Александр Розов - Мауи и Пеле держащие мир

* Флокс, переведи Овернеку аванс, а второй платеж переведи по факту их работы.

* М-р Овернек, сделка ОК, аванс пошел, второй платеж будет после брифинга.

* Данфри, лети всем звеном на остров Хантер. Наведите там красоту, и смывайтесь.

* Фрогги, в точке тропик-рэнд поймай самосвал из Эн в Оу, и молча сожги его.

* Пурга, обзванивай орду, пусть через три часа гонят густой туман про дядю Сэма.

* Хамстер, буди бумажных медведей. Пусть давят, когда поползет нужный флейм.

* Снэрг, зайди ко мне с конспектом про битву янки с японцами за Гуадалканал.

…Смысл этих фраз-сообщений пока оставался мутным — за исключением последнего, касающегося острова Гуадалканал. В соответствии с последним сообщением (а точнее, приглашением), через четверть часа на веранде хижины-коттеджа (как бы, резиденции проконсула), появился парень, ровесник Визарда Оза. Этот гость, в отличие от внешне «цивильного» проконсула, обладал явно военной выправкой (приобретенной, кстати, в Военной Академии США «Вест-Пойнт»). Как этот новозеландец в 18 лет стал кадетом престижной академии, и как после выпуска смылся и стал капитан-лейтенантом в клубе реконструкторов Tiki на Вануату — отдельная история. Можно рассказать о знакомстве с девушкой-маори, носившей необычное имя Флокс, и о недавно появившемся малыше, названном Логлэн в честь дедушки, новозеландского подполковника, погибшего в ходе «миротворческой операции» в Бахрейне, но… Пока нет повода для этого рассказа.

…Капитан-лейтенант Снэрг Лофт легко, одним мягким прыжком, миновав ступеньки, взлетел непосредственно на веранду, козырнул и поинтересовался.

— Сэр, инструкция моей жене, это начало операции «потерянные острова»?

— Да, — ответил Визард Оз, — а теперь садись, и прекрати называть меня «сэр».

— Привычка, блин, — сказал Снэрг, и положил на стол свой элнот, плюс папку с аккуратно сшитыми листами, плюс распечатку большого формата, и плюс одиночный листок явно официальной формы, с текстом, датой и подписью.

— Это что? — удивился молодой проконсул, глядя на последний листок.

— Рапорт об отправке меня на фронт на Гуадалканал, — ответил капитан-лейтенант.

— Ты спятил, Снэрг! Как я посмотрю в глаза Флокс, если… Ты понимаешь?

— Флокс в курсе. Мы обсудили это, и она согласилась, что я обязан так поступить. Есть несколько рациональных причин, по которым моя кандидатура оптимальна в качестве фронтового офицера-представителя штаба стратегического планирования.

— Назови хоть одну.

— Называю. На Гуадалканале надо делать ровно то, чему меня учили в Вест-Пойнте. В дивизионе и в клубе нет никого другого, кто учился бы именно этому.

— Слушай, Снэрг, я тебя очень уважаю, но на Гуадалканале будут несколько офицеров, имеющих свежий боевой опыт. Это комдив Гремлин с офицерами Li-Re, рулившими наземной операцией на Таити. Это капитан Ленин, командир Интербригады Малаита, острова, соседнего с Гуадалканалом, он работал в кокаиновых войнах. Это офицеры филиппинских гренадеров: Коломбо, даяк, и Ясон Дасс, бирманец. Тебе мало?

Выпускник Вест-Пойнта покрутил головой.

— Много. Слишком много. Скажи, Оз, ты не боишься оголить Восточный фронт?

— Не боюсь. Там остались тяжелые фигуры. Претор Октпо, доктор Упир, капитан Кресс, филиппинец с большей частью гренадеров. А, в резерве в Центральной Полинезии есть стимпанк-диктатор Йожин Збажин и профорг Робин, сальвадорец. Еще есть мобильная милиция короля Улукаи, и, скоро мы получим подкрепления от фашистов.

— От каких фашистов? От фиджийского генерала, что ли?

— Нет, — проконсул помахал только что прикуренной сигаретой, — фиджийский генерал — темная лошадка. Я на него рассчитываю лишь в том смысле, что он подложит нашему противнику большую полновесную фиджийскую свинью с острым перцем.

— Логично. Я согласен с такой оценкой. Но кто тогда фашисты?

— Самоанские германцы. Фашисты, это условность. У них прозвища фашистские, а так нормальные анархо-синдикалисты. Сегодня наши авиаторы вылетали не только с базы Футуна на Фиджи для бомбовой подготовки путча генерала Тимбера. Была еще серия вылетов с базы Этена — Северное Самоа для химической обработки лагерей батаков на Германском Самоа. Просто, акролеин — продукт дешевой переработки также дешевого пальмового масла. Сырье для производства оргстекла. Такой полуфабрикат двойного назначения. А эффект — блестящий. В Вест-Пойнте такой яд не проходили, я прав?

— Ты прав. Программа Вест-Пойнта содержит много фигни, и не содержит многого, что следовало бы, но это хорошо, ведь Вест-Пойнт для нас по ту сторону фронта. А сейчас, возможно, ты вернешься от экономической философии к проблеме Восточного фронта?

Визард Оз улыбнулся и хлопнул собеседника по плечу.

— Извини, Снэрг это гены. У меня папа — философ. Так вот, есть еще политика. Корпус американской морской пехоты и наемников будет тупо стоять на Киритимати, пока не будет решен вопрос об Американском Самоа, которое захвачено батаками, в основном подконтрольными французским оффи. Когда оффи Франции и США договорятся, мы узнаем об этом по риторике американских TV-каналов. Там в новостных программах Национальная Батакская Партия из плохой станет нейтральной. А Конвент Меганезии, соответственно, из плохого станет очень плохим. Вот тогда счет пойдет на дни.

— Вероятно, так и будет, — согласился Снэрг, — да, Восточный фронт пока неактуален.

— Вот-вот, — отозвался проконсул, — главная наша победа будет здесь, на юго-западе.

— Почему ты в этом уверен, Оз?

— Потому, Снэрг, что я здесь, и значит удобнее, чтобы враг пришел в этот сектор и здесь проиграл ключевые сражения этой войны.

— Оз, ты шутишь?

— Нет, я серьезно. Наш враг в плену некой парадигмы. Мы знаем эту парадигму, значит, можем управлять врагом в довольно широких пределах. Это как коррида, понимаешь?

Капитан-лейтенант пожал плечами в знак того, что считает сказанное очередным чисто теоретическим философским упражнением. Проконсул покачал головой, улыбнулся, и развернул ноутбук так, чтобы выведенная на экран карта Океании (или точнее — карта стратегического театра) была видна собеседнику.

— Сейчас, Снэрг, я покажу тебе два различных взгляда на реальность войны. Один взгляд назовем прагматичным. Вот это географические пункты, реально занимаемые силами Конвента. Некоторые из них известны противнику, остальные пункты он не видит. Зато, имеется несколько пунктов, про которые противник думает, что там силы Конвента, но реально там ничего нет. Тингтунг, например. Нам нужны десятки ложных пунктов, чтобы управлять парадигмой, которой подчинена логика противника. Тогда противник, в своей системе взглядов, увидит вот такую реальность…