Дэни Коллин - Вне корпорации
На следующий день корабли, пришедшие на помощь, увидели неподалеку от места катастрофы шлюпки и плоты, наполненные поющими пассажирами «Титаника». Выжили почти все, погибли всего тридцать мужчин — почти все совершили подвиги. Не пострадала ни одна женщина, ни один ребенок, ни один почтенный отец семейства. Когда выжившие наконец прибыли в Нью-Йорк, их встречали как героев. Разумеется, в честь Синклеров устроили шумное празднество. Реальная трагедия в виртуале обернулась триумфом воли человека к жизни, а все богачи пожертвовали деньги на постройку более крупного, усовершенствованного «Титаника», который вряд ли удалось бы потопить.
После того как приключение закончилось, супружеская пара покинула центр виртуальной реальности в полном восторге. Синклеры решили, что более захватывающего, волнующего и жизнеутверждающего приключения у них в жизни не было. Еще не покинув центр ВР, они начали предвкушать следующее погружение в мир приключений.
Далее Джастина словно повлекло вперед. Он больше не проживал каждый миг вместе с Престоном Синклером. В следующие два года супруги Синклер участвовали еще в трех виртуальных приключениях. Правда, с каждым разом все становилось как будто немного скучнее и привычнее. И хотя Джастин искренне восторгался происходящим, к бочке меда примешивалась ложка дегтя. Джастин не уставал выискивать признаки, знаменующие приближение конца знакомой ему цивилизации. Вначале на катастрофу ничто не указывало. Более того, все, что он видел и переживал, пополняло его копилку путешествий, исполненных неподдельного удовольствия.
Джастин очень радовался, поняв, что благодаря усовершенствованной методике и научным прорывам все больше дешевела аппаратура виртуальной реальности. Первые симуляторы ВР для домашнего пользования стоили пятьдесят тысяч долларов. Через год цена снизилась до двадцати тысяч, а еще через два года — до трех. Не дождавшись последнего снижения цен, Джастин-Престон поспешил приобрести домашнюю студию.
Сначала симулятор доставлял Синклерам только радость. Они всей семьей отправлялись на экскурсию в Древний Египет, когда там еще строились пирамиды, или устраивали себе каникулы на Меркурии, причем без скафандров. Синклеры очень радовались, что Эйнштейн обучает их детей прикладной науке, Ньютон лично разъясняет им закон всемирного тяготения, а английскую литературу преподает Шекспир. Кстати, Шекспир взял с собой детей на представление своего спектакля в елизаветинском Лондоне. Вскоре Престон перевел детей на новую, сокращенную программу обучения. В реальной школе они проводили всего два часа в день — занимались физкультурой, ручным трудом и другими второстепенными предметами. Все основные предметы они изучали в виртуале. Заодно они могли общаться со сверстниками из разных уголков мира, знакомиться с другими культурами, обычаями, традициями — и вдобавок получать превосходное образование!
Синклеры не замечали, что постепенно все больше отдаляются от друзей. Впрочем, и друзья отдалялись от них. Время от времени они встречались на работе или в магазине и договаривались о встречах, но встречи почти всегда срывались. Виртуальная реальность всегда, неизменно оказывалась интереснее, занимательнее общения в реале. Через год симулятор стала единственным источником любых развлечений для Престона и его семьи, а когда цена последних моделей упала до пятисот долларов, виртуальная реальность стала единственным источником развлечения практически для каждой семьи в развитых странах. Оставалось только удивляться, как Престону и его жене удалось зачать и родить четвертого ребенка. Они любили его, но новорожденный требует много внимания и заботы. Тем самым он отвлекал их от Эйнштейна, Ньютона, Шекспира и бесконечных приключений мистера и миссис Индиана Джонс.
Вот когда Джастин услышал первый тревожный звоночек.
Семья перестала собираться за столом. Нет, впрямую обвинять ВР в разрушении семейных традиций никто не собирался. Как ни печально, общие трапезы во многих семьях прекратили свое существование задолго до расцвета виртуальной реальности… Джастина тревожило другое. Его близкие практически перестали есть в реале. Зачем отвлекаться на настоящую еду, если любые яства в ВР гораздо вкуснее, от них не толстеют и не болеют? К тому же в виртуале можно есть только то, что хочешь. Постепенно Синклеры перешли на недорогие злаковые батончики, которые наскоро запивали водой. Скорее, скорее назад, на удобные кушетки! Скорее погрузиться в виртуал — и вперед, к новым приключениям!
Все, что происходило дальше, казалось вполне очевидным. По крайней мере, для Джастина. Однако его настолько заворожил медленный спуск его семьи по спирали вниз, что он не замечал почти ничего из того, что творилось вокруг.
Рухнула мировая экономика.
Предпосылок для краха было несколько. В основном почти весь мировой ВВП свелся к развлечениям и рекламе. Ну а реклама, в свою очередь, прославляла все новые и новые изобретения для виртуала. Зачем ходить в кино, ездить в круизы, посещать музеи или парки развлечений, если в ВР можно получить все то же самое и даже лучше, да к тому же бесплатно? За три года туризм, главный источник прибыли для стран третьего мира, почти полностью прекратил свое существование. В результате жители многих стран оказались на грани вымирания. Поразительно, но развитые страны словно не замечали страданий третьего мира, а если и замечали, то ничего в связи с этим не предпринимали. Полмира голодает? Ну и что? В развитых странах тоже начались проблемы. У многих за долги забирали машины, кого-то выселяли из дома. Подумаешь! Нельзя купить новую одежду или пойти в дорогой ресторан? Какая ерунда! Лишь бы не исчезли аппараты виртуальной реальности… Ну а реклама — что и кому рекламировать? Полутрупам, которые лежат в коматозном состоянии на удобных кушетках? Вначале расцвет виртуальной реальности очень обрадовал рекламщиков. Они решили, что смогут впаривать клиентам все, что угодно. Но радость оказалась преждевременной. Вскоре пользователи почти перестали покидать ВР, в реале появлялись ненадолго и лишь в случае острой необходимости. Когда люди стали проводить больше времени в виртуале, чем в реальном мире, рекламный рынок рухнул. Вместе с ним рухнула и экономика.
Молодые пары собирали скудные пожитки и переезжали к родителям. Многие сбивались в группы и снимали дешевые муниципальные квартиры. Процветали магазины подержанных вещей, а производители макарон добились колоссальных успехов — спагетти стало дежурным блюдом на все семь дней недели. В ВР можно хоть с утра до вечера лакомиться стейками и омарами, жить во дворцах и заниматься сексом с самыми красивыми мужчинами и женщинами, остальное утратило свой смысл.