Урсула Ле Гуин - Роза ветров (сборник)

Она уже раздумывала, не сказать ли "Давай повернем назад", если на ближайших сорока милях ничего не случится (четыре было ее любимым числом), когда Джерри воскликнул:

— Вон!

Впереди и правда что-то виднелось.

— Я что-то таблички не видела, — с сомнением сказала она. — Про холм нам ведь ничего не говорили, да?

— Черт, да это не холм, это скала, как бишь ее?… здоровая такая долбанная рыжая скала…

— Эйерс-Рок? — Она прочла книжечку "Добро пожаловать к антиподам" в отеле Аделаиды, пока Джерри сидел на конференции по пластикам. — Но это ведь в центре Австралии, разве нет?

— А где мы, мать твою, по-твоему находимся? В центре Австралии! Или что это, по-

твоему, — долбанная Восточная Германия? — Джерри повысил голос и прибавил газу.

Ужасающе прямая дорога шла прямо через холм, или скалу, или как оно там называется. Это был не Эйерс-Рок, она была в этом уверена, но когда Джерри начинает кричать, злить его не стоит.

Оно (холм? скала?) было рыжее и с виду походило на старый «Фольксваген», только бугристое, а вокруг него ходили люди, и поначалу она была очень рада их видеть. Полное одиночество — за последние два часа они не видели ни машины, ни фермы, совсем ничего — действовало ей на нервы. Но когда фургончик подкатил поближе, она решила, что эти люди выглядят как-то странно. Еще более странно, чем туземцы на корробори.

— Это, наверное, аборигены, — задумчиво произнесла она.

— А какого хрена ты тут ждала — французов? — поинтересовался Джерри, но беззлобно, и его жена рассмеялась. Но…

— О Господи! — воскликнула она, впервые разглядев одного из туземцев.

— Здоровые парни, а? — удовлетворенно заметил Джерри. — Бушмены — кажется, так они называются.

Кажется, они назывались не так, но она все еще не могла отойти от шока при виде этой высокой, тощей, черно-белой фигуры. Фигура стояла и смотрела на машину, но глаз не было видно — их скрывали тяжелые, кустистые брови и нависающий лоб. Черные косички закрывали пол-лица и торчали из-за ушей.

— Они что — раскрашенные? — тихонько спросила она.

— Дикари всегда раскрашивают тела. — Презрение Джерри к ее невежеству успокаивало.

— Они и на людей-то едва похожи, — сказала она совсем тихо, чтобы туземцы не обиделись, на случай, если они знают английский, потому что Джерри уже остановил машину, распахнул двери и рылся в багаже в поисках видеокамеры.

— Держи!

Она и держала. Пятеро или шестеро черно-белых великанов вроде бы повернулись к ним, но в основном туземцы были заняты чем-то у подножия холма, или скалы, или как оно там называется. Вроде бы там палатки стоят или шатры. Приветствовать новоприбывших никто не вышел, но ей показалось, что оно и к лучшему.

— Держи! Господи Иисусе, да куда ты задевала… а, черт, ладно, давай сюда. -

Джерри, может, их спросить надо? — робко предположила она.

— Кого о чем? — прорычал он, пытаясь втиснуть кассету на место.

— Здешних. Можно ли тут снимать. Помнишь, в Таосе нам говорили, что…

— Да иметый в рот, какое тут разрешение нужно, чтобы снять банду долбанных туземцев! Боже! Ты хоть иногда, мать твою так, заглядываешь в драный "Нэшнл Джиогрэфик"? Черт! Разрешение!

Когда Джерри начинал кричать, спорить с ним становилось бессмысленно. Туземцев его вопли нимало не интересовали, хотя куда они смотрят на самом деле, было трудно понять.

— Ну ты вылезешь из этой долбанной колымаги?!

— Тут жа-арко, — пожаловалась она.

Когда она боялась получить солнечный ожог, тепловой удар или еще что-нибудь, Джерри не возражал, потому что ему нравилось чувствовать себя крутым и сильным. Ей сошло бы с рук, даже заяви она, что боится туземцев, потому что чувствовать себя храбрым Джерри тоже нравилось. Но иногда ее страхи его раздражали ужасно, как в тот раз, когда он заставил ее есть ту ядовитую рыбу, которая иногда бывает ядовитая, ну, вы знаете, в Японии, потому что она заявила, будто боится, и затем ее стошнило при всех, и было очень стыдно. Так что она сидела в машине, не глуша мотор и включив кондиционер на полную мощность, хотя окно с ее стороны было открыто.

Джерри уже пристроил камеру на плечо и снимал ландшафты — далекий жарко-алый горизонт, странную скалу-камень-штуковину с блестящими как стекло пятнами, обожженную, почерневшую землю вокруг нее, кишащих вокруг людей — четыре, а то и пять десятков. Ей только сейчас пришло в голову, что если на них и была одежда, то какая — не разобрать, потому что все они так странно сложены и раскрашены белыми пятнами по черному, не как зебры — полосками, а сложнее, почти как костюм скелета, только по-другому. И ростом они футов восемь, а ручки коротенькие, как у кенгуру. И волосы, как черные шнурки, и стоят дыбом. Нехорошо, конечно, голых разглядывать, но ничего подобного она в жизни не видела. Не разберешь даже, мужчины это или женщины.

Все туземцы были страшно заняты своей работой, или церемонией, или что это у них там. Одни перебирали огромные, тонкие золотые листья, другие делали что-то с проволочками или веревками. Разговоров не было слышно, но в воздухе висело мягкое гудение, гул, то громче, то тише, как мурлыканье множества котов.

Джерри направился к ним.

— Ты поосторожнее, — слабо посоветовала она, но Джерри, конечно, не обратил внимания.

Туземцы тоже внимания на него не обращали, и он продолжал самозабвенно снимать. И когда он подошел к паре туземцев, те обернулись к нему. Глаз она не видела, но волосы их встали дыбом и повернулись к Джерри — каждый черный шнур извернулся по направлению к нему, точно вглядываясь. Тут у нее самой волосы дыбом встали, и струя холодного воздуха из кондиционера ударила льдом по взмокшим рукам. Она вылезла из машины и окликнула мужа.

Джерри продолжал снимать.

Она подбежала к нему, насколько можно бегать на высоких каблуках по каменистой почве.

— Джерри, вернись. Мне кажется…

— Заткнись! — заорал он с такой злостью, что она застыла на мгновение. Но теперь она отчетливо видела, что волосы-шнурки шевелятся и что у них есть и глазки, и ротики, и красные язычки шевелятся.

— Джерри, вернись. Это не туземцы. Это инопланетяне. Это их тарелка!

Она читала в «Сан», что над Австралией видели летающие тарелки.

— Да заткнись, мать твою! — огрызнулся Джерри. — Эй, здоровый, ты шевелись, а? Не стой столбом. Буга-буга, не? — Он не отрывал глаз от видоискателя.

— Джерри… — пробормотала она, хотя слова застревали в горле.

Один из инопланетян указал слабенькой ручкой на автомобиль. Джерри сунул камеру ему под нос, и существо закрыло объектив ладонью. Джерри, конечно, взъярился.