Сборник - Коллекция «Этнофана» 2011 - 2013
— Когда-нибудь я от тебя избавлюсь бесполезная штуковина. — Проскрипел он, когда прошёл мимо постоянно калечившего его шкафа, с тлеющей щепкой в руках.
Зажечь свечи заново оказалось сложной задачей. Половина из них догорела почти до самого основания, а вторая просто отказывалась слушаться веления Папы Римского. Но вот, через минуту, комната обрела тусклые очертания в свете пяти огоньков. Маловато для чтения, но на большее у Урбана не хватило терпения.
Как только он взял в руки следующее донесение, новый порыв ветра задул три свечи. Ругая свою рассеянность, он пролетел до окна, закрыл его и аккуратно, чтоб не задеть шкаф, вернулся в кресло. Деревянная мебель, так любящая своего хозяина, кажется, расстроилась, по крайне мере так показалось Папе Римскому. Её деревянная резьба напомнила ему грустную ухмылку одного старого знакомого, которой недавно скончался. Хороший был человек… Глупый, но хороший.
Третий раз он рухнул в своё кресло, задрал рукава мантии, взял перо, и с удивлением обнаружил, что перед ним стоит тарелка с пирожками, а рядом с ними соус в серебреной соуснице. Блюдо было настолько ароматным, что Урбан облизнулся и глубоко вдохнул приятный запах свежих изделий. Булочки были с мясом, а соус, кажется, сырный. Идеальное сочетание. Он жадно схватил одну мягонькую пышечку и чуть не засунул её себе в рот, но в последний момент остановил себя.
— Здравствуйте, вы кушайте, кушайте. Я подожду. — Прозвучал чей-то голос во мраке. Папа Римский аж подавился слюной, от неожиданности. Кто-то посмел явиться без приглашения в покои самого главы христианской церкви. Такой дерзости свет не видывал и куда смотрит стража?!
— Вы не переживайте, я к вам по делу, мы знаете ли тесно сотрудничали с вашим предшественником, пока он не умер. Сожалею, что не получилось предупредить вас, о моём везите заранее, но раз уж всё так сложилось, что сегодня мы встретились в ваших прекрасных покоях, то давайте обсудим несколько взаимовыгодных моментов.
Урбан протянул левую руку вперёд, приглашая незнакомца за стол, а второй рукой потянулся за маленьким ножом, обычно служившим для вскрытия свежих писем. Орудие было, конечно, не боевым, но чтоб задержать пришельца и позвать стражу на помощь хватило бы.
— Если разрешите, я начну. — Папа Римский еле заметно кивнул. Не от того, что ему захотелось выслушать собеседника, а из-за еды. Наивкуснейший аромат путал мысли, желудок отчаянно пытался намекнуть хозяину, что было бы хорошо накормить бедное и голодное создание. Вместо того чтоб выдумывать всякие авантюры и пытаться позвать охрану. — Собственно вы должны знать, что Виктор, ваш предшественник, тесно сотрудничал с нашим орденом. И если опустить детали… В общем всё так сложилось, что нам требуется ваша помощь.
Урбан поднял руку в воздух, прерывая неизвестного. Повисло молчание, пришелец не решился продолжить, а Папа Римский пытался разглядеть наглеца, но он то ли специально, то ли случайно встал в тёмном углу, а там, не то, что разглядеть человека невозможно, а даже увидеть его силуэт не получится. Обычно, во время встреч, Урбан второй ставил в этот угол самого верного рыцаря, для безопасности. Оттуда можно было в один прыжок добраться до папского стола, а самое главное, человек, стоявшей там, оставался незамеченным.
Наконец, Урбан решился прервать молчание. Рассудив так: выслушать идиота всегда можно. Тем более, что дураков, которые просят помощи у великого Папы Римского, он не боялся, скорее наоборот. Так что, он взял себя в руки, тяжело вздохнул, приятный аромат вскружил голову, и чуть не сбил весь настрой, но всё же, Урбан сказал твёрдым, повелительным тоном. Как ему показалось даже слишком грубым, однако по-другому с наглецами нельзя, иначе они вконец сядут тебе на шею.
— Вы кто такой и как попали сюда?
— Простите мои манеры. Меня зовут Ерл, а попал я сюда… очень просто. Не беспокойтесь, этим путём к вам больше никто не пройдёт. — Ерл сделал шаг к столу, тусклый свет огня еле заметно осветил его лицо, прикрытое плащом. Урбану показалось, что его кожа какая-то неестественная, не правильная, прозрачная что ли. — Позвольте мне закончить, у меня очень мало времени, а если у вас останутся вопросы, то тогда я отвечу.
— Я вас внимательно слушаю, только попрошу, говорите быстрее. Знаете ли, у меня нет ни малейшего желания тратить на вас хотя бы лишнею секунду своего времени. — Папа Римский откинулся на спинку кресла, и приготовился выслушать очередную порцию лжи, которую ему обычно скармливали богатые и не очень графы, сэры, короли и прочие людишки, стремящиеся любой ценой заручиться помощью церкви.
— Благодарю. Как я уже сказал, мы сотрудничали с вашей церковью давно, почти с момента её создания. Наши взаимоотношения всегда строились на взаимовыручке и взаимопонимание. Мне очень жаль, что в последние годы нам не удалось связаться с вами. Это очень большой просчёт с нашей стороны. Мы бы хотели обсудить всё с вами заранее, но нам помешали.
— Ближе к делу. — Прервал его Папа.
— Нам нужна ваша помощь. У нас возникла проблема. Одно из наших хранилищ взломали, пока непонятно как, и кто это сделал. Мы просим вас оказать нам поддержку в защите его от… еретиков, иноверцев и прочих врагов церкви.
— И что же хранится в этом, как вы сказали «хранилище»? Золото, брильянты, может все сокровища мира, или может что поинтереснее? Раз уж вы нагло являлись сюда и теперь просите помощи, у вас должны быть весомые основания для этого. — Урбан сложил руки на груди, ему нравилось, что теперь он тут главный. То есть он и был тут главным, но теперь это знал и он, и его собеседник.
— Вы что-нибудь слышали о волшебных фигурках? — Скорее не спросил, а предположил Ерл. Как будто он знал, что в подземельях Собора Святого Павла, храниться не один десяток именно таких фигурок.
— Возможно, но мне бы хотелось узнать, что вы имеете в виду. — Уклончиво ответил Урбан второй.
Ерл ничего не сказал, вместо этого, он достал из-за пазухи маленьких, потёртый мешочек и положил его перед Папой. Урбан медленно развязал бечёвку, попытался сделать безучастный вид, чтоб не показывать своей заинтересованности, но видимо всё было написано на его лице. Ерл смотрел на него и улыбался. Папа Римский, наконец, смог разглядеть его. Худой, даже хрупкий, светлые волосы, строгие черты лица, большие глаза и кожа действительно прозрачная. Правда, сейчас это его мало интересовало, ему было намного интереснее узреть содержимое мешочка.
На стол вывалилась серебристая фигурка единорога. Папа сразу понял, с чем имеет дело. Знакомый, неразрушимый и холодный метал, искусная работа неизвестного мастера.
— Признаюсь, вы меня заинтересовали. Что же вы хотите? — Урбан второй спрятал фигурку в карман. Прозрачный, похоже, знал, что Папа не отдаст предмет обратно, поэтому он ни на секунду не смутился и остался таким же собранным и спокойным.
— Захватите Антиохию до 1098 года.
— Вы понимаете, о чём вы просите?! — Возмутился Папа Римский. — Как вы это себе представляете?! И опять же, с чего я должен вам помогать?
— Вы получите ещё несколько предметов, а повод и помощь масс, мы берём на себя, вам лишь надо согласиться помочь нам, и тогда все будут довольны.
— Сколько предметов у вас в хранилище?
Вопрос Папы Римского поставил прозрачного в тупик.
— Где-то сорок. — Ответил Ерл неуверенно и не думая, за что сразу поплатился.
— Мне кажется их там намного больше, точнее, я в этом уверен. Давайте так, вы отдаёте мне пятьдесят предметов, а за это, я вам помогу.
У прозрачного чуть челюсть не отвисла, однако он тоже был не промах. Ерл быстро собрался, стёр раздосадованную гримасу с лица и деловито продолжил.
— Это слишком много. Максимум двадцать, и то, тогда мы сами отберём все предметы.
— А мне так не кажется. Сами посчитайте, десять за явление без приглашения. Десять за то, что соврали мне на счёт их количества. И не препирайтесь, за свои слова надо держать ответ. — Твёрдо сказал Урбан, видя, что Ерл хочет перебить его. — Ну и тридцать за работу. Я прекрасно понимаю, что это не пустяковое количество. Так что давайте так. Десять фигурок, я отберу сам, а остальные сорок, то есть тридцать девять, единорога вы мне уже отдали, выберете вы. Треть вручите мне в ближайшее время, где-нибудь в этом месяце, а остальные по завершению работы. Вас это устраивает?
— В целом, да. — Прозрачный на секунду замешкался. — Только ещё одно. У нас есть отряд отборных солдат. Пусть они будут участвовать и по возможности командовать в грядущей операции.
— Да будет так. Если не секрет, как зовут ваших… хм… «солдат»?
— Их капитана вы знаете, его зовут Генрих Элионский. Остальные личности вам не известны. — Ерл сделала паузу, его голос стал тиши и в нём отчётливо стали слышаться нотки злости. — Прошу меня простить, мне пора. Не беспокойтесь, я сам найду выход. Да, и попробуйте булочки, они очень вкусные.