Светлана Бондаренко - Неизвестные Стругацкие От «Страны багровых туч» до "Трудно быть богом": черновики, рукописи, варианты.

— Они к вам не пойдут. — Он достал платок и шумно высморкался. — Собственно, они и меня-то не едят. Просто работают, как бешеные. Мне на них смотреть стыдно.

В коридоре загремели свинцовые подметки, и в дверь постучали.

— Войдите, — сказал начальник. Он покосился на часы.

Было десять часов вечера.

В кабинет вошли четверо, и в кабинете сразу не осталось ни вершка свободного места. Это были Следопыты, археологи, работающие вне Базы. Они месяцами копались в марсианских песках, разыскивая следы исчезнувшей цивилизации, и появлялись на Базе очень редко. Следопыты работали совершенно самостоятельно, База только снабжала их продовольствием и иногда машинами. Начальник даже не всех знал в лицо, но этих он знал: Опанасенко, Морган, Альварес и Хасэгава — старожилы и самые лучшие разведчики Марса.

— Здравствуйте, Борис Максимович, — прогудел Опанасенко.

— Здравствуйте, товарищи, — сказал начальник. — Рад вас видеть, садитесь. Садиться, правда, не на что.

— Благодарю вас, — сказал Хасэгава. — Мы будем стоять.

— Мы к вам с просьбой, — сказал Опанасенко. — Нам нужны машины.

При слове «машины» Гайдадымов нехорошо усмехнулся, а Иваненко, не открывая глаз, сказал:

— Очень сожалею, но машин, извините, нет.

— Здравствуйте, Ибрагим Константинович, — сказал Опанасенко. — А мы нефть нашли.

— Где? — Иваненко приподнял набрякшие веки и поглядел на археолога.

— Шестьдесят километров к востоку. Подступы идеальные.

— Это хорошо, — сказал Иваненко. — Кроки сняли?

Опанасенко, широко улыбаясь, расстегнул доху, вытянул планшет и извлек из него несколько сложенных листков бумаги.

— А ну-ка, дайте-ка, — сказал Иваненко. Он развернул листки и стал рассматривать кроки.

— Нам нужны все машины, какие есть на базе, — сказал Опанасенко. — Все краулеры и вездеходы. И все люди, которые уме ют стрелять. И побольше динамиту. И ракеты.

— И два мешка луку, — мрачно сказал Гайдадымов.

— Здравствуйте, Виктор Петрович, — радостно сказал Опанасенко. — Вот кстати, ваше поручение мы выполнили. Шесть мачт релейной передачи поставили, до самой биостанции.

— Спасибо, — хмуро сказал Гайдадымов.

— А зачем вам все это нужно? — спросил начальник.

— Бладсакер, — сказал Морган.

— Тора, — сказал Хасэгава.

— Перро, — сказал Альварес.

— Одним словом, рысь, — сказал Опанасенко. — Надо кончать с рысью.

—  Что-нибудь случилось? — спросил начальник.

— Две рыси бродят вокруг лагеря, — сказал Опанасенко.— Они все время ходят вдоль трассы.

— Какая там еще рысь, — проворчал Иваненко, тяжело поднимаясь со стула. — Вот нефть — это хорошо. Это вы молодцы.

Завтра же пошлю ареологов.

— Какая рысь? — сказал Опанасенко. — Спросите у Хлебникова, какая рысь.

— Нечего было шататься без оружия, — сказал Иваненко.— Сто раз предупреждали.

— А что вы нам скажете, Борис Максимович? — сказал Опанасенко, поворачиваясь к начальнику.

— У нас очень трудно с машинами, Федор Алексеевич, — сказал начальник. — А что вы хотите предпринять?

— Облаву, — сказал Опанасенко. В кабинете воцарилось молчание.

— Ну, я пошел в мастерские, — сказал Иваненко. — До свидания, Борис Максимович.

— Нет уж, вы погодите, Ибрагим Константинович, — сердито сказал Гайдадымов. — Это дело надо решить.

— Мне некогда решать такие дела, — сказал Иваненко.— Мне надо работать. И вам тоже.

— Правильно, — сказал Опанасенко. — Нам надо работать.

А мы работать не можем. Мы не можем к каждому работнику приставлять часового.

— Здоровые парни, — сказал Иваненко. — С пушками.

Смешно, честное слово.

— По-вашему, таскать на работу пушки нормально? — осведомился Опанасенко. — Ареологи завтра тоже поедут с пушками? Что-то не помню, кто там из них умеет стрелять.

— Хорошо, — сказал Иваненко и снова сел. — Чего вы от меня хотите?

— Поясните себе положение, — сказал Морган. — В нее очьень трудно попасть. Она летает быстро. Ее нужно долго гнать, загнать и расстрельять в упор.

— А потому, — сказал Опанасенко, — нам нужно, — он стал загибать пальцы, — все быстроходные машины базы, все лучшие водители, все стрелки, побольше динамиту, побольше ракет… — …и два мьешок лука, — сказал Морган, улыбаясь.

— Так, — зловеще сказал Иваненко. — Вы собираетесь гнать краулеры на полной скорости по пустыне, пережжете моторы, порвете ходовую часть, поперетопите машины в зыбучках…

— Но зачем так пьечально? — сказал Морган.

— …перекалечитесь сами, спалите все горючее… Не дам машин! — рявкнул он неожиданно.

Опанасенко грохнул кулаком в стену.

— Черт побери, — сказал он. — Да кто же для кого? Мы для машин или машины для нас?! Неужели же трудно понять! Да ваших же врачей эта гадина чуть не сожрала на той неделе!

— Спокойно, спокойно, — сказал начальник.

— Надо машины дать, — сказал Гайдадымов. — Я сам одну доведу.

— Черта лысого ты поведешь! — заорал Иваненко. — Нет, я так не могу! Я в таких условиях работать не могу! Охоты, облавы, а на Базе люди живут впятером в такой вот комнатушке!

Для женщин комнату едва выделил! Строить надо, а не гарцевать на краулерах!

Опанасенко вдруг успокоился.

— Хорошо, — сказал он. — Не надо машин. Мы пойдем цепью. Все, конечно, пойдем. Пусть облава будет пешая. И горючее будет цело, и в комнатах после облавы станет посвободнее. Это вас устраивает, товарищ Иваненко?

— Не смейте разговаривать со мной в таком тоне, — прошипел Иваненко. — Не смейте!..

Начальник хлопнул ладонью по столу.

— Достаточно, — сказал он. — Это ругань, а не серьезный разговор. Товарищ Опанасенко, расскажите, пожалуйста, что такое эта рысь? О ней много говорят, и никто ничего не знает.

— Мы тоже мало знаем, Борис Максимович, — сказал Опанасенко. — Какое-то хищное животное. Никто его толком не видел. Охотится ночью, нападает длинным прыжком, всегда почему-то справа. Нападает почему-то на людей и всегда норовит вцепиться в правый бок. Что еще? Длинная, с серебристой шерстью, конечностей не заметно, глаз тоже. Вот и все, пожалуй.

— А где она скрывается днем? — спросил начальник.

— Неизвестно. Может быть, зарывается в песок. А может быть, у нее есть логово — передвигается она очень быстро.

— Дело вот в чем, — сказал начальник. — Через четыре месяца с Земли придут два корабля. Они привезут еще пять краулеров. С машинами будет легче. С другой стороны, за это время мы, по-видимому, закончим самые необходимые постройки и станет легче с грузовыми перевозками. Может, имеет смысл подождать с рысью?