Идеальный мир для оценщика 4 - Натан Раух
Ну, хоть это хорошо, что у них популяция ограничена. А то размножившись, выползли бы наружу, да и захватили бы все пустоши.
И вообще, почему крысы-то? Если бы сюда явился настоящий волшебник с целью поживиться, крысы бы его точно не остановили. Да если бы у меня огнемет был, я бы зачистил всю шахту от грызунов.
Может, сейчас попробовать зачистить? Прикидываю… нет, сил не хватит. Даже под зельями я такое полчище не перебью, вымотаюсь. Тогда точно сожрут.
[… Магическая подпитка: отсутствует
Усилители: 0
Примечание: колония может существовать и без магической «пищи», однако в таком случае все усилители перестают работать. В данный момент отключены функции: скорость, сила, неуязвимость, сопротивление огню/холоду/яду. Возможность восстановления усилителей отсутствует.]
Понятно. Если бы все усилители действовали, то это были бы не крысы, а самые настоящие терминаторы… только миниатюрные.
Заявляется в шахту самоуверенный маг, находит портал и тут на него налетает стая прокачанных грызунов. Маг кидается заклинаниями, но без толку…
Придет кто-то с лопатой, крысы лопату у него отнимут и прибьют ею же. Еще и могилку будет чем выкопать… Хотя… они закапывать не станут, им же есть надо.
Спустя некоторое время портал в комнате активировался. По контуру прошло голубое свечение.
— Джулька и Белла молодцы, все выполнили в лучшем виде. Теперь самое «простое» — попасть в портал и не стать обедом для большой компании…
К этому времени я придумал себе развлечение — рассекать надвое крыс, подпрыгнувших достаточно высоко. Особенно удачным ударом считался тот, что сносил крысе голову.
Когда ж они нажрутся-то? Разрубленные тушки все так же пожирались товарищами. Может, они лопнут от обжорства?
После активации портала торчать тут не имеет никакого смысла. Я либо сумею сбежать отсюда, либо помру, если не от крысиных зубов, то от голода и жажды.
Собравшись с духом, я перекатываюсь через край уступа. В момент полета разряжаю в крыс последний оставшийся взрывной болт. От грохота закладывает уши. Взрывной волной меня отбрасывает к стене. О каменную кладку ударяются тела грызунов, лопаясь при этом, как перезрелые виноградины.
Комнаты заволакивает едким дымом, кровь крыс загорается — не кровь, а мазут. Хотя хрен его знает, что там за магию использовали при создании колонии, может и правда мазут или нефть…
Вскакиваю на ноги и бегу к порталу, отмахиваясь от налетающих на меня крыс. Одной удается вцепиться зубами в сапог, трясу ногой, отбрасывая тварь в сторону. Выход близко, рукой подать.
На полной скорости влетаю в темную арку портала:
— Закрывай! — кричу я, надеясь, что Белла услышит и поймет.
Мгновение я бегу в темноте, затем налетаю на что-то со всего маху. Голова раскалывается от резкой боли, из глаз летят искры…
Зашибись. Кажется, портал не в башне! Это были последние мысли, прежде чем меня покинуло сознание.
* * *
Прихожу в себя, ощупываю огромную шишку на лбу.
— Кажется, у меня реально рог вырос. — Морщась от боли, поднимаюсь на ноги, осматривая место, куда попал.
Позади закрытая дверь портала, а сбоку еще одна — самая обычная деревянная дверь с изогнутой железной ручкой.
Помещение небольшое, два метра в длину и один в ширину…
— Белла, ты прикалываешься? — Понимаю, что всё-таки я в башне нахожусь. — Ты сделала специальную портальную комнатку и не подумала, что человек будет влетать в портал с разбегу?
Я просто на бегу не сориентировался и налетел лбом на стену. Хорошо у меня голова крепкая, после зелий, считай, отделался легким испугом и шишкой. А если бы кто-то послабее ударился? Та же Лия, например… разбила бы себе голову?
Хотя мысль, конечно, правильная. Мало ли кто может из подвала появиться? А так этот изолятор позволит не дать незваным гостям пройти в другие помещения башни.
Под ногой что-то звякает. Оказывается, на полу лежит несколько пустых склянок…
— Это что же, меня еще и лечили? — Тут я смутился.
Получается, я пробыл в отключке довольно долго и надышался всякой гадости. Так что Белле пришлось, заставлять Лию или Костянов отпаивать меня лечебными зельями…
— Извини, что наехал, — говорю Белле, — видать, сильно головой ударился, не сообразил. Ты умница, все сделала правильно…
Извиняюсь я не потому, что опасаюсь гнева башни, просто по-человечески неудобно. Башня тут меня выхаживала, а я к ней с претензиями вместо благодарности.
И тут меня скручивает дикий голод. Живот сводит, в глазах темнеет. От голода я готов в собственный ремень вцепиться…
Быстро поднимаюсь на второй этаж. Там, у запертой двери сидит Лия, в глазах тревога. Ага, я ж ей запретил заходить туда, и Белла ей двери не открыла…
Перед девушкой, прямо на ступеньках, стоит поднос, на котором исходит ароматным паром миска с кашей, по краям лежит нарезанный ломтиками окорок, рядом кружка с чаем, еще что-то… Это я уже не рассмотрел. Словно псих, хватаю поднос, пинком распахиваю двери на второй этаж, влетаю туда и, усевшись на кровать, начинаю заглатывать пищу. Лия робко заходит следом за мной и смотрит, как я уничтожаю съестное, будто лесной пожар сухую траву.
— Ты чего смотришь? Словно мертвеца увидела? — усмехаюсь я, утолив наконец голод. — Выйди на две минуты, надо мне переодеться и кое-что еще сделать.
— С вами все хорошо? — Лия осматривает меня с головы до ног. — Вы, кажется, в серьезной передряге побывали.
— У меня других не бывает, — с гордостью отвечаю, — все в порядке. А теперь мне нужно побыть одному. И да, спасибо за еду, это очень кстати и очень вкусно…
На самом деле я толком не распробовал, что вкусно, а что нет, слишком быстро все слопал. Но Лия старалась, а женщины любят, когда хвалят их кулинарное искусство. Мне ничего не стоит сказать несколько слов, а ей приятно.
Вот и теперь она оборачивается на пороге и с улыбкой кивает. Затем быстро уходит в свою комнату.
Когда голод наконец утих, я почувствовал себя по-настоящему счастливым человеком. Как мало нужно для счастья…
Скидываю себя одежду, пропахшую дымом, кровью и пылью.
— В огонь все это! — закидываю непригодные к носке вещи в камин. Здорово, что Лия доставила еще несколько комплектов. Приятно переодеться во все чистое.
Если все получится, то я скоро место жительства поменяю.
На доске сразу же возникает грустный