Смотритель Маяка 2 - Артём Град
Каспару нашлось занятие поспокойнее, но не менее важное.
— Отец, на днях я здесь кристаллы, так сказать, добывал, — я поднял треуголку и указал на свой лоб с почти сошедшей ссадиной. — Так после моих поисков осталась крошка скальника. Мне нужны эти осколки. Собирай всё, что размером с фалангу мизинца, это пойдёт на дно лотков для дренажа. Гальки на этом острове нет, так что обойдёмся дроблёным базальтом.
Сам же я вытащил мешок с песком, который добыла Мирель. Он долго ждал своего часа, правда, имелась проблема: песок морской, а значит, солёный. Если засыпать его так, соль сожжёт все корни. Пришлось сходить за ведром с пресной водой и заняться не самым весёлым занятием: засыпаешь, мешаешь, сливаешь, и так до тех пор, пока вода не перестанет быть солоноватой на вкус. Да, приходилось её ещё и пробовать периодически.
— Помочь? — из маяка вышла Инесс. Она закатала рукава и с готовностью посмотрела на мои вёдра.
Я быстро прикинул фронт работ. Оставалась ещё одна задача, самая грязная и вонючая: промывать тот самый «раствор жизни» из бочки. Нет, такую работу я даме не доверю, даже если она прошла огонь и воду Средневековья.
— Давай, Инесс, садись за песок, — я уступил ей место. — Тут всё просто: промывай, пока не исчезнет соль. А я пойду… займусь алхимией, но за мной не ходи!
Девушка недоуменно приподняла светлую бровь.
— Отца слышала? Тогда просто поверь, не надо тебе туда…
Я направился к злополучной бочке. Если ливануть этот реактив на растения сразу, он их просто аннигилирует, семена не доживут до рождения. А если не процедить жижу, не отделить жидкость от кусков мяса и жира, в желобах заведётся плесень, которая сожрёт корни быстрее, чем появятся стебли. В общем, работы было невпроворот.
Весь объём я трогать не стал, пусть бродит дальше, станет только лучше. Набрал в ковш примерно килограмм этой жути и, зажимая нос, ушёл на другую сторону Маяка подальше от людей.
Из куска парусины, слоя песка и воронки соорудил самодельный фильтр. Ветер сегодня дул не в ту сторону, которую мне нужно, и даже повязанная на лицо рубашка не спасала полностью. Я морщился, старался не дышать и медленно лил жижу через фильтр, опасаясь, как бы она не попала на одежду. Это мы уже проходили.
На острове воцарилась рабочая медитация. Мерный стук топорика долетал до каждой точки острова и даже немного гипнотизировал, как вдруг эту идиллию прорезал пронзительный женский вопль.
— А-а-а-а-а!! Боцман! Проклятый ты кот!
Я чуть фильтр не выронил и кинулся за угол Маяка, куда уже стянулись матрос и капитан.
Картина открылась эпическая. Инесс стояла над кучей белоснежного песка, который она битый час отмывала от соли, а на самой вершине этой кучи поистине с царским видом восседал Боцман. Он уже заканчивал свои дела и теперь принялся активно загребать песочек передними лапами, сводя на нет все старания девушки.
Инесс издала какой-то нечеловеческий звук, высокое рычание через плотно сжатые зубы, её кулаки сжались, а глаза метали молнии.
— Он… Он… — она не могла подобрать слов. — Я его мыла! Я его тёрла!
Марко не выдержал первым. Он прикрыл рот рукой, но хрюканье всё равно прорвалось наружу, а через секунду хохотал уже и я. Даже Каспар, подошедший с мешком камней, выдал громогласное «Ха-ха-ха!»
— Вам смешно⁈ — Инесс повернулась к нам, в её взгляде кипело столько праведного гнева, что мы моментально притихли, хотя плечи у всех продолжали подрагивать. — Вы… вы просто мужланы! Корабельные сухари! Боцман, поди прочь!
Кот, ничуть не смутившись, спрыгнул с кучи и вальяжной походкой направился к двери, всем своим видом показывая, что сервис на этом Маяке наконец-то достиг достойного уровня.
— А от тебя отец, я не ожидала! — она сощурила глаза на Каспара, который теперь виновато прикрывал рот рукой, но красное лицо выдавало его с потрохами.
— Ну, Инесс, — выдавил я, пытаясь сохранить серьёзное лицо, — зато теперь мы точно знаем, что песок хороший. Экспертная оценка, так сказать.
Инесс только фыркнула и пошла за новым ведром воды, сердито бормоча под нос всё, что она думает об инженерах, моряках и кошках. Работа продолжилась, но теперь под наше приглушённое хихиканье.
К исходу дня уличная работа была закончена. Мы с капитаном, покончив со своим, присоединились к Марко, который, чертыхаясь, заканчивал выдалбливать последний желоб. Инесс, хоть и дулась на нас за кота, песок всё-таки домыла.
Быстро перекусив вяленой рыбой, времени на кулинарные изыски не было, я скомандовал общий сбор на кухне.
— Ну что, друзья прогрессоры, — я оглядел свою команду. — Вы надежда этого острова! — для полноты торжественного момента мне не хватало только броневика. Далее я уже не столь пафосно объявил о начале сборки конструктора гидропоники.
Местом для грядок был выбран участок от окна до лестницы. Каспар предлагал поставить всё вдоль стены, чтобы не мешалось, но я сразу отверг эту идею.
— Нет, отец, растениям нужен постоянный солнечный поток, а из этого окна солнце пронизывает кухню больше половины дня. Каждый луч сейчас на счету. Если поставим у стены, рассада зачахнет от недостатка света.
Мы начали монтаж, выстраивая грядки небольшой наклонной лесенкой со смещением, чтобы поливная вода могла свободно стекать вниз с первого до последнего жёлоба. Марко, кряхтя, удерживал тяжёлые деревянные лотки, а мы с Каспаром подвешивали их на толстый канат. Часть каната я намертво прибил к стене маяка чёрными корабельными гвоздями, которые нашёл в кладовой. Конструкция получилась шаткой на вид, но если не виснуть на ней самому, выдержать должна.
Когда желоба замерли в воздухе, я принялся за засыпку субстрата. Дно каждого лотка покрыл слоем щебня для дренажа, сверху засыпал промытый и просушенный песок, а высадить семена доверил Инесс. Пальцы пианистки аккуратно и даже нежно вдавливали каждое зёрнышко, не нарушая равновесия желобов и не создавая лишних бугров песка. Теперь самое главное, полив.
Я на мгновение задумался. Как бы сейчас пригодилась обычная пластиковая полторашка с дырочками в пробке или садовая лейка с рассеивателем. Но в этом мире пластик мне ещё не попадался, потому пришлось импровизировать.
Притащив пробитое взрывом кристалла ведро, знал же, что пригодится, я проделал остриём ножа отверстие, добиваясь, чтобы вода не лилась струёй, а капала. Получился такой себе самодельный «дождик». Затем развёл концентрат: пять литров пресной воды и десяток столовых ложек моей отфильтрованной мути. Запаха почти