Рыжее проклятие Инквизиторов - Тина Солнечная

Блондин не убрал руку. Напротив, его пальцы медленно, почти восхищённо двинулись, вызывая во мне волну жара, пока его губы снова не прижались к моей шее.

— Это какой-то обман? — спросил он, осыпая кожу поцелуями.

— Вы же спите с дьяволом, — брюнет прищурился, пристально изучая меня.

Я ничего не ответила.

Только потянулась к этому глупцу за поцелуем, позволяя ему утонуть в моей сладости, в моем запахе, в моей покорности, что была вовсе не покорностью.

Позволяя жадным рукам изучать меня всюду.

Позволяя им забыть, что я ведьма.

Позволяя себе забыть, что они инквизиторы.

Ласки становились всё смелее, всё глубже. Они изучали меня, пробовали на вкус, жадно впивались губами в мою кожу, оставляя горячие поцелуи и лёгкие прикусы.

Блондин крепче сжал мои запястья, склоняясь над самым ухом.

— Ведьма… — его голос был низким, тягучим, наполненным хрипотцой желания.

Я выгнулась навстречу, чувствовала, как тепло их тел прижимает меня к земле, к этим проклятым цветам, от которых моё дыхание стало неровным, а тело — податливым, требующим большего.

Они уложили меня на этот мягкий, дурманящий ковёр, и я потонула в их прикосновениях.

Брюнет склонился надо мной, его светлые глаза горели тёмным пламенем.

— Тебе не страшно? — спросил он, скользя пальцами по моему животу.

Я покачала головой, закусив губу.

— Совсем?

Я потянулась к нему, запуская пальцы в его волосы, притягивая ближе.

— Возьми меня, — прошептала я, и он зарычал, не выдержав.

Его губы снова накрыли мои, жадно, властно, врываясь в этот поцелуй так, будто пытался выпить меня до дна.

Блондин, что всё это время наблюдал, усмехнулся.

— Жадная ведьма…

Он провёл ладонями по моим бёдрам, разводя их шире, помогая своему напарнику занять своё место.

Брюнет не заставил себя ждать.

В одно мгновение он заполнил меня, и я на мгновение замерла, почувствовав легкую вспышку боли, но она исчезла так же быстро, как пришла, оставляя только растущее удовольствие.

Я выгнулась, прижимаясь к нему, чувствуя, как нас захватывает это дикое, непреодолимое желание.

Его движения были сильными, уверенными, с каждым разом глубже, быстрее, пробуждая во мне вихрь эмоций, которые я никогда раньше не испытывала.

Я тонула в этих ощущениях, в его дыхании, в его руках, что держали меня, не давая сбежать даже мысленно.

И когда он зарычал, сжимая мои бёдра, я почувствовала, как всё внутри меня сжимается в сладкой, напряжённой волне наслаждения.

Но на этом они не остановились.

Как только брюнет отстранился, позволяя мне перевести дыхание, его место занял блондин.

Блондин не спешил.

Он смотрел на меня, прикусив губу, его светлые глаза потемнели, стали тяжелыми от желания. Его ладони медленно скользили по моему телу, изучая, впитывая, словно он хотел запомнить каждую линию, каждую дрожь, каждый вздох.

Я ещё не успела прийти в себя после брюнета, но этот огонь внутри не угасал — он разгорался с новой силой, требуя большего.

Блондин провел пальцами по внутренней стороне моего бедра, чуть сильнее сжав кожу, его губы растянулись в лукавой усмешке.

— Ты такая сладкая… — его голос был низким, хрипловатым.

Я не ответила. Только потянулась к нему, желая больше.

Он опустился ниже, исследуя мою кожу губами — горячими, мягкими, настойчивыми. Оставляя поцелуи там, где только что меня касался его напарник.

Я выгнулась, когда его язык прошёлся по чувствительной точке, а затем он накрыл мою грудь губами, дразня, обводя языком сосок.

Тонкие волны удовольствия пронзили тело, я застонала, запустив пальцы в его волосы, притягивая ближе.

— Нетерпеливая, — выдохнул он, прежде чем двинуться дальше.

Я не сопротивлялась, когда он раздвинул мои ноги шире, его тело легло на моё, горячее, сильное, властное.

Он прижался ко мне, его дыхание обжигало кожу.

— Теперь я, ведьма, — прошептал он мне в губы.

И вошёл.

Сильным, глубоким толчком, заполняя меня до последнего сантиметра.

Я выгнулась, закусив губу, пытаясь сдержать стон, но он вырвался сам, низкий, сладкий, полный чистого удовольствия.

Блондин зарычал, откинув голову назад, его пальцы сжали мои бёдра, удерживая крепче, пока он начинал двигаться.

Ритмично, глубоко, пробуждая во мне вихрь новых ощущений.

Его движения становились быстрее, сильнее, настойчивее.

Я тонула в этих прикосновениях, в его запахе, в том, как его губы находили мои снова и снова.

В каждом толчке я чувствовала его власть, его желание, его непреодолимую страсть.

Я позволяла ему всё.

Я принимала всё.

И с каждой секундой забывала, кто из нас пленник, а кто охотник.

Его движения становились всё быстрее, глубже, настойчивее, доводя меня до грани, за которой существовало только одно — чистое, дикое наслаждение.

Я выгнулась, впиваясь ногтями в его плечи, судорожно хватая воздух. Всё тело было напряжено, каждая клеточка горела, требовала разрядки.

— Чёрт… — простонал он, вцепившись в мои бёдра.

Ещё несколько толчков, и я сорвалась, утонула в этой пьянящей волне.

Мир вспыхнул, растворился, оставив только пульсирующее удовольствие, разливающееся по телу. Я застонала, выгибаясь навстречу ему, позволяя себе раствориться в этих ощущениях.

Блондин сжал мои бёдра сильнее, его тело дрогнуло, дыхание сорвалось, и в следующую секунду он разрядился внутри меня, тяжело рванув воздух.

Он наклонился, его горячее дыхание обожгло моё ухо.

— Ведьма… — выдохнул он, оставляя на моей коже ленивый, тягучий поцелуй.

Я пыталась прийти в себя, чувствуя, как его тело тяжело опустилось на моё.

Несколько секунд он просто лежал, тяжело дыша, прежде чем отстранился, опираясь на локоть.

Я почувствовала, как он медленно выскользнул из меня, и когда он опустил взгляд вниз, то замер.

Его светлые глаза сверкнули, пробегая по его члену, на котором виднелась алая капля.

Я прикусила губу, наблюдая, как в его взгляде смешиваются эмоции — удивление, ошеломление, даже лёгкое недоверие.

— Если бы не кровь на моём члене, я бы никогда не поверил, что ведьма может быть невинной, — выдохнул он, подняв взгляд на меня.

Брюнет, наблюдавший за нами, тоже усмехнулся, качая головой.

— Значит, сегодня мы стали первыми, кто видел невинную ведьму и первыми, кто её этой невинности лишил, — протянул он, скользя пальцами по моей щеке.

Я ничего не ответила.

Только потянулась к нему, позволяя его губам снова накрыть мои, в этом странном опьяняющем плену.

Брюнет усмехнулся, ловя мой взгляд, в котором ещё плескалось затуманенное желание. Я и не заметила, как во время поцелуя оседлала инквизитора.

— Мало, ведьма?

Я не ответила, но медленно приподнялась, скользнув ладонями по его груди, ощущая, как под моими пальцами напрягаются мышцы.

— Сделай это снова, — выдохнула я, глядя ему прямо