Siri, как мне стать шиноби? - Влад Жур

— Да, дядя, я полностью согласен. Это самый оптимальный вариант из всех возможных, — кивнул я, аккуратно опуская тяжёлый свиток на пол.

Подойдя к соседнему верстаку, я взял небольшой, идеально заточенный стальной нож, предназначенный для деликатной резки по чакродереву. Вернувшись к артефакту, я положил его на бок и аккуратно повернул специальной чернильной меткой-замком наверх. Приложив к ней подушечку указательного пальца, я пропустил сквозь тенкецу ювелирно дозированную нить золотой энергии.

В ту же секунду воздух вокруг свитка жалобно зазвенел. Из пространства вокруг свитка проявились массивные, полупрозрачные цепи из чистой чакры. Они туго обвили пергамент, удерживая внутренние замки, а затем с тихим хрустальным звоном рассыпались миллиардами искр золотой пыли.

— Серьёзная защита, — весомо оценил плотность барьера старый Узумаки, чей взгляд профессионала загорелся искренним интересом. — Для того чтобы грубой силой разрушить такой контур извне, не хватило бы, пожалуй, даже прямого попадания бомбы Биджу. Замок просто свернул бы пространство внутрь себя, уничтожая архив.

— Да, это так, — подтвердил я, сверяясь с послойной схемой, которую Siri транслировала мне на сетчатку. — Но это был лишь первый, внешний контур безопасности, установленный моим отцом. Дальше всё будет гораздо сложнее.

После этих слов я аккуратно подцепил пальцами плотный уголок бумаги, и осторожно развернул приблизительно метр свитка. Весь этот участок пергамента был плотно, без единого свободного просвета исписан сложнейшими геометрическими формулами фуиндзюцу, а в самом центре этого плетения располагался пустой квадрат размером с крупную человеческую ладонь.

Я повернулся к замершему в ожидании Кенджи и продолжил объяснения:

— Признаться, все эти дни я очень сильно переживал, что свиток Хранения банально не признает мою обновлённую чакру. Ведь после мутации в госпитале её структура сильно изменилась. Но, как оказалось, моя индивидуальная структура чакры сохранилась, но вот плотность энергии и возросла в пять раз. Сейчас начнётся процедура полной авторизации. Дядя, Активируй, пожалуйста, барьер площадки заново и подпитай его двойным резервом из накопителей. Если что-то в алгоритмах проверки пойдёт не так, я не хочу, чтобы здание нашего дипломатического посольства взлетело на воздух посреди Конохи.

Кенджи в удивлении приподнял брови и с явным сомнением посмотрел на меня. В его глазах читался вполне обоснованный страх за мою жизнь.

— Мальчик мой, ты уверен? Я не думал, что вскрытие архива Хранителей может быть настолько опасным.

— Да, глава, я абсолютно уверен. Это моя прямая обязанность как Хранителя Знаний — вернуть клану его силу, несмотря на любые риски.

Кенджи весомо кивнул, не став больше тратить время на лишние споры. Он быстро обошёл испытательную площадку и присел возле массивного накопителя чакры. Положив ладонь на полированную распределительную плиту, старший Узумаки начал заполнять контур собственной темно-синей энергией. Спустя пару минут, когда встроенный в пол чакропроводящий металл начал ярко излучать свет в видимом спектре, Кенджи вновь активировал барьер. На этот раз прозрачный купол вокруг меня стал более плотным, наливаясь тяжёлым, отчетливо отдающим синевой цветом. Двойная защита была возведена.

Я коротко кивнул дяде, закрыл глаза и полностью сосредоточился на предстоящих действиях. Взяв нож для резки, я аккуратно разрезал подушечку указательного пальца на правой руке. Ментальным усилием тут же заблокировал ток чакры к ране, чтобы регенеративный контур Кьюби раньше времени не закупорил сосуды и не затянул порез.

После этого я присел на одно колено перед свитком и начал медленно, предельно аккуратно вырисовывать фуин-пароль по внутреннему периметру черного квадрата. Я сантиметр за сантиметром вводил сложнейшие символы, подтверждая свои права наследника касты. Когда последний символ был начертан, я мысленно снял блок с каналов пальца, дождался, пока аварийная регенерация Лиса мгновенно закупорит сосуды, и положил всю ладонь целиком поверх свитка, строго в центр квадрата.

Сделав глубокий вдох, я начал аккуратно, микроскопическими дозами процеживать золотую чакру сквозь тенкецу ладони напрямую в пергамент.

Начертанная моей кровью фуин-матрица мгновенно отозвалась на входящую энергию и засияла ровным, багрово-золотым светом.

— Началась сверка маркеров ДНК и соответствия введённого пароля, — негромко сказал я вслух, чтобы Кенджи по ту сторону барьера понимал статус процесса. — Это продлится около тридцати секунд.

Этот полуминутный отрезок времени показался мне вечностью. Сквозь подступающую, выкручивающую меридианы боль я изо всех сил старался держать подачу чакры идеально ровной. Тяжёлая и вязкая чакра каждую секунду норовила сорваться, взломать фильтры тенкецу и лавиной ворваться в свиток, что привело бы к моментальной катастрофе. На лбу выступили крупные капли холодного пота, а Siri перед глазами бешено прокручивала графики частоты волновых импульсов, удерживая систему на самом краю критической перегрузки.

[Авторизация успешна. Маркеры ДНК совпадают. Код Хранителя принят. — победно мигнул интерфейс.]

Ну наконец-то этот ад закончился. Кровяная печать на пергаменте сделала прощальный яркий всплеск, и весь развёрнутый метр свитка покрылся сложной, динамически перестраивающейся вязью новых фуин-символов, полностью разблокируя его для дальнейшего безопасного открытия и извлечения данных.

Я глубоко, измученно выдохнул и отнял онемевшую ладонь от поверхности свитка.

Он был готов к использованию, но я не спешил начинать. Глава клана медленно снял синеватый барьер с испытательного полигона и выжидающе посмотрел на меня, готовый сделать шаг к свитку.

Я замер на месте и серьёзно посмотрел ему прямо в глаза.

— Дядя, ты знаешь закон.

Кенджи остановился у самой кромки круга. Его брови сошлись на переносице, а взгляд мгновенно обострился.

— Думаешь, это уместно в нашей текущей ситуации, Ашура? — серьёзно и с лёгким нажимом спросил он.

— Пока мы официально не внесем в этот свиток обновлённый свод основных законов клана, тем самым ратифицировав его, я как действующий Хранитель обязан беспрекословно следовать тому, что было внесено туда моими предками ранее, — твёрдо отчеканил я, не отводя взгляда.

Глава ещё целую минуту молча сверлил меня пронзительным взором. В тишине подвала я уже начал было внутренне нервничать, гадая, не начинать же мне готовиться к бессмысленной битве с главой Узумаки, но Кенджи неожиданно сменил суровое выражение лица на добродушное. В его усталых глазах вспыхнула искренняя, глубокая радость.

— Я не ошибся в тебе, наследник, — негромко произнёс он, и на его губах появилась тёплая улыбка. — Отец воспитал тебя истинным Узумаки. Оставайся таким же несгибаемым и следуй своим принципам до самого конца, мальчик мой. Именно эта черта характера в будущем поможет нашему клану вновь возвыситься над всем этим жестоким миром шиноби.

А дело всё заключалось в том, что согласно строжайшему закону клана Узумаки, работать с центральным Свитком Знаний имели право исключительно члены касты Хранителей и обязательно в абсолютном одиночестве, без присутствия посторонних лиц. В центральном архиве погибшей Узушиогакуре