Игорь Алмазов - Навстречу звездам
Теперь о социально-гражданской активности организации.
Акция протеста, даже если она организовывалась только для защиты товарищей, являлась мощным инструментом в борьбе против преступной власти. Методика организации акций протеста базировалась на принципе последовательного удесятерения количества участников до тех пор, пока им не шли на уступки. И еще один важнейший принцип — не добиваться явно незаслуженного, но ущемления своих неотъемлемых прав не допускать никогда. Иногда применялся довольно необычный прием — недостойному чиновнику или бизнесмену, допускавшему гонения на честных людей, а также плохо защищавших их от мафии сотрудникам органов, постоянно днем и ночью сотни людей звонили на рабочий, домашний и сотовый телефоны и предъявляли свои претензии, задавали вопросы, слали факсовые сообщения. Учитывая то, что таким людям в любом случае по долгу службы нужно было отвечать на незнакомые звонки, это казалось недостойным внимания только в первый день.
Были акции и более высокого порядка, нежели районные. В той мере, в какой это было возможным и тактически оправданным, применялась технология «СРПТ» — сокращение от слов «Советы», «рабочий контроль», «плановые комиссии» и «трассировка экономических связей». О Советах и рабочем контроле я рассказал, а помимо этого, порой было оправданным в той или иной степени организовать координацию между экономическими субъектами. Для этого создавались плановые комиссии, которые осуществляли в рекомендательном порядке прокладку новых экономических связей — минуя паразитов, наживавшихся на посредничестве и перекупке. Оконечными пунктами системы были предприятия под рабочим управлением, колхозы, потребительские коммуны, народные производственные предприятия и просто все, желающие избавиться от диктата посредников-паразитов. Плановые комиссии формировались из специалистов по реальному сектору экономики, вузовской профессуры, бывших сотрудников промышленных отделов региональных комитетов КПСС и специалистов по новой дисциплине — исследованию операций в экономике. Разумеется, им очень хорошо платили — из сэкономленных и не доставшихся паразитам средств.
Применялась также технология общественного Совета. На площади в обязательном порядке регулярно заседали районные руководители сети, и каждый человек мог на митинге, порой даже специально ничему не посвященном, публично высказаться о наболевшем, пожаловаться, обвинить, привлечь народ на протест против какого-либо злоупотребления.
По всей стране шел процесс сбора обвинений против дерьмократов, чиновников, мафии. Миллионы людей давали свои показания, на публичных общественных судах зачитывались обвинения в преступлениях против человечности. Все это переводилось в электронный вид и вывешивалось на сайте «Белая книга мондиалистской оккупации» в сети «Интернет». Еще одним, порой очень эффективным, средством давления на чиновников была угроза внесения их в расстрельные списки — так называемую «черную тетрадь». Они понимали, что их власть не может длиться вечно, а личных самолетов у них нет. Такие личности на сторону народа не переходили, но от них требовалось только ослабление рвения в борьбе против него…
Разумеется, шел процесс сбора подписей за отставку высших чиновников страны и кардинальную смену курса. Эти подписи дали возможным объявить Верховный Совет Рабочих Депутатов полностью легитимным органом. А многие военные только и ждали этой формальной зацепки. Они не хотели действовать по собственной инициативе, а выполнить приказ формально уже легитимного органа готовы были с удовольствием.
В массовом масштабе был развернут процесс разбрасывания и расклейки листовок, плакатов, рекламных сообщений о коммунистических радиостанциях, продажа и прокат видеокассет Советского телевидения. Были созданы бесплатные видеосалоны и видеосерверы в локальных сетях предприятий и жилых кварталов. Агитационные надписи на заборах власти уже не успевали стирать…
Параллельно шел процесс массовой отправки писем от простых граждан в воинские части. Члены сети через сочувствующих в органах учета личного состава, через своих членов в военных городках — если сами военные и опасались участвовать в «подрывной организации», то их жены такой возможности не упускали; через своих членов — родителей срочников; через членов Движения в поддержку армии и Союза советских офицеров, а также по многим другим каналам доставали адреса и имена незнакомых военнослужащих и вступали с ними в переписку — как с офицерами, так и с простыми солдатами. Разумеется, письма социальной направленности, написанные в соответствии со стандартом, слали и родители срочников, и их спутницы жизни. Они, рассказывая о своем тяжком существовании и о вопиющей несправедливости, просили не стрелять в них, когда им станет совсем невмоготу и они от отчаяния выйдут на улицы.
Рассказывали о том, какие блага были бы у народа и у самих военнослужащих, если бы не было паразитов. Посылали фотографии — как из счастливого советского прошлого, так и из страшной буржуазной действительности. В письмах подчеркивалось, что теперь у солдата есть друзья во всех концах страны, что он не одинок, что его любят и на него надеются, что о нем не забывают — в условиях казармы это сильно грело душу. Разумеется, заодно посылали и продукты… Посылали также и агитационные плакаты в виде небольших цветных открыток. Наиболее характерным был римейк плаката времен Великой Отечественной войны «Воин Красной Армии, спаси!» только вместо слова «красной» было слово «народной», а вместо фашистов «новые русские» с золотыми цепями и перстнями. В случае осложнений письма и посылки шли сначала членам сети, живущим неподалеку от части, а они потом передавали их из рук в руки. Процесс почтовой агитации приобрел массовые масштабы и охватил всю армию.
А между строк ясно читалась просьба встать с оружием в руках на их сторону в нужный день. Ведь еще Ленин говорил, что недостаточно только добиваться нейтралитета — у антинародного режима всегда будут наготове жестокие головорезы. И нужно так сделать, чтобы эти головорезы получили не тридцать сребреников за войну с народом, а в десять раз больше за отказ от войны. Надо было только заставить наемников понять, что на стороне народа будет достаточно людей с оружием, а для них самих будет выгоднее всего немного пограбить во время Революции своих хозяев.
Теперь, после подробного рассказа, еще раз вернемся к динамической кибернетической схеме и резюмируем. Связи от 1 к 2 и от 1 к 3 достаточно очевидны. Чем больше людей участвует, тем больше степень влияния на внешнюю среду. Связь от 2 к 4 — чем больше экономическое могущество, тем лучше защищены участники процесса. Связь от 2 к 5 — чем больше экономическое влияние, тем меньше достается паразитам. Связь от 3 к 4 — чем больше гражданская активность, тем больше возможностей повлиять на власти, тем в большей безопасности находятся участники. Связь от 3 к 5 — чем больше гражданская активность, тем больше возможностей обороны от мафиозных «наездов» и независимости от паразитов, что означает их ослабление; а также самое главное — тем ближе к стадии непосредственного выполнения находится процесс подготовки. Связь от 4 к 5 — чем выше социальная защищенность, тем меньше у мафии возможностей контролировать в своих интересах беззащитных и ранее зависимых людей — перед мафией и преступной властью уже не представали в одиночку, люди уже не были бессловесной биомассой и объектом мафиозного управления. И, наконец, чем выше социальная защищенность членов сети, тем выше стремление ранее не вступивших в организацию присоедниниться к ней — главная положительная обратная связь от 4 к 1.