Пепел и кровь (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич

— Буресветы вряд ли таким будут грешить, и у них есть несколько опытных магов второй ступени. Почему ты не хочешь отдать заказ им?

— Потому что есть ещё один вариант.

И снова Лавлиен не торопился продолжать, потягивая отвар из кружки и словно давая собеседнику самому пораскинуть мозгами. Ладно, придётся ему подыграть.

— Костяк Буресветов — сплошь выходцы из дружины князя, и хоть сейчас ему неподконтрольны, там по-прежнему много тех, кто готов делиться информацией с его сотниками. Значит, ты хочешь предложить что-то, что будет не по нраву князю или его представителям власти. Верно?

— Ну не так категорично, но в целом ты мыслишь в верном направлении. Как я уже сказал, способы контроля или лечения сродства местным магам неизвестны. Но это не значит, что их нет. Я лишь хочу убедиться, что девочка одержима, и если да, то попробовать что-то с этим сделать. Или же ты найдёшь её хладный труп и получишь лёгкие деньги, такой вариант видится мне наиболее вероятный из всех.

— Что мы получим взамен, если доставим её живой?

— Ты получишь всё те же 10 золотых монет и мою благодарность. Сможешь чуть чаще ко мне заходить и проводить время за чашкой чая. В этой библиотеке…

Вот же хитрый гад! Знает, как взять меня за живое. И как теперь отказаться? Только вот в благородные мотивы главного мага Солнечной заставы мне верилось с трудом. Как и в то, что всё пройдет по самому простому сценарию. Но…

— Где нам начинать поиски?

— Вот почему всегда так? Какой-то хренью занимался Сивый, а жопы свои морозим мы? Он-то сейчас в тёплой постели, ест поди да ржёт над нами, пока мы тут бегаем по этим сраным сугробам!

Как раз в этот момент белка, которую Колтун спугнул своим ором, решила ретироваться, сменив дерево. Пришедшая в движение ветка сбросила с себя целый сугроб скопившегося на ней снега рыжему наёмнику прямо за шиворот.

— Твою мать! Что за **#*#** день⁈ У-у, тварь мелкая!

Парни не сдержались и принялись от души хохотать, а Хорки не преминул воспользоваться моментом, чтобы в очередной раз поддеть товарища.

— Рыжих никто не любит, вы даже друг другу пакостите, — подначил его он, намекая на цвет меха скрывшейся в кроне дерева негодницы.

— Это всё от зависти, — на удивление серьёзно ответил Колтун. — Это всё ваши… эти… внутренние ком-плек-сы. Так Мазай говорит.

Все с удивлением посмотрели на меня, на что я лишь развёл руками. Ну было дело, ляпнул ему тогда в Солнечном роге что-то по пьяни, пытаясь поддержать его самооценку. А он смотри, запомнил же…

— Вот и ты тогда не завидуй Сивому, — урезонил его Пруст. — Заходил я к нему перед нашим отправлением. Видел, как он «отдыхает»… Бледный весь, едва говорить может, а чтоб нужду справить, звать на помощь приходится. Из еды пока только бульон и может пить, да и тот мясом едва пахнет. Так что вряд ли это отдыхом можно назвать. Другое дело Раст…

— Этот-то точно хитрый лис, — поддержал брата Шуст. — Хорошо устроился, ничего не скажешь. Наверное, возле камина сейчас пиво пьёт. А может и вовсе, уже гонца отправил в дом утех и ждёт, когда ему девиц приведут, согреть его пожухлое тело.

— Не просто хитрый, но и умный, — возразил я. — А головой работать не менее полезно чем руками. Раст, между прочим, для вас договорился о скидках в броннице братьев Ступиц. Те аж треть от обычной цены обещали скидывать. Вот, хотел вас порадовать, как вернётесь с задания. Но теперь даже не знаю, будет ли он ради вас стараться, коли такие разговоры за его спиной ведутся…

— Треть говоришь? — уловил главное Хорки. — А где он раньше был, я ж только что наручи свои забрал⁈ Может вернут, а?

— Не знаю, — честно ответил я. — Лучше про это поговори с Растом. Ты вроде про него ничего дурного не успел ляпнуть, может и поможет.

Прослышав про такое, братья в унисон начали давать попятную.

— Эй-эй-эй. Да разве ж я плохое что имел в виду⁈ Я ж наоборот, говорю, что правильно всё он делает, солидно даже. Как и положено мудрому человеку его возраста.

— Вот-вот, и я бы тоже так делал, если бы такой ум моей голове достался. Ты ему лучше вот так передай. Хорошо, а? Мазай, чего молчишь?

— Передам, передам, а пока давайте потише, скоро на месте будем, — ответил я, увидев столь памятное для меня дерево.

Одинокая сосна, что росла на опушке возле небольшого оврага, показалась внезапно и навеяла определённые воспоминания о первых шагах в этом новом для меня мире. Вроде и не так много времени прошло, но в эти полгода уместилось столько событий, что прошлая жизнь уже казалась чем-то эфемерным. Словно воспоминания из далёкого прошлого. Как же быстро человек ко всему адаптируется и привыкает к своей новой нормальности. Видимо, это и есть главный залог успеха доминирования его как вида. По крайней мере в тех двух мирах, которые я уже успел посмотреть.

На нашу удачу, несколько дней уже не было снега, а потому протоптанная среди деревьев тропинка была до сих пор хорошо видна. По ней мы и шагали, держась друг за другом и глядя во все стороны. Волков я не опасался, а вот людей… Лучше уж проявить излишнюю недоверчивость и бдительность, чем расплачиваться потом за свою неосмотрительность.

Шагали пешком, так как лошадей пришлось оставить в Заречной, лесная тропа — не место для всадников. Надо было видеть лицо Митара, когда он меня узнал. Не скажу, что наш визит вызвал у него радость, скорее удивление и настороженность. Но бумага, подписанная главным магом Заставы, его быстро успокоила. Он даже лишние вопросы побоялся задавать, чтобы не дай Трое, ненароком не увязнуть в этом деле самому. Лишь помог найти свидетелей или даже просто тех, кто хоть что-то знал или слышал о нашей беглянке.

А про девочку в деревне болтали всякое, по большей части подтверждая опасения Лавлиена, что человеком она уже была лишь отчасти. А также тот факт, что вопреки здравому смыслу несмотря на холод и голод она всё ещё была жива.

Я даже поймал себя на мысли, что как бы мерзко это не звучало, но подсознательно я надеялся, что никакого решения мне принимать не придётся, и ситуация разрешится само собой, оставив всю ответственность на безликой природе, равнодушной к отдельным представителям рода людского. Но чем ближе мы подходили к нашей цели, тем больше уверенности во мне было, что эту непростою задачу морального выбора судьба решила взвалить именно на мои плечи.

— Кровь, — Хорки, идущий первым вскинул руку. — Левее на склоне.

Я посмотрел в том направлении, но не сразу смог разглядеть темные пятна на снегу меж сухих веток облетевшего подлеска.

— Уверен? — спросил я, на что тот лишь кивнул.

— Шуст, проверь. Остальным смотреть в оба.

Парень аккуратно двинул через пухляк, выискивая места, где снега было поменьше. Я видел, как добравшись до места, он еще какое-то время кружил вокруг увиденных Хорки пятен крови, не торопясь возвращаться к нам обратно. Наконец, проделав обратный путь, он смог поделиться своими наблюдениями.

— Хорки прав, это кровь, замёрзшая. Но тела нет. Зато всё вокруг истоптано. Следы косули, а может козла. А ещё людей. И там… не только детские ножки потоптались. Есть следы и побольше, местами даже видно, что сапоги окованы, вон, как у Колтуна.

— Может это следы десятка из Заставы? — предположил Пруст.

— Нет, — возразил я. — Лавлиен сказал, что они потеряли след раньше, после чего вернулись в город.

— Тогда за девочкой охотится кто-то ещё. Следы животного и ребёнка оставлены раньше, а большие следы совсем свежие. Может мы не единственные, кому маг выдал контракт?

— Всё возможно, этот вариант сбрасывать тоже нельзя. Куда они ведут?

— Да по сугробам, куда-то туда. — Шуст махнул примерно в ту же сторону, куда вела тропинка. — Насколько видно, конечно. По ним пойдём?

В голосе наёмника промелькнула некоторая обречённость, но я его успокоил.

— Нет, думаю, что придём мы всё равно туда же. Оружие держать наготове. Шуст, на тебе левый край, Горунар, смотришь справа, Пруст, замыкаешь. Хорки ведёт.