Джон МакКрэй - Червь

Он коснулся тьмы, покрывавшей его грудь и вытащил пакет.

— Неделю назад, устроив засаду на мою группу, она вела видеосъёмку, но оставила камеру, когда бежала. Я сделал копии. Возможно, вы посчитаете их полезными, чтобы лучше понять её.

Мрак вручил диск с записью каждому сидящему за столом.

Это была демонстрация нашей силы. Видео показывало всё от момента, когда Бакуда превратила Пака Чиху в кровавое месиво, до взрыва второй бомбы в рядах её бандитов. Когда вторая бомба взорвалась посреди группы Бакуды, камера упала, на записи были слышны выстрелы и всё закрыла сила Мрака, не было видно, как мы бежали. Запись не показывала нашу слабость, не показывала, насколько нам повезло, что мы смогли уйти, и насколько плохи были наши дела в действительности. Это демонстрировало всем, чему именно мы противостояли, и позволяло показать, что мы вышли невредимыми и оказались в состоянии прийти на эту встречу. Этот факт работал в пользу нашей репутации.

Я всё ещё не совсем восстановилась после контузии, Алек жаловался на приступы боли в руке, тем не менее, Брайан подчеркнул, что очень важно, чтобы все мы пришли и создали иллюзию того, что наша команда не пострадала, осталась невредимой. Увидев другие группы и их игру на публику, я поняла, что он был прав.

— Итак, — Выверт позволил слову повиснуть в воздухе, пока он хрустел суставами пальцев. — Мы договорились? Нельзя позволить АПП продолжать свою деятельность.

За главным столом последовали кивки и ропот одобрения, их поддержали злодеи, сидевшие за другими столиками.

— Тогда я предлагаю объявить перемирие. Не только со всеми здесь присутствующими, но и между нами и законом. Я могу связаться с властями и сообщить им, что до тех пор, пока вопрос с АПП не решён, наши группы ограничат противозаконную деятельность до минимально необходимого для нашего бизнеса уровня, и мы проследим, чтобы то же самое сделали те, кто занимается своими делами на наших территориях. Это позволит полиции и военным сконцентрировать всё своё внимании на АПП. Не должно быть ни насилия, ни стычек между нашими группами из-за территории, воровства или оскорблений. Ради победы мы объединимся с теми, кого можем как-то терпеть, и мы будем игнорировать тех, с кем не можем сотрудничать.

— Скажу, что моя группа не будет ввязываться во всё это без веской причины, — сказала Трещина. — Мы не пойдём против АПП, если только они не станут на нашем пути или нам за это не заплатят. Это — единственно верная политика для кейпов-наёмников. И предупреждаю, что если АПП нам заплатит, наша команда может оказаться на другой стороне.

— Ну что ж, прискорбно. Но мы с вами можем поговорить после того, как эта встреча закончится. Я предпочитаю не создавать сложностей, — сказал Выверт. — Вы согласны с остальными условиями?

— Держаться ниже травы, не встревая в конфликты с другими? Это и есть статус-кво моей группы.

— Хорошо. Кайзер?

— Думаю, это приемлемо, — согласился Кайзер.

— Я говорил со своей группой о том, что мы поступим примерно в том же духе, как предложил Выверт, — сказал Мрак. — Да, мы согласны.

— Конечно, — сказал Трикстер. — Не проблема. Мы согласны.

За столом пожимали руки.

— Забавно, — пробормотала Сплетница.

Я отвернулась от сцены, чтобы посмотреть на неё.

— Что?

— Если не считать Мрака и, возможно, Трещины, все думают, как использовать эту ситуацию к своей выгоде, или как поиметь других.

Я снова повернулась к сцене, к злодеям, сидящим за столом. Внезапно я осознала, какой разрушительный потенциал собрался в этой комнате.

Могут возникнуть проблемы.

— Итак, мы закончили с основной темой нашего собрания. — обратился ко всем Выверт. — Прежде чем наши пути разойдутся, есть ли ещё какие-то вопросы? Предложения, объявления, жалобы?

— У меня есть предъява, — заговорил один из сидящих в стороне. Головы повернулись к группе Кайзера. Крюковолк.

Его маска была не более чем обрезанным листом металла, которому придали форму, напоминающую волчью морду, закреплённым на его голове ремнями из чёрной кожи. На талии, в петли джинсов была продета цепь с пряжкой в стиле хэви-метал. Пряжка изображала волка, нанесённого на свастику — то же изображение, что красовалось на одном из его бицепсов. На другой руке была простая татуировка «И88». Если не считать маски и пряжки пояса, нельзя было сказать, что он был в костюме. Он был босиком, голым по пояс, и волосатым. На голове его светлые волосы были длинными и сальными, его грудь, живот и руки покрывала густая шерсть. Гарпуноподобные шипы и металлические крючки торчали во все стороны из его плеч, локтей и коленей, изобилуя зубцами или опасно зазубренными краями.

Никто до сих пор никогда не сбегал из Клетки — так называлась тюрьма для суперзлодеев в Британской Колумбии. Однако, Крюковолк не менее двух раз сбегал по пути туда. Он был убийцей, и людей, не подходивших под арийский идеал, убивал без малейших колебаний.

Он повернулся, чтобы посмотреть на наш стол, его бледно-голубые глаза виднелись через прорези металлической маски.

— У меня вот к ней предъява.

— В чём дело? — голос Мрака был спокоен, но было похоже, что вокруг него стало немного больше тьмы, заставляя его выглядеть внушительнее. Я задалась вопросом, было ли это его осознанным действием.

— Вон та ёбнутая, Адская Гончая, она…

— Сука, — прервала его она. — Только герои в колготках зовут меня Адской Гончей. Я — Сука.

— Да мне похуй, — прорычал Крюковолк. — Ты напала на моё предприятие. Натравила свою чёртову собаку на моих клиентов. Тебе повезло, что меня там не было, шлюха.

Мрак пристально посмотрел на Суку, потом ответил Крюковолку:

— Это риск, с которым приходится считаться, занимаясь бизнесом в Броктон Бей. На твоём пути могут встать кейпы, не важно, герои они или злодеи.

Крюковолк обжёг его взглядом:

— Это вопрос уважения. Мы не воюем, но вы хотите похерить мой бизнес? Сначала сообщите, в чём ваша проблема. Позвольте мне самому решить, хочу ли я переместить свой бизнес.

— Ты имеешь в виду, предупредить тебя, что я иду, — выплюнула слова Сука. — Это — самая тупая хуйня, которую я когда-либо слышала. Чтоб ты знал, переехать в другое место недостаточно. Если ты откроешь новую арену для собачьих боёв, я также её порешу.

О, так вот что она сделала. Я посмотрела на Сплетницу, затем на Мрака. У меня создалось впечатление, что никто из них об этом не знал.

Заговорил Кайзер:

— Является ли это объявлением войны, Неформалы? Если вы помните, мы согласились на перемирие, — он был совершенно спокоен, абсолютный контраст по сравнению с Крюковолком. Тот настолько кипел от подавляемого гнева, что я могла представить, как он прыгает через всю комнату и нападает на нас, если кто-то, например, уронит стакан.