Навь - Татьяна Филатова

Раз, два, три, четыре, пять –

Снова я иду искать…

Каждый спрячется в могилу:

Перережет кто-то жилу,

Кто – с обрыва, кто – в петлю.

Раз, два, три… Я тороплю…

Кто-то тихо выпьет яда –

Все в могиле ждут обряда.

Отыщу всех, чтоб опять

С ними в прятки поиграть.

- Вот и переехал в деревню… - бурчал себе под нос Сергей, пока брел к своему автомобилю по деревенской улочке между старыми избушками.

- Где пропадал? – выкрикнул ему Гена, когда заметил того из своего окна.

- Грехи замаливал, - не поднимая головы, ответил Сергей.

- И как? – ухмыльнулся Геннадий. – Замолил?

- А разве похоже на то? – повернул к нему голову Сергей и печально улыбнулся.

- Заглянем на чашечку чаю к соседке? – Гена вышел из дома.

- Без меня, - продолжил шагать тот. – Хочу побыть один. Хочу в последний раз побыть просто человеком…

- Понимаю, понимаю…

- А скажи мне, Гена, вот что… Кто здесь у вас может в змею оборачиваться? – Сергей все же остановился и посмотрел прямо в глаза Геннадию. – Настасья может?

- Дык все могут! Ведьмы-то, я имею в виду, - весело улыбаясь, ответил тот. – Они же на то и ведьмы. И в змею, и в кошку, и в ворона, и даже в волка! Чем старше ведьма, тем сильнее, а у нас их здесь пара десятков соберется... А что?

- Придушить бы одну змею мне… - проговорил Сергей.

- Ты чего это удумал? – спросил Гена.

- Да ничего, - ответил тот. – Что я могу здесь удумать? Буду плыть по течению, как те покойники, что около Кузьмы постоянно всплывают. Завтра девятый день… Завтра что-то изменится.

- Это нестрашно, - улыбнулся Гена. – К тому же ты здесь уже давненько. Привык?

- Да ну тебя… - ответил Сергей и побрел дальше. – Привыкнешь здесь: каждый день сюрпризы.

- Не зайдешь? – через минуту окрикнула его Анастасия, когда он проходил мимо ее дома.

- Нет, - сухо сказал Сергей.

- Как знаешь, - развела руками женщина, провожая живого взглядом.

Рядом пробежал один из здешних демонов в облике ребенка и, повернувшись к Сергею своей жуткой, нечеловеческой физиономией, стал корчить ему страшные рожицы, чтобы запугать. Но Сергей почти равнодушно взглянул на уродца, который при желании мог бы с легкостью затащить такого взрослого мужчину в преисподнюю, махнул в его сторону рукой и негромко сказал:

- Рядом с вашей Валюшей ты просто шпана подзаборная. Ты чего это хотел? – страхом моим подпитаться? – Сергей с иронией в голосе рассмеялся, опустил голову, а затем снова посмотрел на демона и закричал: - А нечем больше! Нет больше во мне страха! Сдохнешь от голода, понял?

Сергей тяжело дышал, чувствуя притом, что за ним наблюдает не одна пара глаз. Медленно обернувшись, он увидел за своей спиной толпу нежити и всевозможной нечисти: демоны в разных обличиях, старухи-ведьмы, колдуны, которым впору было бы играть на том свете Кощея Бессмертного. Там даже стояли Семен, Анастасия и Гена. Там были те, что несколько дней назад стучали по машине Сергея, требуя помочь им в поиске их родных, которых они сами же, как оказалось, и убили. Даже стоял в той толпе Кузьма-рыбак, по чьим белым, распухшим от воды щекам, ползали опарыши, которых он сам, вероятно, из могил и накопал.

- Цирк уродов… - замахал головой Сергей и невозмутимо побрел к своей машине. – Все равно вы мне уже ничего не сделаете…

Его не преследовали, не кричали ничего вслед, не угрожали, не пугали. Его отпустили, хотя Сергей подозревал, что темная сущность этой загробной деревенщины еще проявит себя и нарушит покой его последнего «живого» дня. Он дошел до машины, печально улыбнулся, глядя на нее, вспомнил, как совсем недавно выбирал ее в салоне, вспомнил ту сумму, какую пришлось отдать за этого железного коня, с грустью посмотрел на царапины, оставленные на кузове когтем Валюши, на дыру в люке, на пятна от грязных ладоней обезумевшей нежити, на вмятины на капоте от клюки Беззубого Семена-упыря, а потом вспомнил, что на том свете его машина и вовсе провалилась в болото, после чего сам он оказался в странном, дурацком, сером месте, где он почему-то теперь должен будет проторчать вечность. Сергей обернулся и увидел, что вдалеке посреди улицы в деревне толпа нечисти по-прежнему стоит и наблюдает за ним.

- Что? – усмехнувшись, негромко спросил он больше сам у себя, зная, что его никто не услышит. – Боитесь, что сяду и уеду? – Сергей снова с иронией рассмеялся. – А это и правда проклятие – провести остаток вечности среди кучки необразованной нежити. Эх, - он открыл дверь и сел в машину, глядя теперь сквозь лобовое стекло в сторону холма, где стояла деревянная церковь. – Уйду в монахи… - улыбнулся он и откинул сиденье.

Он мечтал уснуть: просто закрыть глаза и поспать. Возможно, увидеть сон, желательно хороший, где были бы Кристина и Ярослав. А еще мама… По ней Сергей тоже скучал. Он вспомнил, что сестра что-то говорила ему об организации праздника в честь дня рождения мамы… Выходит, праздника не было. Теперь же его мама должна будет каким-то образом пережить его смерть…

Время шло, а Сергей, не меняя положения и не открывая глаз, просто наслаждался тишиной и покоем, теперь на личном опыте понимая, почему у этого слова общий корень со словом «покойник». Он планировал пролежать так до тех пор, пока на том свете не выйдет его срок, не зная, как и в какой именно момент это произойдет, однако‘ его безмятежность прервал бешеный, громкий стук двух ладоней по всему, казалось, кузову машины сразу. И стук этот сопровождался сумасшедшим, истерическим криком женщины, которая, выпучив свои круглые глаза, стояла теперь рядом с водительской дверью и звала Сергея.

- Откройте! – кричала она, продолжая лупить пухлыми ладонями по стеклу водительской двери. – Впустите меня! Спасите! Помогите!

И тут Сергей