Вперед в прошлое 17 - Денис Ратманов

— Доброе утро! – поприветствовал их я, женщины ответили хором, синхронно повернув головы.

Вероника увлекла меня на улицу, а вчерашняя алкоголичка Светлана, покончив с посудой, принялась разбивать яйца, отделяя белок от желтка.

Я сразу перешел к делу:

— В среду павильон обещают сделать. Чтобы не было, как в прошлый раз, заблаговременно съезжу посмотрю, готов ли он, монтировать будем в четверг утром. Участок, выделенный под коммерцию, вы видели?

Я представлял, где оба участка.

— Да. Мы с юристом и с кадастровым инженером вчера ездили, все отмеряли. Паш, июль, сезон в разгаре, отдыхающие есть! Давай все-таки рискнем, еще поставим ларек на набережной. Лика согласна работать хоть каждый день. Света сможет, когда нужно, поторговать. Кстати, спасибо тебе за нее, она отличный работник.

— Да-да, сможет, конечно, а в сентябре вы сляжете с инфарктом. Потому что и так нужен еще один работник, Света — не продавец, а помощник кондитера. Когда у вас был выходной?

Врать Вероника не стала, задумалась. Я продолжил отчитывать ее, как маленькую:

— Вот-вот. Можно хоть десять павильонов ставить, но мы не потянем. Не надо жадничать, Вероника, пожалуйста. Если вы не послушаете меня, я буду вынужден жаловаться на вас Анне, чтобы заставляла вас отдыхать.

Вероника вздохнула, помолчала немного и сказала:

— Для меня это не адский труд. Мне нравится то, что я делаю. Наоборот, когда появилась цель, я стала чувствовать себя намного лучше, появился азарт!

Я просто стоял и смотрел на нее. Наконец проговорил… точнее, во мне заговорил взрослый:

— Не надо себя обманывать. Вы бледная, как петербурженка времен Достоевского. Отныне ваш выходной в понедельник. Со следующей недели. Ничего слушать не хочу. Буду платить взятку местному начальнику, чтобы запирал помещение. Хотя бы раз в неделю вы должны ничего не делать. Я совершенно серьезно, Вероника. Думайте, как делегировать полномочия и выкручиваться. Не хочу стать причиной вашей преждевременной кончины. Я сейчас совершенно серьезно.

Она тяжело вздохнула. Видно было – борются в ней сомнения.

— Значит, я должна быть в четверг на Ленина… Во сколько? — сменила тему она.

— Десять утра. Нужна презентация с розыгрышем, как в прошлый раз. И следующий понедельник выходной, не забывайте. Кстати, пусть юристка наша, как ее? Ольга Юрьевна? Вот пусть она тоже придет, а то только слышал о ней.

— Аня за нее поручилась, — смягчилась Вероника. – Ладно, Паша, спасибо, что заскочил. И за заботу спасибо. Одна только просьба: помоги сделать розыгрыш. Не потянем. Вообще времени нет! Ни у меня, ни у Лики.

— Попрошу ребят помочь, — пообещал я. – Что-нибудь придумаем! Точно вас не оставлю. В четверг поговорим детальнее

Пока я занимался делами, Илья, Тимофей и Гаечка делали праздник тем москвичам, что вчера не успели понырять.

Планы на сегодня, воскресенье, у меня были чисто организационные: заехать к Веронике, рассчитаться с Сергеем. Помню, когда я-взрослый помогал делать ремонт эзотерической теще, сменил три бригады строителей – они если не пили, так работали криво или – как Женя Космос и Олег Кунг-фу, которых мы с Канальей выгнали.

Когда принимал на работу Сергея, думал, будет так же. Но прошла неделя, и я насторожился: все нормально! Две недели – нормально! Полгода – все просто замечательно, и никакого подвоха!

Мне посчастливилось найти краснокнижный вымирающий вид: строитель-универсал, мастер своего дела и просто хороший человек.

Он ждал меня и вышел навстречу, улыбнулся в седые усы.

— Хозяин пожаловал! Ну, идем, покажу, что мы сделали. Нам есть чем похвастаться!

Он распахнул передо мной дверь нашей с Борей будущей квартиры. Я прошелся по квартире, в которую вдохнули жизнь, заглянул на кухню, где появился самодельный, но очень аккуратный деревянный стол и два табурета. Поверх скатерти – тарелка, накрытая тарелкой, пахнет сдобой.

Все внутренние работы были завершены, пол отдраен, стекла вымыты. На окнах – самошитые темно-зеленые занавески и тюль. Старый письменный стол с желтыми отпечатками горячих чашек на помутневшем лаке. Аккуратно сколоченные деревянные полки и самодельная деревянная же двуспальная кровать!

Осенью, когда будем переезжать, я куплю сюда нормальную мебель. И у меня будет своя комната, и у Бори! Вспомнилась наша ужасная квартира, где Наташа, как собака, спала в кухне на продавленном раскладном кресле.

Мой первый маленький дом, уютное гнездышко. Моя собственная гавань, откуда меня не выселят, не прогонят, не будут навязывать идиотские правила. Я с младшей школы мечтал о своей комнате, эта мечта перекочевала во взрослую жизнь. Но собственного дома у меня так и не случилось, а теперь вот он!

Я обошел гостевой дом, осмотрел его с любовью, и сердце наполнилось теплом. Сергей, довольный моей реакцией, наблюдал за мной и улыбался покровительственно, по-отечески. Дал насладиться зрелищем и предложил:

— Пойдем, покажу, как парни цоколь оштукатурили. Помещение, где ты планировал спортзал.

Однако к дому мы не пошли, Сергей повел меня к фисташке, в которой заливались цикады – ее я обещал предыдущей хозяйке не губить. Дерево распушилось и имело форму шара. Сергей улыбнулся небу и раскинул руки.

— Эх, я бы здесь жил, на холме! Какие виды! Сколько простора! Представь, как было бы здорово поставить тут, в самой высокой точке, беседку. Такую, как у татар, чтобы лежать в ней и пить чай. Лежишь, а вокруг птицы заливаются, кузнечики стрекочут.

— Отличная мысль! – оценил я его идею.

Цоколь был готов наполовину: стены оштукатурены, стяжка на полу, окна. Просторно, все поместятся. Пока нам и на базе хорошо, но подвал — помещение ведомственное, и нас дважды оттуда пытались выгнать, рано или поздно его для нас закроют.

Попрошу Борю повторить рисунки, чтобы не так долго привыкать к смене места.

— А где Егор и команда? – спросил я.

— Отпустил их на море ополоснуться, они с пяти утра тут, пока не так жарко. Скоро придут.

— Идемте рассчитаемся.

Благодарный Сергею, довольный результатом, я готов был выложить любую сумму, которую он назовет, и расставался с деньгами с радостью. Мы вернулись в гостевой дом, Сергей открыл тетрадь с расчетами и озвучил сумму.

Только я закончил передавать ему деньги, как с улицы донеслись голоса.

— Парни! – крикнул Сергей в открытую форточку. – Зайдите-ка на минутку.

Алтанбаевцы ввалились шумной толпой: Егор, Крючок, Заславский, Зяма, Хулио и Пончик. За несколько месяцев они отъелись, порозовели, раздались в плечах, обзавелись нормальными, не заношенными вещами и уже не