Системный рыбак 18 - Сергей Шиленко
Из-за поворота действительно шли посылы Тар’гома. Держать верхнюю арку, раненых вниз, за бегущими не выходить. Вскоре спустился страж и сообщил, что оставшиеся Красные ушли за гряду, бросив рамы у пролома. Наши удерживают вход.
Проход понемногу освобождался. Щиты Красных стаскивали к стене, обломки шестов бросали поверх них. Между телами пробирались жители с полотнищами. Один мужчина остановился возле погибшей женщины и сел рядом прямо на пол. Молча поднял её руку и долго держал между ладонями.
Я отвернулся к носилкам.
Рид уже уменьшился. На бронзовой шерсти темнели полосы крови, левое ухо было надорвано. Кот шагнул ко мне, ткнулся лбом в голень и тут же вернулся к поверженному зверю. Из-под костяной пластины показалась красная полоса. Рид потянул её зубами.
— Ешь, — я присел возле кота, разглядывая надорванное ухо. — Заслужил отдых.
Кот повернул ко мне голову и тут же снова занялся добычей. Рид отгрыз кусок и довольно заурчал, так и не выпуская его из пасти.
У спуска собрались те, кому уже не требовалось бежать. На высохшего Гхора смотрела женщина с разорванной гривой. Когда я подошёл за чистой тканью, женщина отдёрнула к себе корзинку с этой тканью.
— У Красных такие тела остаются после кормления, — пришёл её посыл.
Остановившись, я дал ей место пройти.
— Его убил я. Вас эта техника не коснётся.
— А защита тоже не должна была погаснуть?
Из толпы выдвинулся саэрн с окровавленным плечом.
— Сначала всё потянуло вниз. Потом открылись врата. Ты был в Истоке?
— Был.
— Значит, это ты.
Несколько посылов наложились друг на друга. Один требовал позвать главу, а другой показывал погасшие деревья. Сквозь обрывки прошёл образ рухнувшего свода, под которым торчала чья-то рука.
Я посмотрел вверх. Там уже разбирали завал. Двое стражей держали плиту на копьях, пока под неё полз третий.
— Мой прорыв вытянул Пустоту из формаций, — я повернулся от завала к раненому саэрну. — Пока я справлялся с притоком, защита ослабла. Помогу восстановить то, что повредил.
— А тех, кто под камнем, вернёшь? — женщина стиснула ручку корзины.
Я покачал головой.
— Когда гончая вышла сюда, где были ваши копья? — Рокан шагнул между нами, всё ещё с ребёнком на руках. — Он один встал перед проходом.
— Рокан, — я окликнул, останавливая его и поднял руку.
Парень стиснул зубы, а женщина прижала корзинку к груди и отошла к сидевшему возле тела мужчине. Из её руки свисала полоска чистой ткани, которую она так и не дала мне.
Тар’гом спустился по ступеням. Графитовая шерсть на груди слиплась, поверх старых шрамов шла свежая борозда. Старший стражи поставил копьё между собой и толпой, опираясь на древко.
— У входа стоят стенобитные рамы, — послал он. — Их привели к скрытой гряде. Войско ждало там до того, как ослабла защита.
Саэрн с раненым плечом повернулся к нему.
— Но она ослабла.
— Да. Они воспользовались этим. Только дорогу к нам нашли раньше.
Тар’гом указал на горловину, где лежал Гхор.
— Здесь мы уже отступали. Ив удержал проход, пока ваши семьи уходили вниз. Его зверь остановил тварь с пятью хвостами. Я видел конец боя. Хар’н видел начало.
Хар’н у стены коротким посылом подтвердил слова Тар’гома. Тэй’ла, стоявшая рядом с ним, подняла окровавленные ладони.
— Я провела людей мимо них. Без Ива нас отрезали бы на площадке.
К толпе подошёл Ул’мех. Посох стукнул по ступени, и спорящие расступились. На белёсом меху главы лежала пыль, один край одежды был разорван.
— Кто может ходить, поможет у завала, — послал старик. — Лекарям нужны вода и свободный проход.
— А верховой? — окликнули сзади, когда Ул’мех повернулся к завалу.
— Пойдёт с нами.
Я поднял голову.
— Сам собирался помочь. Но нападение устроили Красные. Если бы я остался внизу, они всё равно пришли бы за вами.
Ул’мех кивнул.
— Это верно. Ты остаёшься в своём доме, твоя кухня нужна людям. Что делать с защитой, решим, когда вынесем живых. Сейчас прекратите толпиться на лестнице.
Спор стихал не сразу. Саэрн с раненым плечом ещё смотрел на мои руки, прежде чем позволил Бурти увести себя к лекарям. Двое жителей обошли высохшего демона по дальней стороне. Тар’гом ничего им не сказал.
Я помог поднять носилки. У верхнего завала страж уже выбрался из-под плиты, поддерживая за голову мальчика. Тот кашлял каменной пылью. Мы приняли его на ткань и понесли вниз.
Когда я вернулся за следующими, площадку осветило зелёным.
Рид застыл над остатками зверя. Вдоль позвоночника поднялась шерсть, все три хвоста распрямились. Кот попытался сделать шаг, но лапа не коснулась пола. Вокруг неё уже сгущался свет.
— Рид!
Я бросился к нему. На мгновение пришёл знакомый образ полной миски, за которым разлилось сонное тепло. Затем образ погас. Я потянулся к Риду через связь, но различил лишь слабый остаток тепла.
Зелёная оболочка сомкнулась над спиной. Передо мной выросла плотная сфера, закрывшая и Рида, и часть останков. По поверхности шли полосы света. Руку я задержал над оболочкой.
В прошлый раз кот вышел из кокона другим. Сейчас под пальцами глухо шумела незнакомая мне сила.
— Дайте пройти!
Верена протиснулась между стражами, поправляя очки. Зелёная прядь выбилась из узла и липла к щеке. При виде сферы учёная выдохнула, прижала линзу к глазу.
— Началось. Всё-таки началось, — она обошла кокон, присела возле основания. — Силы пятихвостого хватило на настоящий прорыв! Я ведь говорила, в Риде древняя демоническая кровь. Вот она и отозвалась.
Верена сияла, разглядывая потоки через линзу, и я чуть разжал пальцы.
— С ним всё нормально?
— Подожди, здесь переход… Да, поток духовной энергии идёт внутрь стабильно.
Верена вплотную приблизила линзу к зелёному краю, а за её спиной кто-то испуганно отступил. Древко Тар’гома перегородило дорогу любопытным.
— Дальше, освободите место.
— Он же ел Красного, — донёсся посыл.
— Того, кто рвал наших, — Хар’н заслонил кокон от любопытных. — Отойдите от зверя.
Я сел возле Верены на корточки.
— Можно перенести его домой?
— Сейчас лучше оставить здесь, — она показала через линзу нижнюю часть оболочки. Внутри, у самого пола, несколько потоков изгибались вокруг неподвижного центра, каждый возвращался к своему месту.
— Видишь, всё ещё перестраивается. Даже сама оболочка не везде одинаково плотная.