Резидент. Часть 6 - Никита Киров

Она отложила планшет, который держала в руках, и взяла бокал с вином со столика, на котором стояла ваза с виноградом. Я взял одну ягоду. А неплохо, в «Пятёрочке» такой не купишь.

— А вот насчёт вас я не уверена, — продолжала Мать-Кобра. — Мне больше нравится версия про тайного и способного ученика, — шпионка улыбнулась. — В нашем деле таланты есть, сама была такой. Только, кажется, у ученика намного больше приличий, чем у учителя. И вот, раз представился случай, почему бы не убедиться?

— И вы меня позвали.

— У нас могут быть разные темы для разговора. И поймите, — добавила она, — тот заказ в России не был персонально против вас. Но доктор Ланге нарушил договор, а у нас договор простой, в нём всего два условия. Первое — безопасность моих девочек превыше всего.

— А второе?

— Не врать о цели. А он соврал, когда оказалось, что вместо обычного парня тут кто-то намного более серьёзный.

Шпионка поставила бокал на столик и сложила руки перед собой. Змейка всё это время хранила молчание.

— И вы работаете против него? — заключил я.

— Мы изучаем, — Мать-Кобра подалась назад, — что именно хочет доктор Ланге и какой проект он устроил во Флоренции. Хотим посмотреть поближе, что он задумал. И насколько слухи о новых технологиях — правда.

— И тут я, — сказал я, наклонившись вперёд, — хочу того же самого.

Пока всё складывалось, как я и думал. Ланге получил важные прототипы и пытается их запустить для своей собственной шпионской системы. Тогда он будет не просто главой частной разведки, а опередит даже государственные спецслужбы. Причём влёгкую. Особенно во времена, когда почти у каждого смартфон, и система легко может в них влезть.

Но тут надо изучать детали. Да и вряд ли мне всё выдадут на духу. Приветствия закончились, теперь будет торг. Мать-Кобра ничего просто так не делает.

— А кто сказал, что мы поделимся своими данными? — она улыбнулась. — Они добывались тяжело. Ты меня заинтриговал, поэтому я решила с тобой встретиться. И когда-то помог выбраться моей девочке, — она кивнула на Змейку, — поэтому мы говорим лично. Но это не значит, что я готова тут же делать всё, что тебе нужно.

— А кто сказал, что я хочу всё это на халяву? — произнёс я. — Могу предложить договор.

— Вот как, — шпионка подалась вперёд. — Мне нужны данные их совместной разработки.

— Нет, — сказал я. — Данные будут уничтожены…

Не хватало менять шило на мыло, и отдавать им продвинутую систему шпионажа с мозгами Тумана и Корнеева. Любой шпион будет крутить эту систему по максимуму.

— Но вместо этого лучше работать по старинке, — продолжил я. — Я предлагаю свою помощь, чтобы закончить дело, ведь вам нужен союзник. А вдобавок — могу поделиться агентурой Тумана.

— Весь мир? — тут же заинтересовалась она.

— Конечно же, нет. Один регион на выбор, при этом агентура не переходит полностью, а остаётся в совместном пользовании. И всё идёт через меня, разумеется.

— Много условий, — тон её голоса изменился. — В наше время гости вели себя более сговорчиво.

— Вы же сами уже знаете, что если доктору всё удастся, то такие, как вы, станете не нужны. Он сам из-за этого начал эту игру, чтобы не остаться на обочине. Когда эта система развернётся, все ваши методы станут не нужны. И это печально. Как ещё получить такую роскошь? — я обвёл рукой вокруг себя. — Но если удастся мне, Ланге вас не обставит. И все останутся с тем, что было.

— Понимаю. Но это интересно. А вот Туман пообещал бы мне всё, но не дал бы ничего, — Мать-Кобра улыбнулась. — Мне нужна Южная Америка и его агенты. А то уплывает хороший контракт в Венесуэле.

Я нырнул во дворец памяти. Есть такое, Туман там был и работал пару лет. Но я выясню, что там точно будет, и себе во вред работать не буду.

— Будет вам Южная Америка, — сказал я. — Ну так что вы там нарыли на доктора? И как к нему попасть?

У них камеры, спутники, агенты и связи на всех уровнях. А у меня только чужой опыт и знание всяких примочек из чужой памяти. Ну а ещё союз с хитрыми шпионками и детство в детдоме в российской глубинке, а также — природное упрямство.

Правда, я уже давно не бьюсь лбом в стенку, как когда-то. Ведь эти новые способности помогали определять, где лучше перелезть, как обойти или где найти тайный ход. Ну или как заставить кого-то другого расшибать лоб.

В итоге, я совмещал всё, что можно.

Сидел на тайной квартире, которую я снял через посредника, работающего с албанской мафией, и держал перед собой купленный сегодня садовый шланг зелёного цвета. Гаджеты гаджетами, но когда у врага больше цифровых игрушек, нужны старые примочки вроде тех, которые Епископ когда-то показывал Туману. Они сработают неплохо.

Окна открыты из-за жары, а кондиционера не было, и я слышал, как на площади англоговорящий гид рассказывает туристам о брусчатке под их ногами:

— Её построили римские легионеры в 150 году до нашей эры.

Я услышал щелчки зеркальных фотокамер и восторженные: «о-о-о». Правда, конкретно эта брусчатка — новодел, сделали в прошлом году, но хитрый гид ездил доверчивым туристам по ушам. Хотя вчера вечером, когда разбирал возможный маршрут цели, был рядом с одной из настоящих римских дорог, которая сохранилась уже больше двух тысяч лет. И причём очень хорошо сохранилась, строить легионеры умели.

Правда, мне стало смешно, когда я представил, как какой-нибудь приехавший туристом чиновник из моих родных краёв крутит пальцем у виска, увидев это. Типа, дураки построили дорогу, которая стоит больше двух тысяч лет, когда можно было ремонтировать её каждый год и списывать на это большие деньги.

Пока слушал, как гид придумывает очередные небылицы, я протянул сквозь шланг стальной тросик во всю длину, и оставил ещё несколько метров снаружи, а после начал дырявить зелёную поверхность шланга толстым шилом. Медленно и методично, но осторожно, чтобы не проткнуть пальцы. Один за другим, дырочек надо много.

Затем в эти дырки я втыкал гвозди, купленные в том магазине за пределами исторического