и велел войти в дом.

- Двое с ними, охранять, - скомандовал Халь и проворчал: - От таких умников всего можно ожидать.

От сопровождающих отделились двое и последовали к священнику. Отец Гведоний, Фил, Герт и конвой последовали в дом. Друзья даже не успели как следует оглядеться, как очутились в небольшой комнатке, заставленной целой кучей разных вещей: ящиков, коробок и каких-то прозрачных ёмкостей.

- Ну, что там у вас, дети мои? – проворковал священник, направляя на друзей накопник. Глянув на устройство, он обомлел: - О Лепест! Где ж вы столько ума набрали?! Неблокированные что ли?

Услышав тревожные нотки в голосе отца Гведония, сопровождающие немедленно взяли друзей на прицел. Священник, бормоча «сейчас мы всё поправим», достал из ближайшего ящика прозрачный цилиндр, поколдовал над ним и приблизился к Филу.

- Закатай-ка рукав, сын мой. Будет немного больно, на то и блокировка…

Но заблокировать романтика он не успел. Со всей решимостью, которой у него было предостаточно, Герт обрушился на ближайшего конвойного и моментально обезоружил его. Второй ничего не успел сделать, потому как на этот раз и Фил не зевал. Ударом кулака по темечку он свалил охранника на пол.

- Молодец! – успел похвалить его Герт, укладывая на пол своего конвойного. – Моя школа!

Отец Гведоний от неожиданности выронил цилиндрик и попятился в угол. Он судорожно зашарил руками, пытаясь открыть коробку, стоящую в углу, но Герт направил на него явломёт и хищно улыбнулся:

- Не надо дёргаться, святой отец! Подними-ка лучше руки вверх.

Священник послушно выполнил приказание. Новичок, держа его на мушке, подошёл к коробке и выудил оттуда небольшую штуковину, похожую на маленький явломёт.

- О! Дематор! – оживился Герт. - Хорошее оружие любишь, святой отец? А как же «возлюби ближнего своего»?

- Лепест тебе не простит этого, - пролепетал отец Гведоний. – Поднять руку на священника – большой грех. В Либре сказано…

- Нищесвоям будешь рассказывать, что там в Либре сказано, - оборвал его новичок. – Хотя вряд ли ты сможешь рассказать после этого…