Одиночка. Том 9 - Дмитрий Лим
— Отличное укрытие, — прохрипел я. — Сухой комбикорм против системного ликвидатора. Прямо гениально.
«Саня, хватит ёрничать. Он разносит амбар. Через минуту здесь не будет стен.»
— А через две — не будет меня.
«Именно. Думай.»
Я думал. Лежа в куче гнилого комбикорма, с пятью единицами здоровья и нулём маны, я лихорадочно перебирал варианты. Их было ровно два.
Первый — лежать и позволить ему меня стереть. Вариант «сдохни достойно» — привлекательный, если бы не одно «но». Я не собирался умирать. По крайней мере, не сегодня и не от рук собственного резонанса.
Второй — драться. Тоже привлекательный, если бы не отсутствие буквально всего, что нужно для драки. Оружие — нет. Мана — нет. Здоровье — на донышке. Искра — тлеет, как окурок в луже.
Но у меня было кое-что, чего не было ни у одного охотника в этом времени. Знание будущего.
«Тишина, — мысленно позвал я, лихорадочно выстраивая цепочку рассуждений. — Эпсилон сейчас — гибрид. Часть системного алгоритма, часть парадокса Пустоты. Его системная природа даёт ему неуязвимость к магии. Но парадокс — это хаос. А хаос уязвим для…»
«Для физического воздействия, — закончил Тишина, и в его голосе проступило изумление. — Саня, ты гений. Гибридная природа означает, что его системная защита пробита. Парадокс внутри него создаёт бреши — дыры в его кодовой структуре. Через эти бреши его можно достать.»
— Физически, — я сплюнул. — Кулаком. Или чем-нибудь потяжелее.
«Или клинком», — подсказал Тишина.
Клинок. У меня в инвентаре лежал кинжал. Тот самый, который я купил в системном магазине с пятидесятипроцентной скидкой, когда Система выдала баг ценообразования. D-ранговое оружие, слабое, дешёвое. Против системного существа — смехотворное. Против гибрида?
Возможно.
Я мысленно потянулся к инвентарю. Двадцать ячеек, и лишь в одной лежал тот самый кинжал. Я вытащил его — холодная рукоять легла в ладонь, как возвращённый долг.
Лезвие было тусклым, не магическим. Обычная сталь с лёгким зачарованием на уклонение. Эпсилон — в его прежней форме — рассмеялся бы, если бы умел смеяться. Но сейчас он был заражён. И его защита имела дыры.
«Маны у меня нет, — прикинул я. — Но есть Искра. Если влить её остатки в клинок…»
«Ты свихнулся, — отрезал Тишина. — У тебя три единицы маны. Искра — не мана. Это хаос. Ты не вольёшь её в клинок, ты разорвёшь его на атомы. И себя заодно.»
— А если аккуратно?
«Что значит — аккуратно⁈»
— Как хирург. Тонкая струйка. Капля за каплей. Я вливал Искру в Чогота, когда заставлял его подчиняться. Я вливал её в Осколок Высшего Портала при слиянии. Я знаю, как это делается. Я просто… никогда не делал этого с оружием.
Тишина промолчал. Это было хорошее молчание — молчание человека, который не нашёл, что возразить.
Я закрыл глаза. Сосредоточился на Искре — тлеющем огоньке под рёбрами, на грани между жизнью и тьмой. Она откликнулась неохотно, как уставший друг, которого разбудили в три часа ночи. Но откликнулась.
Я потянул. Тонкую, тончайшую нить синей энергии. Провёл её по руке, от груди к плечу, от плеча к локтю, от локтя к запястью. И влил — осторожно, по капле — в рукоять кинжала.
Металл вздрогнул. По лезвию побежали синие искры, как трещины на льду. Кинжал задрожал в моей ладони, словно живое существо, очнувшееся от долгого сна. Я держал его крепко, не давая ни вырваться, ни расколоться.
«Здоровье: 4/150. Мана: 0/100. Внимание: использование навыка „Искра Пустоты“ вызывает перегрузку метафизического контура.»
— Я в курсе, — огрызнулся я на системное окно, висящее перед глазами. — Спасибо, что напомнила.
Клинок гудел. Синие искры сплетались с тусклой сталью, превращая дешёвый охотничий нож во что-то иное. Не мощное, не непобедимое, но — иное. Оружие аномалии.
«Если этот трюк сработает, у тебя будет один удар, — предупредил Тишина. — Один. Дальше Искра потухнет, и ты останешься с пустым клинком и пятью единицами здоровья.»
— Тремя, — поправил я. — Уже тремя.
«Ещё лучше.»
Я поднялся на ноги. Ноги дрожали, но держали. Кинжал в руке пульсировал, отзываясь на каждый удар моего сердца. Эпсилон — тварь, бывшая Эпсилоном, — стоял посреди развороченного амбара; его семь провалов-глаз всё ещё смотрели в мою сторону.
Между нами было метров пять. Пять метров мёрзлой земли, заваленной обломками дерева, гнилым сеном и кусками комбикорма. Пять метров, которые мне нужно было преодолеть, чтобы нанести один-единственный удар.
«Тишина, я не успею добежать. Он снесёт меня на полпути.»
«Знаю.»
«И у меня нет навыков ускорения. Мана на нуле.»
«Знаю.»
«Так что мне делать?»
Тишина помолчал. Потом ответил — медленно, словно выверяя каждое слово.
«Провоцируй его. Эпсилон сейчас — гибрид. Его системная часть всё ещё работает по алгоритмам: оценить угрозу, выбрать оптимальный удар, нанести. Но парадокс внутри него создаёт задержки. Его реакции замедлены на доли секунды. Доли секунды, Саня.»
— Доли секунды — это всё, что мне нужно.
«Именно. Заставь его ударить. Уклонись. И в момент, когда его рука пройдёт мимо тебя, — бей. Целься в ядро.»
— В ядро? А где оно у него?
«Там, где должно быть сердце. Пульсирующий сгусток энергии. Ты его увидишь, когда он замахнётся.»
Я сжал рукоять кинжала. Осколок Высшего Портала, слитый с моим ядром, отозвался толчком в груди. Я был готов.
— Эй! — крикнул я. Голос сорвался на хрип, но я надавил, заставив звучать громче. — Эй, недоделанный!
Тварь повернула голову. Семь провалов-глаз мигнули.
— Ты что, боишься? — я изобразил на лице максимально издевательскую ухмылку. — Системный ликвидатор, а убегаешь от мальчишки с ножиком. Мама бы тобой гордилась. Если бы у тебя была мама. И если бы она ещё не была стёрта твоими алгоритмами.
Тишина в моей голове издал звук, похожий на стон.
«Ты издеваешься над системным существом?»
— А что ещё мне остаётся? — пробормотал я. — Стихи читать?
Эпсилон — или то, что от него осталось, — отреагировал. Его тело дёрнулось, как от удара. Багровые окна вокруг него мигнули с такой частотой, что превратились в сплошное красное облако. Из его провалов-глаз хлынул ослепительный белый свет.
«ПРОТОКОЛ АТАКИ АКТИВИРОВАН»
«ЦЕЛЬ: ХОСТ (АНОМАЛИЯ)»
«УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: ПЕРЕОЦЕНКА…»
«ОШИБКА. УГРОЗА НЕ ОПРЕДЕЛЕНА. ПРИНИМАЕТСЯ МАКСИМАЛЬНАЯ.»
Существо двинулось