Перекрестки миров. Том 2 - Джек из тени
Семешко позволил себе скупую, едва заметную усмешку. Значит, можно было наконец-то выдохнуть и развернуть масштабную разведку на сопредельной территории без постоянной оглядки на этот грёбаный карантин. До сегодняшнего дня каждая вылазка сопровождалась параноидальными процедурами обеззараживания, шлюзованием и сидением в изоляторах, что катастрофически снижало темпы развертывания плацдарма. Теперь эта проблема снималась. Принимающим на этой стороне больше не нужно будет потеть в скафандрах биозащиты, проклиная всё на свете.
— В связи с этим, — продолжил Зверев, бросив короткий взгляд на Озерова, который уже скомкал свой мокрый платок и откинулся на спинку стула, — карантинные ограничения снижены до базового протокола полевой гигиены. Это развязало нам руки. Собственно, наши парни времени зря не теряли, устроив тотальный шмон в радиусе оперативной досягаемости. Как только сняли запрет на дальние выходы, сводные группы спецназа прочесали прилегающий лесной массив и вышли к границам ответственности местных вооруженных формирований.
Экран за спиной генерала мигнул, сменив скучные графики анализов крови на топографическую карту местности. Карта была сырой, составленной на основе данных с тактических беспилотников, с большими белыми пятнами, но общая картина уже вырисовывалась. Красными маркерами были обозначены позиции тех самых римлян, с которыми капитан Корнев умудрился наладить первичный языковой контакт на классической латыни.
— Выяснилось, что пресловутые легионеры Третьего Рима тупо сидят на жопе ровно, — Зверев позволил себе не париться насчет словесных политесов, что в данной напряжённой обстановке прозвучало максимально органично. — Они ограничились выставлением хилых наблюдательных постов по периметру леса. Никаких попыток организовать сплошную линию обороны, никаких серьезных инженерных заграждений. Выкопали вокруг парочки небольших лагерей пару траншей, забили в них колья и развели костры. Будем считать это классическим охранением уровня древнего мира. Ночью они слепы, как котята. Наши операторы подходили к ним на расстояние броска гранаты, снимали паттерны патрулирования, фиксировали смены караулов, а те даже не чесались. Конечно, нельзя скидывать со счетов эту их пресловутую магию-шмагию, но пока что те, кто мог использовать, кхм, заклинания для обнаружения и ведения беспилотников себя не проявили.
Генерал нажал кнопку на пульте. На экране появилось видео, снятое через мощную оптику. Были чётко видны силуэты людей в тяжелых доспехах, которые жались к источникам тепла, переминаясь с ноги на ногу от холода.
— Единственное активное действие за прошедшие трое суток, это отправка гонцов в глубокий тыл, — Зверев переключил слайд. Теперь на экране была фотография, сделанная с летящего высоко дрона. На размытом снимке угадывались трое всадников на лошадях, мчащиеся по грунтовой дороге прочь от Врат. — Видимо, отправлены с воплями о том, что через Врата попёрли зелёные человечки с бронетехникой. Если судить по лошадкам, связь в этом регионе у римлян налажена отвратительно. Никаких, кхм, магических аналогов нашего радио или телеграфа на тактическом уровне мы пока не зафиксировали. Это даёт нам колоссальное преимущество в скорости принятия решений.
Семешко медленно кивнул своим мыслям. Все логично, противник, кем бы он ни был, действовал медленно, шаблонно и страдал от катастрофической нехватки оперативной информации. Местные легаты наверняка сейчас пребывают в состоянии легкой паники, пытаясь понять, кто именно вылез из магической арки и как на это реагировать. И это время нужно было использовать на сто процентов, вгрызаясь в эту чужую землю так глубоко, чтобы выкорчевать нас оттуда не смогла бы ни одна местная армия, пусть даже вооруженная боевой магией.
Зверев переключил экран, и свет в кабинете приглушили. На огромной панели замелькали кадры оперативной съемки. Качество было идеальным, современные системы стабилизации и оптика высочайшего разрешения давали картинку, от которой невозможно было оторвать глаз.
— Получив добро на снятие жесткого периметра, несколько наших групп, элегантно обойдя этих горе-наблюдателей с их кострами, ушли в глубокий поиск на автономку, — начал комментировать генерал, пока на экране бойцы в маскировочных костюмах, сливаясь с тенями, растворялись в густом инопланетном подлеске. — От греха подальше группы шли в режиме полного радиомолчания, используя для связи лишь короткие, зашифрованные пакеты. Никаких голосовых эфиров, никаких лишних тепловых сигнатур.
Данные передавали регулярно, строго по графику, сбрасывая информацию на висящие высоко в стратосфере ретрансляторы, и картинка вырисовывалась весьма занятная. Местный лес, который на первый взгляд казался безжизненным массивом, на самом деле кипел скрытой активностью. И эта активность была отнюдь не мирной.
Видео на экране сменилось. Теперь это была запись с нашлемной камеры одного из оперативников. Густая, темная зелень, сквозь которую пробивались тусклые лучи чужого солнца. И внезапное, плавное движение впереди.
— Остроухие ублюдки, которых наши бойцы окрестили толкинистами, тоже активно шарятся по лесам в поисках приключений на свои длинные уши, — в голосе Зверева промелькнула едва заметная тень профессионального уважения. — Надо отдать должное, ходят они тихо. Очень грамотно используют рельеф местности, практически не ломают веток, передвигаются мелкими, мобильными группами по пять-семь рыл. Лес для них, если не родная стихия, то уж точно не новая. Если бы не тепловизоры и детекторы движения, заметить некоторых из них визуально было бы крайне проблематично. Причем можно с уверенностью сказать, что это свежие подразделения противника, снабжённые спецсредствами. Маскировочные плащи ушастых, мое почтение, работают на принципах, которые наши физики пока только пытаются описать многоэтажными формулами. Но, как говорится, на каждую хитрую задницу толкиниста найдется свой легионер. Римляне точно в курсе, кого пошлют сюда любители светящихся луков. Те, кто идет им навстречу, как небо и земля в отношении горе-часовых возле Врат.
На экране было видно, как группа ушастых, вооруженных длинными луками и короткими клинками, бесшумно скользит сквозь заросли гигантского папоротника. Воины двигались грациозно, словно леопарды, вынюхивая добычу. Но скрытность не спасала от другой, куда более прагматичной и жестокой силы этого мира. Видеоряд моргнул, переключившись на ракурс с другой камеры, установленной чуть выше на дереве.
— Причём римляне режут этих разведчиков с каким-то маниакальным остервенением, едва те приближались к зоне Врат или их наблюдательным постам, — продолжил Зверев, и в этот момент на экране развернулась короткая, но кровавая драма.
Разведка ушастых вышла на небольшую прогалину, и тут же из-под слоя грязи и прелых листьев, как черти из преисподней, вынырнули фигуры. Засада была организована мастерски, легионеры не использовали магию, чтобы не выдать себя раньше времени магическим фоном, работали исключительно сталью. Короткий, отработанный тысячами повторений взмах клинка, и первому остроухому перерезают горло от уха до уха. Кровь густым фонтаном брызнула на зеленую траву.