Дэни Коллин - Вне корпорации

Штаб-квартира Партии контрольного пакета располагалась в Сан-Франциско, в викторианском особняке, построенном несколько веков назад, правда, его бесчисленное множество раз перестраивали. Внешне дом воссоздали по историческим документам. Шон был убежден, что сам Марк Твен или даже сам император Нортон, человек, в 1859 году провозгласивший себя «императором Соединенных Штатов», не усмотрели бы в фасаде здания ничего не обычного для своего времени. Но Шон и пуристы из Партии контрольного пакета выбрали этот особняк для своей штаб-квартиры по другой причине. По натуре они были не реставраторами или бережными хранителями прошлого, а скорее разрушителями. Поэтому дом служил политической цели. И Шон, и его последователи охотно рассказывали всем, кто соглашался их выслушать, что данный особняк был создан свободным трудом, то есть неинкорпорированными рабочими. Вот почему он служил символом свободных людей, которыми, по их замыслу, должны стать их современники. Нашлись скептики, которые заметили: дом построили рабочие-китайцы, которых, скорее всего, избивали, которым скудно платили, которых обворовывали многочисленные бандиты и бюрократы. Но стойкие приверженцы Партии контрольного пакета не придавали подобным возражениям никакого значения. Однажды один журналист неосторожно сболтнул: любой из этих так называемых «свободных» рабочих прошлого с радостью пошел бы на все, и даже на убийство, лишь бы получить возможность жить в инкорпорированном мире со всеми его очевидными преимуществами. Однако его слова не произвели никакого эффекта.

Шон обратил самое пристальное внимание на средства массовой информации. Хотя он, в общем, презирал людей, которые так старательно потрошили его и его движение, он не мог не интересоваться тем шумом, который мало-помалу заражал всю систему. Кроме того, он, как и практически все остальные жители Солнечной системы, испытывал странное влечение к Человеку вне корпорации. Шон не знал и не мог знать, что в будущем он причинит Джастину Корду немало страданий. Пока Шон как завороженный смотрел в голодисплей и слушал признание Джастина Корда.

Там, в голодисплее, Джастин Корд произнес прописную истину. Шон искренне полагал, что истина открывается ему и только ему. Все стало совершенно ясно. Ясно до такой степени, что на лице Шона Дугла, за много лет превратившемся в суровую маску, появилась улыбка. Шон откинулся на спинку кресла и забормотал мантру, которая еще много лет не будет давать покоя руководителям инкорпорированного общества, как и всему миру.

— Один свободный человек… — шептал он себе под нос, — один свободный человек… один свободный человек…

Проведите канун праздника и сам Марди-Гра на кольцах Сатурна! Не пропустите световое лазерное шоу… предоставленное компаниями «Филип Моррис» и «Макдоналдс», которые гордятся своими успехами в освоении Титана. Шоу пройдет на площади, в семьдесят раз превышающей поверхность Земли! Величайшее в Солнечной системе! И помните, в космосе отовсюду хорошо видно!

Джастин сидел в своей нью-йоркской квартире и серьезно размышлял над тем, что наденет. Обычно одежда трудностей не представляла, потому что, как правило, он надевал первое, что попадалось под руку. Сегодня — редкий случай! — он уделил своему гардеробу пристальное внимание. Правда, и случай обычным не назовешь. Меньше чем через две недели вся Солнечная система, от обсерватории на облаке Оорта до всех планет, спутников и астероидов, на которых способен уместиться человек, будет гулять вовсю — как студенты из богатых семей в весенние каникулы, которые за все расплачиваются отцовской кредитной картой.

Джастин узнал о существовании нескольких стойких традиций. Праздник Марди-Гра продолжался ровно одну неделю, во время Марди-Гра позволялось такое, о чем в другое время никто и подумать не смел. Кроме того, костюм, выбранный для начала праздника, следовало носить всю неделю. Хотя времени на чтение у Джастина оставалось немного, он успел прочесть, что многие берут отпуск задолго до начала «главной недели». За время отпуска они не только выращивали себе новые части тела, но и привыкали к ним. Видимо, абсолютно новое тело могли себе позволить, за редким исключением, лишь обладатели контрольного пакета. Чтобы привыкнуть к совершенно новой оболочке, действительно требовалось время. И все же транстело стоило дорого, очень дорого. Хотя, судя по отзывам «довольных клиентов», восхищенные взгляды сограждан полностью окупали и затраченное время, и средства. Джастин просмотрел каталоги и понял, что может сделать с собой все, что только пожелает, — например, вырастить чешую, как у динозавра, или добавить себе конечностей. После краткого обзора самых популярных транстел и «прикидов» голова у него пошла кругом. Джастину нравились лишь костюмы героев научно-фантастических фильмов прошлого.

В конце концов он решил: что модифицировать себя не станет, хотя ему любое транстело по карману. Ему и без того трудно было привыкнуть к новой, «омоложенной» коже, и сейчас ему меньше всего хотелось менять ее. Поэтому он принялся размышлять, какой бы подобрать «классический» карнавальный костюм. Обычно подобные вопросы он предоставлял решать Ниле, но она почему-то оказалась недоступна. Он разговаривал с ней только по рукофону. Она сказала, что ей нужно решить какой-то личный вопрос и что она увидится с ним в новоорлеанском отеле. Джастин предпочел не спорить. И все же он тянул с выбором до самого последнего дня. Потом он придумал обратиться к доктору Джиллету с тем, чтобы тот посоветовал ему хороший маскарадный костюм. Джастин нашел доброго доктора на кухне, тот завтракал и читал бумажную газету. Когда Джастин вошел, Таддиус поднял голову и улыбнулся:

— Джастин, мальчик мой! Спасибо, что посоветовали мне распечатывать газету на бумаге.

Джастин ответил ему широкой улыбкой и взял из кухонного шкафчика миску. Достал из кладовки пачку сухого завтрака, похожего на старинные хлопья с арахисовым маслом. Мысленно он не уставал хвалить себя за то, что додумался прихватить с собой в криокапсулу замороженные и высушенные упаковки сухих завтраков. Нанороботам не составило труда разобраться в точных пропорциях ингредиентов и воспроизвести вкус и консистенцию его любимых блюд.

— Док, я рад, что газета вам нравится. — Джастин сел напротив своего друга и советчика. Предложил доктору попробовать свой завтрак: — Хотите?

Доктор покачал головой:

— Спасибо, предпочитаю есть то, что движется.