Коллектив авторов. Составитель С. Лукьяненко - Гуманный выстрел в голову

— Да, я уже смеюсь, — уныло ответил сен-шангер.

Как смешно.

— Да, прими мои извинения. Я виновен перед тобой. Это сканирование — оно не полезно для здоровья. И еще в одном виновен я — слишком поздно понял причину твоих подозрений… Уж слишком невероятна для меня была эта мысль…

Янни махнул рукой.

Они прошли уже метров триста по коридорам Управления и поднялись на одиннадцать этажей, прежде чем сен-шангер осмелился поинтересоваться целью путешествия. Таку-шангер нехорошо улыбнулся.

Молодой шангер похолодел.

Через пять минут они были у двери в личные покои Хёгу-шангера. Тот принял их немедленно. Тяжелые стальные створки дверей бесшумно распахнулись и они вступили в святая святых Шангаса при Водоеме. Огромная комната была почти пуста, только у дальней от входа стены стоял стол.

Был период Розовых лепестков и высокие кружевные медные фонари, расставленные по комнате, лишь слабо мерцали. Комната была освещена светом рождающегося солнца через широкие и высокие — в человеческий рост — окна.

Хёгу-шангер встал из-за стола, прошел через половину комнаты и остановился перед вошедшими.

— Это ты тот подающий надежды юноша, что столь благородно и смело решил проверить своего сюзерена на то, заслуживает ли он доверия? — глаза господина Чженси смеялись.

Янни глубоко поклонился.

— Это хорошо, что ты не боишься трудных решений. Нам нужны сейчас именно такие люди. Таку-шангер рассказал, что сейчас происходит?

— Да, господин Чженси. В зале оперативных собраний Управления, полчаса назад.

— Очень хорошо. Однако он вряд ли сказал, насколько наше положение тяжело. Да-да, ты не ослышался. Очень тяжело. Почти смертельно, — глаза главы Шангаса похолодели и впились в глаза Янни. — Ханзаку ныне очень сильны. Очень. Нас уничтожат в войне. А вместе с нами погибнет и город.

Таку-шангер протестующе дернулся.

— Да мой друг, — бледно улыбнулся Чженси, — нас обязательно уничтожат. Ты не знаешь последних сводок. Твои шпионы не сумели добыть нужные сведения.

Он повернулся к сен-шангеру.

— Как у ханзаку оказались среди нас шпионы, так и у нас есть шпионы среди ханзаку. Но ни один из них до последнего времени не знал настоящей силы этих демонов в человеческой плоти, этих кровожадных и завистливых тварей. Сейчас все изменилось — мы узнали. Оружие ханзаку много сильнее и много ужаснее, чем мы могли предположить.

Хёгу-шангер помолчал минуту. Отвернулся, дошел до окна, взял с подоконника несколько занесенных ветром лепестков шафранных деревьев.

Растер их между пальцами.

Как печально.

— Шангас возлагает на тебя ответственность. Нам нужно знать все об этой катастрофе самолета и о так называемых Учениках Господина Лянми. Начни с Учеников. О катастрофе — позднее. Если хватит времени.

Хёгу-шангер еще немного помолчал.

— Нам нужен Господин Лянми. Или… или хотя бы его Тень. Это главное. Говорят, Ученики Господина вызывают его для своих клиентов за плату. Узнай эту плату и согласись на нее. Шангас отдаст все, чтобы война не состоялась! Все, чтобы ханзаку не творили свой разбой на улицах города!

Янни поклонился.

— А теперь иди, — махнул рукой Чженси, — на стоянке Управления тебя ждет новый «Сёкогай». Точно такой же, какой был у тебя. Твой счет теперь напрямую связан со счетом всего Шангаса при Водоеме. Если потребуется, ты легко сможешь купить самолет или огромный дом у моря. Ты можешь тратить столько, сколько надо. Ты можешь брать себе в помощь любых шангеров. Помни — у тебя всего один-два дня. Шангас при Водоеме зависит от тебя! Оправдай мое доверие, как я оправдал твое!

Чженси достал из кармана широкую и короткую золотую полоску — ханшцу — знак неограниченного доверия дейзаку к человеку. Любой, у которого была ханшца, мог говорить от имени этого дейзаку. Хёгу-шангер вручил драгоценный знак сен-шангеру. Янни глубоко поклонился и спрятал ханшцу во внутренний карман форменной куртки. Чуть позже он прикрепит ее под лобовым стеклом машины, а пока пусть она полежит в кармане. Руки Янни дрожали — он никак не ожидал подобного.

— Выполни свой долг на благо Шангаса и людей Кинто, — твердо произнес глав Шангаса при Водоеме.

Он чуть помолчал и рявкнул:

— Иди — и быстро!

Янни выбежал из покоев главы Шангаса. Стальные створки сомкнулись за ним, подобно раковине чудовищного моллюска.

Он не слышал, как Хёгу-шангер произнес, глядя ему вслед:

— Объявление хатамо-ротатамэ перед моим канджао? Для этого нужно истинное мужество. Это знак. Это судьба. Если мальчик не сломается — быть ему на моем месте. Когда-нибудь.

— Как бы не скорее, чем Вы думаете, мой господин, — хмыкнул старый таку-шангер. — В пророчестве о приходе Господина Лянми я нашел некую строчку…

Чженси недовольно нахмурился. Его бакугэру — мастер говорить неприятные вещи.

Как неудачно!

Господин Вел-мё, Любимый Ученик Господина Лянми, кормил уток.

Он сидел на большой гранитной глыбе, глубоко вонзившейся в небольшой пруд, и кидал ссорящимся птицам кусочки хлеба, отламывая их от горячей, только что извлеченной из печи ржаной булки. Поджаристую корочку господин Вел-мё изволил кушать сам. Уж больно аппетитно она хрустела на зубах.

Господин Любимый Ученик медленно жевал и щурился от наслаждения.

Припекало утреннее солнце, но было не слишком жарко — бьющий рядом фонтан охлаждал господина Вел-мё. Редкие капли пота и воды блестели на выбритой макушке Любимого Ученика.

Он растворялся в окружающей его красоте. Фонтан, плещущиеся утки и теплый ржаной хлеб.

Как поэтично.

И полезно, если ждешь гостя, который вот-вот прибудет.

За оградой скрипнули тормоза. Новые, еще толком не обтертые. Да, это тот гость, которого он ждал. Многолетнее ожидание окончилось. Начиналась новая жизнь.

Как хорошо!

Через полчаса господин Вел-мё и Янни сидели на открытой веранде рядом с большим домом, что служил Ученикам Господина Лянми одновременно храмом и офисом. Они сидели в легких плетеных креслах. Между ними стоял такой же легкий столик с запотевшими бокалами ледяного виноградного сока.