Жребий - Алевтина Александровна Онучка

— Извращенцы, — прошептал Ромка. — Зачем было раздевать.

— Одежда тоже ресурс. Она денег стоит. Если выпустить на арену смертников одетыми, то столько вещей хороших испортится, столько убытков будет. А так, всё останется целым, — пожал плечами тигран и подошел к двери.

— Так. Один золотой, за право облизать одну из областей тела? Лицо грудь, писечка и грудь, попочка и спина. Один малый кристалл духа за право неглубоко сунуть пальцы во все два отверстия, что ниже пояса. Помните целостность нельзя нарушать за это смертная казнь. Так что? По одному или в троём?

Три золотых упали в ладонь Агха и три инопланетянина из неизвестных Ромке рас, подошли к Жанне. Первый принялся ласкать нежную грудь, покрывать поцелуями, играть с сосками языком. Два других опустились на колени и начали одаривать ласками всё, что было ниже пояса. Жанна не выдержала, возбудилась, застонала под ласками, а Ромка опять возбудился от такого зрелища и звуков. Приставленная к нему женщина тут же, схватила его член и вставила во вторую девушку и в этот миг, чья-то горячая кровь брызнула с арены прямо в лицо. Её запах, смешался с удовольствием. Пред глазами всё плыло, а он продолжал и продолжал двигаться, пока не взлетел на вершину небес.

— Ты молодец, — прошептала женщина, стараясь не смотреть на кровавую резню, что творилась на арене. — Отдохни и следующую, — Ромка кивнул и отвёл взгляд от арены. Ведь прямо к нему по окровавленному песку, шел незнакомец с разрезанным животом, поддерживая внутренности собственными руками.

Но стоило отвернуться как на глаза попался человек. Необычный, странный человек. Молодой парень, на вид ровесник. На пол головы выше Жанны, с отличной мускулистой фигурой и копной длинных, рыжих волос, собранных в высокий хвост. Ромка видел как он достаёт с помощью силы, струящейся из его рук, кристаллы разного размера из кольца на своей руке.

— Вот сотня кристаллов духа высокого качества и десять камней душ, — отправляя всё в ладони Агха, чьи глаза пылали алчностью. — И девчонка до отправки только моя. И я побываю в некоторых её местах не только пальцами.

— Главное девственницей оставь, а там твори, что пожелаешь. Она твоя до отправки, — кивнул Агх и закрыл клетку.

Незнакомец подошел к перепуганной Жанне.

— Ты Жанна? Так тебя зовут? Я прав? Услышал твоё имя из уст новой наложницы отца, — девушка кивнула, а он провёл осторожно пальчиками по её припухшим губам. — А я Жар. Жар и Жанна, здорово звучит, правда? — добавил он и приблизил лицо, заглянул в её глаза, своими алыми как кровь зрачками, мимолётно прикоснулся губами к её губам, потом поцеловал чуть настойчивее и настойчивее, пока не стал целовать страстно, словно утоляя многодневную жажду. Одной рукой, прижимал её к себе, другой рукой ласкал нежную грудь. Направил ласки на живот, переместился ниже и вдруг, Жанна замерла, почувствовав как его пальцы оказались внутри её тела. Не глубоко, совсем чуть чуть, но они были в ней.

Он отстранился, вновь заглянул в её глаза и улыбнулся краешком рта.

— И правда девственница, а я думал врут. Что же, Жанна, запомни меня хорошенько, пока в здравом уме и памяти. Я Жар и через шесть лет, я выиграю тебя на сваямбаре. И вот тогда. Я буду первым, кто проникнет в это уютное местечко. А пока, поцелуй-ка мой член, дорогуша.

В этот миг, Женна почувствовала как её тело перестало повиноваться в который раз за этот кошмарный день. Ощутила как энергетические цепи ослабли, а едва знакомый человек, наклонил её голову к своим чреслам, нажав на щёки, заставил открыть рот и вложил в него свой член. Попыталась выплюнуть, вытолкнуть языком, вырваться и оттолкнуть, но ничего не получалось. Тело не подчинялось ей, он полностью повелевал им.

— О, да. Да. Давай, сопротивляйся. Сопротивляйся. О, да, шептал он, — удовлетворяя первую волну своей страсти. А вокруг творилось настоящее сумасшествие. На арене мужчины убивали друг друга. На трибунах разгорячённым инопланетным солдатам бросали женщин для утех. А в клетке Ромка не мог насытиться страстью и трахал, и трахал всё новых и новых девчонок. А рядом Жар, вёл игру с Жанной.

— Ты просто прелесть, моя девочка, — шептал он, обняв её со спины. — Мы сегодня до утра ещё не раз повторим этот фокус. А теперь расслабься и получай удовольствие иначе я один его получу, — мурлыкал он покрывая поцелуями её тело, но девушка уже почти ничего не чувствовала, просто смиренно принимала его ласки, думая о том, что рано или поздно это закончится.

И вот, когда пленница думала, что превратилась в бесчувственную куклу, его пальчики оказались вновь в её теле, но с другой стороны. Он посмеивался, целовал её плечи, а сам то запускал пальцы внутрь, по вытягивал обратно с каждым разом увеличивая их количество. И тут, Жанна ощутила внутри себя нечто мягкое и твёрдое.

— Что замерла? Не узнала? Это мой член, — шептал он, — Пусть в это местечко ему пока нельзя, — с этими словами Жар принялся поигрывать её клитором. — Зато в это можно проникать сколько угодно раз. И я воспользуюсь этой возможностью по полной.

Он настойчиво возбуждал её, упорно и осторожно дивигался в ней, проникая всё глубже и глубже. Пока не погрузился так глубоко как только мог, чтобы не навредить ей.

— О, высшие силы, какая же ты сладкая, моя будущая женушка. Я готов так вечно стоять с членом внутри тебя. Ммм. Давай постоим ещё. Постоим медленно медленно покачиваясь. О, высшие силы, — стонал он, возбуждая девушку всё больше и больше, пока не добился своего, пока не получил ещё одну порцию удовлетворения.

Несколько минут он простоял просто опустив голову на ей плечо и поигрывая грудью, затем вновь принялся пальцами ласкать клитор.

— Знаешь. Думаю мне пришла пора, расцеловать это запретное местечко. А то все, кто был здесь раньше меня оставили на нём свои следы. Мне это не по нраву. Я должен убрать их следы с твоего тела, — вновь шептал он ей на ушко, покусывая мочку. — Я уберу чужие следы отовсюду. На твоём теле останутся только мои. Я сделаю так, что ни один из них не останется в твоей памяти. Ты будешь помнить только меня. И тогда, в день битвы за право владения тобой, ты узнаешь меня из тысячи претендентов.

— Господин Агх! — позвала приставленная к Роману